— От удивления у мальчиков рот открывается, мне же там другое что-то привиделось. Если бы в тот момент между вами кружка была стальная, вы бы ее расплющили.
— Ну, порыв, с кем не бывает. Ты сама-то чего добиваешься? Мы уже достаточно выпили и можем поговорить без всяких там… Потом, может, краснеть придется. Или нейтральный вариант — никто, ничего, ни гугу, и пошли спать ни с кем.
— Точно, надо спать идти. И еще найти, где спать.
Покачиваясь и поддерживая друг друга, они добрались до спальни с огромной кроватью, рухнули на нее без сил и тут же заснули.
А в помещении секьюрити на столе так и лежал Пашка, всеми забытый и никому не нужный. Даже отец забыл о нем, как бывало и ранее. Дела важнее. Пашка не обижался на отца раньше, а теперь тем более. Вероятно, ему все же было бы лучше расти без отца.
А поутру, они проснулись. Укрыться одеялом не догадались, и сейчас испытали неловкость. Чтобы согреться, они так приблизились друг к другу, что со стороны могло показаться, что они — пара влюбленных. Обе отпрянули, но потом засмеялась сначала Света, а за ней и Наташа. Все же они давно друг друга знали, и подобные склонности обеим были чужды. Опьянели они вечером, скорее от утомления, нервного перенапряжения и недостатка закуски, поэтому похмелье пощадило молодые организмы.
— Кто первая в душ?
Старая, проверенная временем, система отбора — камень, ножницы, бумага — дал ничью три раза подряд. Это развеселило их опять. Утро начиналось радостно и смешливо. Вчерашние ужасы забылись. Страхи и заботы о безопасности, о завтрашнем дне успешно сброшены на чужие плечи. Настроение было хорошим у обеих. Любопытство проснулось вместе с ними, и первое желание было — исследовать квартиру загадочного Миха, и как следует ее обсудить с подругой.
— На раз, два, три — кто первая добежит. Раз, два, три!
Они сорвались с кровати и помчались в ванную комнату, которую вчера так и не осмотрели. Бежали вровень и вломились туда тоже вместе. В ванную вели, почему- то, две двери. Одна открывалась в коридор, а вторая — вовнутрь. Девочки влетели туда и замерли. В углу комнаты стоял голый Мих, в него били мощные струи воды со всех сторон. Шум был жуткий и он их не услышал, а так как стоял к ним спиной, то и не увидел. Наталья видела Миха во всех видах и под всеми углами. Стараясь его увлечь, она испытывала на нем все методы обольщения и соблазнения. От Камасутры до книг по кулинарии и домоводству. Но сейчас она была поражена даже больше, чем Светлана.
У Светы же сохранились воспоминания о юноше из десятого Б — телосложения, скорее сухощавого, чем спортивного. На пляже Петропавловки он блистать культурой тела тогда не мог. Сейчас же струи воды разбивались о мощный торс скорее Геракла, чем Аполлона. Вместо того, чтобы выскочить в коридор и сделать вид, что ничего не было, они замерли. Результат был предсказуем. Мих развернулся. В немой сцене теперь участвовали уже трое. Наконец.
— Доброе утро. Как спалось девочки?
Мих нажал кнопку и стало тихо.
— Ой.
Светлана выскочила в коридор.
— Ты что, идиот, стероидами обкололся? Да ты здоровье свое угробил. Стоило тебя одного оставить. Что теперь с тобой делать?
Наташа искренне расстроилась и испугалась за него. Других предположений по поводу резкого изменения его тела у нее не было, и не могло быть. Она чуть не плакала.
— Идти готовить завтрак новогодний. Я так понимаю, праздничный стол у всех вчера не задался.
Мих правильно оценил инцидент. Звукоизоляцию он делал сам и понял, что подруги не услышали звука душа из коридора. Наталья надула губы и вышла.
Мих продолжил утренний массажный душ с контрастом температур. Размяться он успел на тренажере. А отсутствие прогулки надо было компенсировать. Через пятнадцать минут он вышел. Завтрак был уже готов. Наташа была мрачновата, Света смотрела на подругу с недоумением. По ее мнению, происшествие было скорее забавным и любопытным.
— А где у тебя ванная?
Спросила она, все еще поглядывая на Наташу.
— Неужели нам здесь жить без ванны. Ужас. О чем ты думал?
— Свет, а куда ты только что вломилась? Это ванная и есть.
— Ты не только стероиды, должно быть, принимал. Это — душ. И душ для мазохистов. Мы нежные красивые девушки, ты, урод.
Наталья подключилась к критике.
— Зачем тебе такая огромная душевая, там же метров двенадцать? Опять все не как у людей. Учти, я в эту камнедробилку не полезу. Не заставишь. Будешь меня губкой обтирать.
