В плену желания

– Черт возьми, Кит! Эвелин освоил трюк, изобретенный Бруммелем. Крышку табакерки он открывает большим пальцем той руки, в которой держит ее. Хорошенько запомните это.

– Запомню, сэр, – пообещал Кит. – Благодарю вас… Мне кажется, вы ждете от меня объяснений…

Сэр Бонами остановил его взмахом руки.

– Нет, не жду, – произнес он поспешно. – Я уже говорил, что не собираюсь лезть в чужие дела, тем более, уверен, эта затея весьма сомнительного свойства.

– Не столь сомнительна, как может показаться непосвященному, – возразил Кит.

– Если она даже вполовину столь сомнительна, я все равно не желаю иметь ничего общего с ней, – без обиняков ответил сэр Бонами. – Я вас с Эвелином хорошо знаю… и сюда приехал не для того, чтобы валять дурака. Коль Эвелину не удалось отвадить меня из вашего дома за все прошедшие годы… а он не раз пытался сделать это, то уж вам и подавно не удастся.

– У меня и в помыслах нет подобного, сэр, – мягким тоном произнес Кит.

– Теперь я припоминаю, что вы никогда не строили при моем появлении такую гримасу на лице, словно вам сунули под нос перец, в отличие от вашего развеселого братца, так что, думаю, вы вполне искренни со мной. Если начистоту, именно это вызвало у меня подозрение. Вам не следовало вести себя так, словно вы рады видеть меня. Юный лорд Денвилл достаточно хорошо воспитан, но иногда позволяет себе лишнее.

– Неужели? Обещаю перевоспитать его, – улыбнувшись, промолвил Кит. – В любом случае я просто не мог себя так вести… И еще… я весьма вам признателен за то, что вы приехали и поддержали нас… Я и прежде знал, что мне нечего опасаться, даже если вы обо всем узнаете.

– Нечего опасаться, – заверил его сэр Бонами. – Однако я уже не столь молод, Кит, и посему не надо думать, что, ежели вы прыгнули в омут, я последую за вами. Нет уж, увольте… Ничего мне не говорите. Коль ваша матушка посчитает нужным, она все расскажет сама… Благослови ее Господь… – Помедлив, он с беспокойством в голосе добавил: – Не нужно ставить ее в известность и побуждать к откровенности.

Когда Кит заверил его в том, что и в мыслях ничего подобного не имеет, сэр Бонами удалился с чувством человека, сделавшего для своего юного друга так много, как только возможно ожидать от джентльмена его возраста и положения в обществе.

На следующее утро, узнав об этом разговоре, леди Денвилл залилась безудержным смехом, а затем проявила заслуживающее всякого порицания озорство, желая втянуть своего несчастного обожателя в путаницу, которую с гордостью считала делом собственных рук.

– Нет, маменька, – твердо заявил Кит. – Не стоит! Мы весьма обязаны этому старому придворному оригиналу. Мне бы не хотелось ставить его в затруднительное положение. Никто не вправе осуждать его за то, что он хочет держаться подальше от нашей авантюры. Если мы сможем выпутаться из скандала, никому больше не открываясь, я буду весьма признателен судьбе.

– Я не стану предпринимать ничего против твоей воли, сынок, но к чему впадать в хандру? – заявила леди Денвилл.

– Я не впадаю в хандру, просто мне боязно…

– Нет, Кит, – возразила графиня, огорченная таким признанием. – Не надо! С какой стати тебе бояться? Я признаю?, что впереди нас ожидают трудности, возможно, весьма серьезные, но мы обязательно справимся.

– Откуда такая уверенность, маменька? – с нежным упреком поинтересовался Кит.

– Выход всегда находится, в особенности если катастрофа кажется неизбежной. Я уже сбилась со счета, сколько раз попадала, как говорят, в безнадежное положение, но всегда находила путь, какой бы запутанной ни казалась ситуация… Почему ты смеешься? Это чистая правда! Нет ни малейшего смысла тревожиться о том, чего нельзя исправить. Надейся на лучшее. Что-то хорошее обязательно случится, либо мне в голову придет какая-нибудь блестящая мысль и мы благополучно выкрутимся. Мне часто приходят такие мысли, действительно весьма стоящие мысли…

– Я не знал. Прошу сразу же уведомлять меня при каждом таком озарении, – промолвил Кит.

– Дорогой мальчик! Ну нельзя же быть столь наивным! Я обязательно уведомлю тебя, если придумаю что-нибудь умное, так как в моем плане тебе будет отведено свое место.

– Именно этого я и опасаюсь, – чистосердечно признался Кит.

– Кажется, я понимаю, в чем дело, – заявила леди Денвилл. – Это все из-за омара. Среди ночи я и сама почувствовала легкое недомогание. К счастью, у меня есть чудодейственный порошок, прописанный мне доктором Эйнсли. Я его приняла, и недомогание прошло. Идем ко мне в спальню. Размешаю тебе с водой…

– Нет, маменька. Омар тут ни при чем.

– Ладно, Кит, не буду тебе надоедать, но порошок, заверяю тебя, на вкус совсем не противный. Не волнуйся ни о чем… Договорились? Когда Эвелин найдется, все будет в порядке.

– Маменька! Мы только на это и надеемся с самого начала нашего маскарада. Одному Богу известно, как я этого жажду, но, мама, неужели вы не видите – когда Эвелин объявится, мы окажемся в еще более сложном положении?

– Вижу, все же без омара здесь не обошлось! – воскликнула ее светлость.