– Что теперь? – спросила Кансин, поглядывая на блокированную свистевшими хулиганами улицу Амтол.
– Я не знаю, – сказал Эдеард. Он посовещался с сержантами у каждого из мостов и проверил, как идут дела у групп задержания. – Мы сумели выловить только восемь человек из сотни, включая Буата. Я рассчитывал на лучший результат. – Эдеард с тревогой посмотрел на беснующуюся толпу. – Я не хочу больше никого туда посылать. Это может привести к потерям.
– Если мы еще немного здесь простоим, мы пропали, – сказал Максен. – Нельзя не признать, что они хозяева в Сампалоке, и с этим ничего не поделать.
– Мне казалось, ты не возражал, если бунт ограничится Сампалоком, – заметил Бойд.
– Здесь тоже живут порядочные люди, и их немало, – сказал Эдеард. – А толпа все увеличивается. И так у всех мостов. Я не предполагал, что Буат контролирует такие массы народа.
– Мы могли бы применить маскировку, – предложил Динлей. – Выследить ближайшего подозреваемого из списка и потихоньку его нейтрализовать. Эта сотня здесь всем управляет, они провоцируют толпу. Надо брать их по одному.
– Возможно, ты прав.
Но Эдеард еще не принял решения. Колоссальный масштаб ответной реакции оказался для него неожиданностью. Но ведь обитатели Сампалока всегда были готовы к дракам, и вызвать беспорядки не составило никакого труда.
Он подошел к отряду констеблей, охранявшему мост через Торговый канал, и попытался определить, кто из указанных в списке бандитов находится поблизости. Но не успел он сосредоточиться, как ощутил телепатическое сообщение от сержанта с моста, ведущего к Верхнему Рву. Тот докладывал, что толпа рассеялась по улицам и начались грабежи магазинов и мастерских. Про-взгляд Эдеарда выявил атмосферу ярости и ликования. Не слишком удачное сочетание. Затем его про-взгляд остановился на ген-орле. Острым зрением птицы Эдеард увидел огонь и дым, появившиеся сразу в пяти зданиях. Когда наблюдатель опустился ниже, он заметил, как люди стекаются к торговым заведениям. Из разбитых дверей выбрасывали товары, мгновенно расходившиеся в толпе. Десятки подростков разбегались по улицам, спеша спрятать свою добычу.
Внимание ген-орла внезапно нарушилось. Какая-то сила отвлекала его, притягивая вниз, к изломанной линии крыш Сампалока. Мощные крылья яростно захлопали, выдавая возрастающее волнение.
Поведение ген-формы сильно встревожило Эдеарда. Лишь у немногих людей хватило бы телекинетической силы, чтобы достать орла на такой высоте, и еще меньше проявляли намерение атаковать беззащитное существо. Отследить телекинез про-взглядом было необычайно трудно, но Эдеард сумел ощутить хрупкую нить воздействия до самой земли. Он сосредоточился на ее источнике и в толпе на улице Энтфолл обнаружил подростка лет пятнадцати.
«Прекрати», – скомандовал ему Эдеард.
Парень вздрогнул. Он мгновенно отдернул третью руку и скрылся в ближайшем здании.
На набережной Средней заводи раздался громкий треск дерева. Эдеард, оглянувшись по сторонам, понял, что мятежники взломали дверь в лавку пекаря на улице Мислор. Люди с радостными криками ворвались внутрь и в один миг расхватали свежие хлебцы и булочки. Протестующие крики пекаря и его родных быстро утихли. Следующей пострадала лавка бакалейщика, потом магазин одежды и таверна – и все под аккомпанемент ликующих криков толпы. Затем были разгромлены маленькая кузница, кафе и сапожная мастерская.
– Что нам делать, Идущий-по-Воде? – спросил старший сержант, командовавший констеблями на набережной.
Эдеард не знал, что ответить. В этот момент треск ломаемых дверей донесся с улицы Зульмал.
– О Заступница! – Он обернулся к сержанту. – Оттесняйте их назад, подальше от торговых кварталов.
Сержант, пришедший из района Ваджи, бросил на него неуверенный взгляд.
– Есть, сэр.
Рядом с Эдеардом выстроился отряд из более чем пятидесяти констеблей, и он повел их на улицу Мислор. Толпа, завидев его, стала разбегаться, но в констеблей полетел целый шквал камней и бутылок. Эдеард без труда остановил все снаряды, они осыпались на землю. Через первую же боковую аллею он заглянул на улицу Зульмал: погромы и грабежи там были еще более жестокими. Впереди, на улице Мислор, толпа врывалась в новые магазины и мастерские.
– Это ты виноват! – закричала ему с тротуара женщина. Она выбежала из проема, где еще сохранились обломки дверей. На желтом платье пестрели пятна крови, в руке женщина сжимала длинный нож. – Ты, Идущий-по-Воде, нас погубил. Моя семья жила здесь две сотни лет. Двести лет наша торговля процветала, а теперь все пропало. Чтоб тебе сгнить в Хоньо, мерзавец!
Эдеард остановил отряд. Единственное, чего он достиг этим выходом, – грабежи оставшихся пока нетронутыми лавок и мастерских. Оттесняя бунтовщиков, он сам подталкивал их к новым целям.
– Помоги мне, Заступница, – прошептал он.
Еще три сержанта известили его о начавшихся беспорядках. Хаос охватил уже шесть кварталов Сампалока.
– Возвращаемся на набережную, – скомандовал он сопровождавшим его констеблям.
За время его отсутствия толпа на набережной заметно осмелела и начала наступать на констеблей, охраняющих мост в Беллис. Грабежи не прекращались. Попытки владельцев защитить свое имущество привели к всплеску насилия. Эдеард видел, как яростно работают дубинки, как жестоко действуют третьи руки. А потом оправдались его худшие опасения: раздался пистолетный выстрел.
На мгновение вокруг все замерли, стараясь определить, откуда стреляли. Эдеард уголком глаза заметил, как упала Кансин. Она, конечно же, была в первых рядах констеблей, а теперь рухнула на колени, держась рукой за грудь и тяжело хватая ртом воздух.
– Кансин! – заорал Максен.
Он быстро растолкал притихших констеблей и обнял Кансин обеими руками.
– Все в порядке, – задыхаясь, пробормотала она. – Со мной ничего не случилось. О Заступница! Больше никогда не буду жаловаться на неудобство этих жилетов из армшелка.
Она потерла рукой место, куда угодила пуля. Максен всхлипнул от радости и поцеловал ее.
Разъяренный Эдеард выбежал на свободное пространство между толпой и констеблями. Стоявшие в первом ряду мятежники попятились.
– Прекратите беспорядки! – закричал Эдеард. – Расходитесь по домам. Все кончено.
Несколько мгновений все молчали. А потом из задних рядов раздался крик: «Долой Идущего-по-Воде!»
Прогремело еще два выстрела. Эдеард был готов к ним. Пули повисли в воздухе в паре футов от него. Он попытался устроить целый спектакль, рассматривая и презрительно отталкивая пули в сторону бунтовщиков, чтобы убедить их в своей непобедимости, в том, что их бунт бесполезен, но только дал повод для новых насмешек.
«Выстрелил один из наших людей», – поступило направленное сообщение от Аргиана.
Взгляд Эдеарда скользнул по крыше дома в самом начале улицы Зульмал, где среди разросшихся лиан притаился Аргиан.
«Кто? Где он?» – спросил Эдеард.
