Глава 22
«У Джаммера»До владений Джаммера пришлось преодолеть еще двенадцать пролетов мертвого эскалатора. Занимал клуб, как выяснилось, почти треть последнего этажа. Если не считать заведения Леона, Бобби никогда в жизни не видел ночного клуба, а потому «У Джаммера» произвел на него изрядное впечатление, хотя и показался жутковатым. Впечатляли размеры и то, что Бобби счел шикарной обстановкой, а жутковато было потому, что любой ночной клуб, особенно днем, чем-то неуловимо ирреален. Есть в нем что-то ведьмовское. Заткнув большие пальцы в задние карманы новых джинсов, Бобби с любопытством оглядывался по сторонам, пока Джекки шепотом беседовала с длиннолицым белым в мятом синем комбинезоне. Обстановку клуба составляли темные банкетки с обивкой из искусственного плюша, круглые черные столики и десяток резных деревянных ширм. Потолок был выкрашен черным, каждый столик слабо освещался собственным невидимым прожектором, нацеленным откуда-то сверху, из темноты. Была здесь также сцена, сейчас ярко освещенная рабочими лампами, свисающими на желтых спиральных шнурах, а в середине сцены стояли вишнево-красные барабаны. Бобби не мог бы сказать почему, но от всего этого мороз подирал по коже; какое-то неуловимое ощущение полужизни, как будто что-то вот-вот зашевелится — там, в самом уголке глаз…
— Бобби, — окликнула его Джекки, — подойди познакомься с Джаммером.
Бобби пересек черную ковровую дорожку со всем хладнокровием, какое сумел изобразить, и предстал перед длиннолицым, у которого были темные редеющие волосы, а под комбинезоном оказалась белая вечерняя рубашка. Губы у мужчины были узкие, на впалых щеках чернела вчерашняя щетина.
— Ага, — сказал Джаммер, — хочешь, значит, быть ковбоем?
Он смотрел на футболку Бобби, и у того возникло малоприятное ощущение, что его собеседник вот-вот рассмеется.
— Джаммер был жокеем, — сказала Джекки. — Самым крутым, какие только бывают. Правда, Джаммер?
— Так говорят, — отозвался Джаммер, по-прежнему глядя на Бобби. — Давно это было, Джекки. И каков же у тебя пробег, парень, сколько часов? — спросил он Бобби.
Бобби вспыхнул:
— Ну, наверное, один.
Джаммер вздернул кустистые брови.
— Что ж, надо же когда-то начинать, — улыбнулся он.
Зубы у него оказались мелкими, неестественно ровными и, как подумалось Бобби, слишком многочисленными.
— Бобби, — сказала Джекки, — почему бы тебе не расспросить Джаммера о том персонаже, Виге, о котором тебе рассказывал Финн?
Джаммер поглядел на нее, потом снова на Бобби.
— Ты знаешь Финна? Для простого хотдоггера ты довольно глубоко забрался, не находишь? — Вынув из брючного кармана ингалятор, он вставил его в левую ноздрю, потянул носом воздух, потом снова убрал ингалятор в карман. — Лудгейт. Виг. Так, значит, Финн говорил о Виге? Не иначе как совсем уже в маразм впал.
Бобби не понял, что бы это значило, но решил, что сейчас не самое удачное время переспрашивать.
— Ну, — рискнул Бобби, — этот Виг, он где-то высоко на орбите и толкает иногда Финну товар…
— Серьезно? Офигеть и не встать. Я бы сказал, что Виг или мертв, или совсем уже овощ. Такого чокнутого даже среди ковбоев еще поискать, если понимаешь, о чем я. Псих долбаный. Исчез. Сто лет уже ничего о нем не слышал.
— Джаммер, — вмешалась Джекки. — Я подумала, может, Бобби рассказать тебе всю историю? Под вечер здесь появится Бовуар, и у него будет к тебе немало вопросов, так что тебе лучше понимать, как обстоят дела…
Джаммер перевел взгляд на танцовщицу:
— Вот как, понимаю. Мистер Бовуар вспомнил про тот должок, да?
— Не могу говорить за него, — сказала она, — но догадка не лишена оснований. Нам нужно безопасное место, чтобы Счет мог укрыться.
— Какой счет?
— Я, — сказал Бобби. — Счет — это я.
— Великолепно, — без тени энтузиазма проговорил Джаммер, — тогда пойдем в контору, это за сценой.
Бобби не мог оторвать глаз от киберпространственной деки, которая занимала почти треть антикварного дубового стола Джаммера. Она была матово-черной, явно штучной работы и безо всяких торговых марок. Бобби то и дело вытягивал шею, чтобы разглядеть ее получше, пока рассказывал Джаммеру о Дважды-в-День и о своем неудачном рейде, о том, как почувствовал девочку, и о том, как взорвали материну квартиру. Это была самая крутая дека, какую он только видел. И тут он вспомнил, как Джекки говорила, что Джаммер в свое время был чертовски крутым ковбоем. Когда Бобби закончил, Джаммер как-то обмяк, откинулся на: спинку стула.
— Хочешь попробовать? — спросил он. Голос его звучал устало.
— Попробовать что?
— Деку. Мне показалось, тебе этого хочется. Ну, судя по тому, как ты все елозишь задницей по стулу. Или тебе хочется ее попробовать, или очень надо поссать.
— Черт, да. То есть да, спасибо, мне бы…
— Почему бы и нет? Не вижу, как кто-то может узнать, что это ты, а не я, так? Почему бы тебе не подключиться с ним, Джекки? Вроде как для присмотра. — Открыв ящик стола, он вынул оттуда два набора тродов. — Только ничего не делай, ладно? Я хочу сказать, просто войди и прокатись. Не лихачь и не пытайся никуда влезать. Я в долгу у Лукаса и Бовуара, и, похоже, расплачиваться мне придется тем, что я помогу сохранить твою задницу в целости и сохранности. — Один набор тродов он протянул Джекки, другой — Бобби; потом встал и, взявшись за ручки по обеим сторонам черной консоли, развернул ее передом к Бобби. — Давай. А то сейчас прямо в портках обкончаешься. Этой штуке уже лет десять, а она все равно на порядок круче почти всего, на чем сейчас работают. Ее собрал парень по имени Автомат Джек, прямо с начала до конца собрал своими руками. Он был когда-то мастером по железу у Бобби Куайна. Помнится, эта парочка сожгла Дом Голубых Огней, впрочем, дело было, наверное, еще до твоего рождения.
Бобби уже надел троды и теперь выжидательно смотрел на Джекки.
— Ты когда-нибудь раньше подключался тандемом? — спросила она.
Бобби покачал головой.
— Ладно. Мы подключимся, но я буду висеть у тебя за левым плечом. Скажу «выключайся», ты выключишься. Если увидишь что-то необычное, это будет потому, что с тобой я, понял?
Он кивнул.
Расстегнув пару длинных булавок с серебряными головками спереди своей федоры, Джекки сняла шляпу и положила ее на стол рядом с декой Джаммера. Надвинула троды поверх шелкового шафранового шарфа, пригладила контакты на лбу.
— Поехали, — сказала она.
Теперь и всегда — едино. На ускоренном прогоне вперед. Дека Джаммера включилась в «небо» над яркими неоновыми сердечниками баз — незнакомая ему топография данных. Хребты и пики информации, мощные крепости корпоративных баз —
