Вдруг тень заслонила солнце. Олег сел напротив нее на песок, скрестив ноги. Его массивное тело заслонило обзор. Деирдре немного отклонилась, чтобы взглянуть, куда подевался Джерри. Шотландец играл вместе с Джонни в воде. Иногда он сам был сущим ребенком. Деирдре открыла корзинку с крышкой, достала хлеб и копченую рыбу и поделилась с Олегом, отложив порцию для Джерри. Олег отпил из бурдюка. Мускулы на его коричневой шее напряглись. Деирдре все время дивилась тому, насколько силен этот киргиз. Даже в минуты покоя это было заметно. Со своими могучими плечами и громадными руками он напоминал неприступный бастион.
Олег ел сосредоточенно и медленно жевал, глядя при этом на девушку. Она ответила на его взгляд и поняла, о чем он хочет ее спросить. Девушка быстро кивнула и пожала плечами. Да, она снова думала об Эдмонде, и да, ей действительно было плохо. Как обычно, Деирдре понимала Олега без слов. Часто не нужно было даже жестов. Олег тоже сразу ее понимал. Между ними возникла какая-то странная связь.
Джерри был удивлен этим. Шотландец всегда считал, что он единственный человек, который понимает, что хочет сказать молчаливый великан. Но у Деирдре было преимущество перед Джерри. Она улавливала едва заметные изменения в настроении Олега, понимала мотивы его действий и мыслей. Зачастую хватало простого взгляда, чтобы по позе или наклону головы понять со спины, какое у него выражение лица. А когда Олег поворачивался, предположение Деирдре подтверждалось. Казалось, когда дело касалось Олега, она обладала какими-то необычными инстинктами. Как и Джерри, ирландка разговаривала с киргизом с помощью языка жестов – это с самого начала не составляло труда для Деирдре: ее бабушка была глухой, и к тому же девушка внимательно наблюдала за Джерри и Олегом.
Но не только язык глухонемых помогал ей понимать Олега. Это скорее было похоже на интуитивное восприятие, молчаливое знание его натуры. Киргиз не произносил ни слова. Деирдре не представляла, чем он занимался раньше. Но девушка знала его почти так же хорошо, как себя. Она знала, что Олег умен и любознателен. Он умел читать: в его походном мешке лежало несколько книг, которые он иногда перелистывал. Часто киргиз просто сидел и наблюдал – за ныряющим пеликаном, за тем, как ползет к морю черепаха, за отплывающим кораблем. Олег очень любил детей. Когда киргиз играл с Джонни, на его лице иногда даже появлялась улыбка. Он был очень заботлив и осмотрителен, всегда все подмечал. Если Джонни затевал какую-то шалость, Олег догадывался об этом и предотвращал выходку. Его руки казались такими ловкими, что Деирдре всякий раз удивлялась этому. Никто не умел так быстро вязать узлы, как Олег. Лучше него под парусом ходил, наверное, только Дункан и, возможно, Джон Иверс. А вот в стрельбе с Олегом не мог сравниться никто. Оружейный ремень он снимал лишь на ночь.
Но, несмотря на умение обращаться с оружием, киргиз мог быть очень чутким. Деирдре никогда не забудет, как он держал на руках только что родившуюся Фейт. Олег взял ее в руки бережно, словно сырое яйцо. Крошечное тельце почти полностью уместилось у него в ладонях. Позже, когда все закончилось, Деирдре и Олег пристально посмотрели друг другу в глаза, словно делясь тем, что они думали и чувствовали.
Да, Джерри был прав: они с Олегом были по-своему связаны. Для девушки это была близость, которую она еще никогда не ощущала по отношению к мужчине, даже к Эдмонду. Деирдре искренне любила пастора, но он никогда не допускал, чтобы границы, которые очерчивал его сан, были нарушены. Поэтому ее чувства к нему всегда были связаны с отчаянием и отречением. Рядом же с Олегом Деирдре была лишена сомнений. Между ними царило полное взаимопонимание. Его непривычные черты лица странным образом притягивали девушку. Это еще больше сближало их: Деирдре ощущала, что киргиз, как и она сама, был оторван от прошлой жизни. Девушка, конечно, понимала, что он любил ее, просто обожал. Да и как она могла этого не понять, если взгляд Олега был красноречивей слов? Деирдре не могла ответить на его чувства, ведь свое сердце она подарила Эдмонду, а тот его не принял. И все же ирландка была благодарна Олегу, когда он просто смотрел ей в глаза.
То же самое было и сейчас. Он не требовал, не тосковал. Его взгляд был наполнен уверенностью, сочувствием и огромной симпатией. Его взгляд был похож на радугу. В такие моменты в душе Деирдре рождалась робкая, призрачная надежда. Молчаливое обещание счастливого будущего, которое когда- нибудь настанет. «
Джерри вернулся с пляжа вспотевший. С него стекала морская вода. Он отряхнулся, как молодой пес, и рассмеялся.
– Могу поклясться, у этого малыша выносливости больше, чем у трех взрослых пиратов.
Он голодными глазами покосился на корзину:
– Там еще что-нибудь осталось?
Деирдре достала и протянула ему хлеб и рыбу, после чего Джерри, удовлетворенно вздохнув, присел рядом с Олегом.
Улыбаясь, девушка наблюдала за тем, как шотландец уплетает обед за обе щеки. Вскоре он умял все без остатка. Джерри всегда вел себя беззаботно, от чего мир вокруг делался немного приветливее и дружелюбнее. Спустя некоторое время прибежал и Джонни и сел рядом с ними на корточки. Изнывая от жажды, он потребовал воды. Деирдре подала ему бурдюк.
– А где твоя мама?
– Вернулась в дом. Я должен оставаться рядом с вами.
– Тогда ты можешь отнести со мной рыбу на рынок.
– Олег и Джерри тоже должны пойти.
– Может, и они составят нам компанию.
Деирдре подняла голову и взглянула в глаза Олегу.
