опытная сотрудница, которая работала у Мадам уже двадцать лет. Несколько месяцев она обучала ее профессии – показывала, как делать маски и массаж лица, учила правильной постановке рук. После этих уроков Литку отправили на стажировку, чтобы она могла начать работать консультантом и рекламным агентом. С маленьким чемоданчиком с образцами продукции она объездила всю французскую провинцию, побывала у всех агентов фирмы «Хелена Рубинштейн». Места, где располагались филиалы, тщательно отбирали: они должны были быть хорошо известны прессе и удобно расположены географически.
Глава 19. Business is business
«Мы должны больше работать! Нужно все восстановить!» – все время повторяла Хелена. Близкие всегда восхищались ею, а сотрудники побаивались. Когда она внезапно появлялась в салоне, чтобы проверить, как идет работа, всех охватывало волнение. Ее ужасные вспышки ярости были всем известны, и каждый мог оказаться в чем-то виноват. Благодаря железной воле Хелены и упорству Эммануэля Амейсена, доходы росли и французская компания богатела. Специалисты-химики, нанятые Мадам, изобретали новые средства и процедуры, а парижанки, перенесшие столько тягот за пять военных лет, изголодались по косметике.
Хелена старалась охватить и остальную Европу, истощенную войной. В Лондоне временно был открыт новый салон по адресу 48 Беркли-стрит. Она дополнительно наняла агентов для работы в Швейцарии: «В Швейцарии всегда оседают все деньги!» После Швейцарии она завоевала Италию, Испанию и даже Германию, где многие из ее друзей и родственников сгинули в концентрационных лагерях. «Всегда нужно смотреть вперед.
В Швейцарии рынок был довольно скромным, но эта страна, тем не менее, сыграла важную роль в истории марки. Этому есть много причин. Фирма «Хелена Рубинштейн» всегда была лидером на рынке, и Швейцария не стала исключением. К тому же в первые годы после войны, когда в разоренной Европе большинство заводов еще не работало, швейцарская фабрика производила продукцию для остальных европейских рынков. И наконец, в пятидесятые годы в Швейцарии некоторое время располагался главный европейский офис фирмы.
Как и для большинства европейских стран, исключая Францию и Англию, по-настоящему история марки «Хелена Рубинштейн» начинается в Швейцарии после Второй мировой войны. Дот Гретер, известный своими отличными организаторскими способностями, стал первым настоящим дистрибьютором марки «Хелена Рубинштейн» в Швейцарии.
Восстановление работы салона в Милане произошло так же быстро, как и его закрытие в начале войны. В 1946 году компания, главный офис которой находился в Милане и которая в основном занималась строительством зданий, получила разрешение на ввоз косметической продукции, что было в то время очень непросто. Эта компания получила эксклюзивный договор на распространение продукции «Хелена Рубинштейн» в Италии.
Один из итальянских филиалов компании Рубинштейн купил здание по адресу улица Монтенаполеоне, 24 – самой модной улице в Милане. Там и открылся вновь «Дом красоты» Рубинштейн. Это был небольшой трехэтажный особняк. Массажные и косметические кабинеты занимали два первых этажа. На верхнем этаже находились лаборатории и зал для расфасовки. Все было очень скромно. В 1953 году Мадам надумала продать его, и после этого в Италии не открывалось больше ни одного салона Хелены Рубинштейн. Зато в то же самое время салоны, работающие «по методу Хелены Рубинштейн», появлялись во всех больших итальянских городах, в том числе и в Милане.
Почти ничего не известно о работе Хелены Рубинштейн в Германии до войны. Но есть факты, подтверждающие, что марка была известна на немецком рынке в тридцатые и сороковые годы, хотя по документам непонятно, насколько активно компания была там представлена. Берлин, как один из городов, где можно найти «Дом красоты» Хелены Рубинштейн, упоминается в единственной рекламной брошюре, напечатанной в Соединенных Штатах в тридцатые годы. Точный адрес при этом не указан.
Патрик О’Хиггинс упоминает один разговор, свидетелем которого он был. На один из обедов на набережной Бетюн был как-то приглашен Андре Мальро[95]. Хелена рассказывала ему, как немецкий генерал занял ее квартиру во время оккупации. Ее присмотрел было Геринг, но особняк Ротшильдов понравился ему больше, и он отдал квартиру одному из своих генералов. Мальро осматривал в это время мраморную статую Диониса, и Мадам сказала, что эта греко-римская статуя датируется первым веком. Хелена считала ее одним из самых драгоценных своих сокровищ.
– Посмотрите на следы пуль!
Она указала ему на множество мелких точек.
– Немцы использовали эту статую как мишень в тире. Генерал испортил здесь всю мебель, которую не смог увезти.
– Что же вы думали о немцах, когда вернулись? – спросил ее Мальро.
– Солдаты везде одинаковы… немцы ли они, русские, американцы или даже французы. Это разрушители.
– Вы возобновили дела в Германии?
– Конечно. Почему бы и нет?
«Феноменально!» – воскликнет Мальро, рассказывая позже эту историю барону Ротшильду.
Эта беседа подтверждает не только то, что Хелена мало интересовалась политикой, она доказывает, что в Германии продавалась продукция фирмы еще до войны. Но компания работала там не очень активно, потому что обстановка в Германии в 1933 году была уже очень напряженной, и Хелена конечно
