И христианам о существовании этого сердца совершенно неизвестно! Это объясняется многими причинами: во-первых, виноваты наши страсти (помрачение ума). Виновато незнание Священного Писания, догматов нашей веры и всей духовной жизни. Виновато полное неучастие в Пресвятых Таинствах. Виноват недостаток опыта и, наконец, совершенное отсутствие молитвы от ума к сердцу, как учили трезвенные отцы.
Многие спрашивают и хотят научиться, узнать и, особенно, пережить умно-сердечную молитву, главным образом, из эгоистичного, себялюбивого внутреннего порыва, стремясь исключительно и только к ее плодам, не понимая необходимости тяжелого труда для очищения от страстей.
Сердечная молитва требует большого труда. Но не пытайтесь сразу погрузить ум в сердце, потому что из-за наших страстей мы столкнемся с темнотой, соблазнами и духовной испорченностью. Вместо Благодати и божественного Света узрим дьявольский огонь.
Первое условие для достижения умной молитвы, как точно указывают святые отцы, – это способность воспринимать боль ближнего своего, как свою собственную и, прежде всего, боль врага! Человека, который нас оговаривает, нас обижает, нас бесчестит. Его боль и мучение должны стать нашими. Стремление избавиться от страстей, достичь правильного литургического сознания, участвовать в Пресвятых Таинствах, соблюдать заповеди, совершенствовать добродетели и т. д. И в конце придет опыт Божественной Благодати.
Благодать Святого Бога готовит тайно и незаметно спасение человека в его сердце, когда человек хочет, пытается, борется, имеет волю и прикладывает усилия, когда плачет и искренне раскаивается.
Поле, как говорит нам блаженный отец Софроний Эссекский, духовной борьбы христианина – его сердце. И тот, кто любит входить с умной молитвой в сердце – то есть погрузить ум в сердце – легко поймет слова пророка Давида: «Приступит человек, и сердце глубоко»[474]. Сердце становится безграничным океаном. И как если бы ты находился в центре океана, берегись! – что ты перед ним? – берегись, и когда входишь через умную молитву в сердце.
Священное Писание устами апостола Петра называет сердце сокровенным человеком: «сокровенный сердца человек»[475]. И дальше говорит нам, что это – пространство, внутри которого славится и святится Бог: «Господа Бога святите в сердцах ваших»[476]. Согласно этим строкам, чистое и смиренное сердце – это храм Бога и жертвенник, и святой престол. Ум – это священник. Оно (сердце) похоже на залу, где (ум) приветствует Господа. В нем дается залог Святого Духа: Бог – Тот, «Который дал залог Духа в сердца наши»[477], – говорит апостол Павел.
Не перечесть отрывки из Священного Писания, в которых описывается сердце в разнообразных определениях и образах. Однако многие из этих описаний сердца мрачны и некрасивы. То есть сердце, вне храма Божьего, святого престола и жертвенника, является, к сожалению, и центром греха: «ибо из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления» [478].
Легко закрывается сердце завесами двух страшных страстей: незнанием и забвением. Также сердце отличается своей жестокостью: «Жестоковыйные! Люди с необрезанным сердцем и ушами!»[479] – сказал иудеям первомученик и архидиакон Стефан.
В сердце мы помещаем два вида нечистоты:
Первый: нечистота гордыни, которая низвергла Денницу и сделала его демоном, сатаной, дьяволом, и
Второй: прелюбодеяние, распутство и развращенность ума.
Итак, наше сердце должно быть излечено от всех слабостей и страстей, и тогда, чистое и непорочное, во время богослужения оно сможет подняться на пренебесный жертвенник. В это чистое и непорочное сердце легко снизойдет ум.
Когда на богослужении мы слышим слово «сердце», мы представляем что-то очень значительное. Мы представляем весь внутренний мир, который человек заключает в своей груди. Мир этот непостижимый и невидимый. «Сердце» – это мысль, чувство, желание человека. Это ум, душа… то, что «по образу» его.
«ГОРЕ ИМЕИМ СЕРДЦА», – говорит священник. И народ, который слышит этот священный призыв, через певчих отвечает:
«ИМАМЫ К ГОСПОДУ».
Своим ответом верующие уверяют священника, что они уже поднялись на небо, к Престолу Божьему. «Сердца наши», – говорят они ему, – «находятся там, где Христос, по правую руку от Бога Отца». И священник про себя, мысленно, слышит голос, который его побуждает продолжать совершение Таинства Божественной Евхаристии.
136. Как-то в одно мое посещение монастыря святого Давида Эвбейского блаженный отец Иаков, этот святой служитель Божий, рассказал мне следующее:
«Наши христиане, отче, к сожалению, слепы духовно и не видят того, что происходит во время Божественной литургии.
Однажды я служил и не мог совершить великий вход. Во время Херувимской песни я застыл перед святым престолом, недвижим от того, что увидел… Одно видение сменяло другое.
