— Ледяные жрецы тащат троих пленников вперед сквозь толпу, окружающую кольцо тотемов. Пленники сопротивляются как сумасшедшие, но у них связаны руки. Остальные, похоже, испуганы: стоят не шелохнутся, опустив головы. В кругу тотемов все в полной прострации, движутся только жрецы — они скачут и вертятся, словно дервиши. Так, первого из троих толкают к подножию ледяной пирамиды…
— Анри, ты вовсе не обязан смотреть на это, — предупредил Силберхатт.
— Хэнк, я уже немало узнал про Итакву, но чтобы разобраться как следует, надо постараться увидеть все, что возможно, в том числе и самое худшее. Чему там должно быть, тому не миновать, а уж от того, смотрю я или нет, ничего не изменится.
Де Мариньи замолчал: далеко на снежной равнине Итаква протянул руку вниз и поднял первого из пленников. Мужчина, по виду и одежде индеец, перестал брыкаться и застыл как по стойке «смирно», когда огромный кулак без всяких усилий поднял его в воздух. Без всяких преамбул Шагающий с Ветрами поднял человека вверх над своей чудовищной башкой и бросил на него короткий горящий взгляд. Глаза его широко открылись, засияв ощутимо жарким ярким пламенем, когтистый кулак внезапно разжался, и индеец упал. Потоки воздуха швыряли его как куклу, а потом он упал в сполохе красных искр прямо в чудовищный глаз Итаквы!
Гротескная фигура на вершине ледяного трона медленно вернулась в привычное положение, затем рука снова протянулась вниз. Второй волчий воин оказался не таким смелым, как его предшественник. Он отчаянно лягался, но это не помогло. Итаква поднял его вверх, будто тоже хотел бросить, но вместо этого большим и указательным пальцами свободной руки оторвал одну из конвульсивно дергающихся ног!
Де Мариньи замутило, и он отвернулся было, но собрался с духом и продолжал наблюдения. Итаква швырнул в толпу стоящих в тотемном кругу людей обезглавленное и лишенное конечностей тело. Настала очередь третьего и последнего нарушителя.
Когда чудовищная рука схватила его, волчий воин упал в обморок, его тело бессильно свисало из кулака Шагающего с Ветрами. Почти безо всякого интереса Итаква швырнул его вверх по крутой дуге. Де Мариньи ожидал, что тело упадет на землю, но ему не скоро суждено было упасть. Верные Итакве элементали воздуха подхватили несчастного индейца, закинули еще выше, раскрутили волчком, так что его конечности образовали крест, и принялись на головокружительной скорости швырять тело во все стороны — на север, на запад, на юг, на восток высоко в небе над белой равниной. Под конец индеец свечкой взмыл в небо, дергаясь, словно марионетка на невидимых ниточках, чтобы рухнуть с немыслимой высоты в разбегающуюся толпу.
Да, толпа именно разбегалась, ибо кто может в такой момент довериться настроению Шагающего с Ветрами? Он хорошо позабавился, но сейчас игра закончилась.
Или не закончилась?
Он осмотрелся, повертел огромной головой по сторонам, и его взгляд остановился на Часах Времени, что лежали у подножия ледяной пирамиды. Де Мариньи затаил дыхание, когда Итаква схватил Часы, и поперхнулся, когда похожая на кляксу черная голова затряслась в конвульсиях безумного смеха. От монстра исходил глухой, неслышный звук. В следующий миг он повернулся и посмотрел прямо на плато, и де Мариньи показалось, что Итаква смотрит именно в то окно, где стоят они с Силберхаттом, и ярко-красные глаза чудовища вспыхнули поистине адским пламенем.
А потом, надежно зажав Часы Времени в кулаке, он подпрыгнул в небо и зашагал вверх, словно поднимаясь по незримой лестнице, его темная тень накрыла чуть ли не акр белой равнины. Почти на самом верху он замер в немыслимой позе и быстро взглянул вниз. Он держал Часы в руке как игрушку — нет, как трофей, и все его тело содрогалось в пароксизме удовольствия! В следующий миг он скрылся из виду, ушел в небо над верхом плато, все выше и выше в морозный воздух.
Да-да, скрылся из виду, а вместе с ним скрылись и Часы Времени, единственная надежда де Мариньи вырваться с Бореи и попасть в Элизию. И вот тут-то человек с Материнского мира впервые оказался в действительно безвыходном положении, и казалось, что ровно ничегошеньки с этим нельзя поделать.
Через неполных четыре часа Хэнк Силберхатт обнаружил де Мариньи на верху плато. Высунувшись между зубцов стены, он мрачно смотрел на снежную равнину. Глядя на друга со стороны, Вождь порадовался тому, что он хорошо держится, невзирая на то, что дела у него повернулись так, что хуже некуда. Остался он доволен и тем, что де Мариньи за долгие часы, проведенные в гимнастических залах и на аренах, вошел в хорошую спортивную форму, а также и тем, что он надевал на себя уже не так много одежды — начал привыкать к низкой температуре за пределами теплых жилых помещений.
— Анри, ты выглядишь ужасно.
Обернувшись, де Мариньи кивнул. Это было и приветствие, и согласие.
— Угу. И чувствую себя так же, — уныло согласился он. — А с чего мне радоваться?
— Думаю, что довольно скоро ты порадуешься.
У Вождя был такой вид, что никто бы и не догадался, что он замыслил некий приятный сюрприз. В сердце де Мариньи вспыхнула внезапная надежда, и он спросил:
— Хэнк, в чем дело? Что-нибудь случилось?
Вождь пожал плечами:
— Да ничего особенного. Но шанс имеется.
— Что именно ты имеешь в виду? Шанс на что?
— Как ты знаешь, Итаква ушел, но Часы он с собой все-таки не забрал!
Де Мариньи сжал обе руки Вождя:
— Так они здесь, на Борее?
Силберхатт помотал головой:
— Нет, не на Борее, а на одной из ее лун. Перед тем как отправиться в странствия, Итаква побывал на обеих лунах, и Часы стоят там, где он их оставил. Взгляни!
Он указал на отдаленный горизонт, где над горами постоянно висели две огромные, тускло светящиеся луны, словно нарисованные некими космическими художниками:
— Вот там твои Часы Времени, Анри, на лунах Бореи. Где именно — на Нуминосе или на Дромосе, я не знаю. Либо там, либо там — время покажет.
Де Мариньи мрачно кивнул, пытаясь понять:
— Но если Часы находятся на одной из лун Бореи, то нас отделяет от них как минимум двенадцать тысяч миль межпланетного пространства! Шанс, ты говоришь, но разве это шанс? Ну а самое главное — с чего ты взял, что они там?
Вождь поднял ладонь перед собой:
— Спокойствие, дружище, сейчас я все объясню. Армандра с самого начала следила за своим отцом при помощи телепатии и знает, что, когда Итаква закончил свои дела на лунах, Часов у него с
