— А я тебя ждал, — сказал он, с усилием перенося тело со ступеньки на ступеньку.
— Правда?
— Я знал, что ты сбежала от Суэйна. Мониторил понемногу его трафик, когда было время, свободное от того, другого…
— Другого?
— Ты что, не знаешь?
— Прости?
— Все дело в матрице. Там что-то происходит. Проще показать, чем пытаться объяснить. Тем более что объяснить это я все равно не могу. Готов поспорить, три четверти всего человечества сейчас подключены к сети, смотрят шоу…
— Я не понимаю.
— Сомневаюсь, что кто-то вообще понимает. В секторе, где Муравейник, возник новый макроформ.
— Макроформ?
— Очень большая база-конструкт.
— Я пришла предупредить Салли. Суэйн и Робин Ланье собираются сдать ее тем, кто готовит похищение Анджелы Митчелл.
— Как раз об этом я бы волноваться не стал, — сказал Тик, поднимаясь на верхнюю площадку. — Салли уже увела у них из-под носа Митчелл и чуть было не прикончила Суэйнова человека в Муравейнике. Теперь они в любом случае за ней охотятся. Черт побери, скоро за ней станут охотиться все и каждый! Тем не менее можно попробовать это ей передать, когда она выйдет на связь. Если выйдет…
Тик жил в мансарде, состоящей из одной большой комнаты, причудливая форма которой заставляла предположить, что в ней убрали внутренние перегородки. Несмотря на ее размеры, всю комнату заполняли вещи. На взгляд Кумико, выглядела она так, будто кто-то распределил все содержимое какой-нибудь акихабарской лавки[108] в пространстве, уже в избытке заставленном — на гайдзинский манер — всякой массивной мебелью. И тем не менее комната отличалась удивительным порядком и чистотой; даже стопки журналов были тщательно выровнены по углам низкого стеклянного столика, где они покоились рядом с девственно-чистой керамической пепельницей и скромной белой вазой со срезанными цветами.
Пока Тик наливал в электрический чайник воду из фильтрующего кувшина, она снова попыталась вызвать Колина.
— Что это? — спросил Тик, ставя кувшин на место.
— Модуль-гид «Маас-Неотек». Он разбился, и я не могу вызвать Колина…
— Колина? Это стим-устройство?
— Да.
— Давай посмотрим… — Он протянул руку.
— Мне подарил его отец…
Тик присвистнул:
— Должно быть, стоит целое состояние. Ну конечно же, один из «маасовских» мини-ИскИнов. Как он работает?
— Нужно сжать модуль в руке, тогда появится Колин. Но никто, кроме меня, не может ни видеть его, ни слышать.
Тик поднес модуль к уху и встряхнул.
— Он разбился? Как?
— Я его уронила.
— Видишь ли, разбит только корпус. Биософт отделился от капсулы, так что тебе не включить его как раньше, вручную.
— Ты можешь его починить?
— Нет. Но если хочешь, мы можем войти в него через деку… — Он вернул ей модуль.
Закипел чайник.
За чаем девочка рассказала ему про свое путешествие в Муравейник и про визит Салли к святилищу в тупичке.
— Он называл ее Молли, — сказала она.
Тик раза четыре попеременно кивнул и подмигнул.
— Ну да, там она звалась так. О чем они разговаривали?
— Говорили о каком-то месте под названием «Блуждающий огонек». О старом знакомом по имени Кейс. О каком-то враге, женщине…
— Тессье-Эшпул. Я это выяснил для нее, когда ворошил барахлишко Суэйна. Суэйн собирается продать Молли так называемой леди три-Джейн. У этой леди самое полное досье пикантнейшего грязного белья, какое только можно себе представить, — вообще на всех и на вся. Я был страшно осторожен и не подходил к этому слишком близко. Суэйн сейчас торгует этими скандалами направо и налево, по ходу дела сколачивая себе не одно состояние. Уверен, что у нее достаточно грязи и на нашего мистера Суэйна…
— А она здесь? В Лондоне?
— Вроде бы где-то на орбите, хотя поговаривают, что она умерла. По правде говоря, я как раз над этим и работал, когда наш крошка возник в матрице…
— Прости, я не поняла.
— Подожди минутку, я тебе покажу.
Он вернулся к обеденному столу, неся плоский прямоугольник с рядом крошечных переключателей вдоль края. Поставив тот на стол, Тик тронул мини-клавишу. Над проектором вспыхнула трехмерная голограмма: неоновые линии решетки киберпространства с яркими фигурами, одновременно простыми и сложными, — графическое представление безмерных скоплений хранимых данных.
— Вот они, все наши стандартные большие говнюки. Корпорации. Можно сказать, довольно стабильный ландшафт. Иногда какая-нибудь отращивает приложение, или у тебя на глазах происходит захват, или две сливаются. Вряд ли здесь увидишь что-то действительно новое, во всяком случае не в таком масштабе. Они начинают с малого: растут, сливаются с другими мелкими формациями… — Он коснулся другого переключателя. — А часа четыре назад, — (точно в центре проекции возникла гладкая вертикальная колонна белого цвета), — откуда ни возьмись выросло вот это. Или вросло.
Цветные кубы, сферы и пирамиды тут же потеснились, уступая место круглому белому столпу, рядом с которым они казались карликами. Его верхушка была гладко срезана верхней границей проекции.
— Этот сукин сын намного больше всего остального, — с некоторым даже удовлетворением сказал Тик, — и никто не знает, что это или кому это принадлежит.
— Но кто-то же должен знать, — возразила Кумико.
— В общем-то, разумно. Должен. Но людям моего, так сказать, амплуа — а нас таких миллионы — не удалось это выяснить. И это еще более странно, чем сам факт того, что эта штука вообще возникла. Перед твоим приходом я как раз обшаривал решетку в поисках какого-нибудь жокея, у которого была бы хоть какая-то зацепка. Ничего. Вообще ничего.
— Как это может быть, что три-Джейн мертва? — Но тут она вспомнила Финна, черные кубики в кабинете отца. — Я должна рассказать все Салли.
— Тут ничего не поделаешь, остается только ждать, — сказал Тик. — Она, наверное, позвонит. А пока, если хочешь, мы могли бы попробовать войти в этот твой маленький ИскИн.
— Хочу, — ответила девочка. — Пожалуйста.
— Будем надеяться, что типы из Особого отдела, которым теперь платит Суэйн, тебя не выследили. Но опять же, чтобы это проверить, нам остается только ждать…
— Да, — сказала Кумико, совсем не обрадованная подобной перспективой.
Глава 35
Война на ФабрикеЧерри снова отыскала его в темноте, возле Судьи. Он сидел на одном из Следователей с фонариком в руке, освещая полированный, в разводах ржавчины судейский панцирь. Слик не помнил, как он пришел сюда, но не чувствовал и рваного края недавнего корсаковского приступа. Он твердо помнил взгляд девушки в комнате, про которую Бобби сказал, что это Лондон.
— Джентри подключил Графа и его штуковину к киберпространственной деке, — сказала Черри. — Знаешь?
Слик кивнул, не отрывая взгляда от Судьи:
— Бобби сказал, так будет лучше.
— Что все-таки происходит? Что произошло, когда вы подключились?
— Джентри и Бобби, они вроде одного поля ягоды, закорешились в момент. Оба помешаны на одном и том же. Подключившись, мы оказались где-то на орбите, но Бобби там не было… Потом, думаю, была Мексика. Кто такая Тэлли Ишем?
— Королева стимов во времена моего детства. Как сейчас Энджи Митчелл…
— Митчелл… она была его бабой.
— Кого?
— Бобби. Он рассказывал об этом Джентри в Лондоне.
— В Лондоне?
— Ага. Мы двинули туда после Мексики.
— И он сказал,
