— Алая, я вернулся. Срочный вопрос, я его упустил, ибо до сих пор он не казался важным. Но в свете того, как здесь устроена точка возрождения важно знать. Что будет, если я сниму флаг красных и подниму свой? Не будут ли красные возрождаться в Столице?
— Нет, Апулей, то есть при обычной привязке их бы туда перебросило, но они здесь применили, то, что в других кланах не практикуют — жесткая привязка к одному месту без всякой возможности перемен. Думаю, что это для того, чтобы сбежать не мог никто. Вот опять там завыли, новая партия возродилась. Для меня это музыка, жаль, что большинство из них в реал вышли.
— Это точно?
— Я — лидер клана, хорошего клана, и давно.
— Извини за уточнение, но это стратегически важно сейчас. Ладно, я пойду флаг менять.
Вот я снова на вершине донжона. Слегка все же еще потряхивает, время еще есть нужно еще раз все обдумать и не забыть еще чего-нибудь важного. А, ерунда! Все равно сейчас голова не работает от возбуждения.
Наконец-то спустил красный флаг и поднял новый. К символике подобного рода я отношусь спокойно и без предвзятости. Флаг или герб должны быть или традиционными, или просто узнаваемыми.
Создание флага нашего клана я поручил Лизке. Эскиз для него, высунув язык, рисовала мелкая по просьбе сестры. Перенесли его на ткань в столичном ателье, которое чем-то Лизке понравилось, и вот он реет над замком.
— Знамя победы.
Что на нем изображено, не разберет никто, даже мелкая уже забыла, что рисовала. Но мне это не важно. Когда я беру в руки детский рисунок, во мне что-то такое происходит. Что-то неуловимое, хорошее и правильное. Вот за это я и буду воевать под этим знаменем.
На площадке донжона вдруг стало светло. Передо мной появились полупрозрачная фигура юной красавицы в белой тунике, она подошла ко мне и возложила серебристый венок мне на голову. Раздался звук трубы, и, почти сразу, исчезла во вспышке света Богиня Победы. Победа!!!
Не знаю, как у других, но у меня самое раннее воспоминание из детства — мячик. Красный с желтым. На детской площадке в нашем дворе ко мне подошел бутуз с толстыми щеками, протянул мячик и сказал.
— На.
Наверное, это неправильно, и первыми в памяти должны остаться мать и отец, но их мое сознание воспринимает как некое любящее и постоянно заботящееся обо мне нечто. Собственно, у ребенка в раннем возрасте весь мир — это облако вокруг, то, до чего он может рукой дотянуться. Родители были моим миром внутренним, а этот мячик и мальчик, который мне его дал, были миром уже внешним. Так я познакомился с Сергеем. Тогда дружбой наше знакомство было назвать нельзя, просто мы часто играли вместе, но дружба выросла из этого первого воспоминания. Всю жизнь мы жили рядом в соседних парадных, учились в одном классе и сидели там тоже рядом. Ссорились, мирились, учились жить. Всегда рядом, даже в летние каникулы мы были или на нашей даче, или на даче деда Сергея в Пупышево. Трудно описать, что я почувствовал, когда его не стало. Это ненужно и неважно сейчас. Важно то, что я сделал после этого, что долго готовил, и что могу мысленно предъявить. Здесь на вершине донжона.
— В память о тебе, Серега. От нас обоих — лови, Прохоров Андрей Павлович!!! И это еще далеко не все! Жди, будет продолжение!
Том 3\1 Сыщик.
Том 3\1. Глава 1
Сегодня Шерлок вернулся домой около десяти утра крайне раздраженный, выполнить заказ сегодня не удалось, редкий случай, когда объект наблюдения смог скрыться. Вину свою сыщик вполне осознавал, расслабился, так как был совершенно уверен, что объект движется в Черную орхидею и особенно не напрягался. Заказала слежку женщина, которая вела себя как большинство жен. Нервничала, сомневалась, раз десять переспросила стоимость
