Безжалостно дернув за наручники, он поднял Толли Томпсона на ноги.
— А ты, Толли, ты отведешь нас к капитану Свингу.
— Я не могу!
— Можешь, Толли, еще как можешь. — Фрейзер снова оглянулся на Мэллори и потащил Толли вперед.
Вокруг раненого бандита медленно расползалась лужа крови; он катался по мостовой, судорожно сучил кривыми ногами и еле слышно повизгивал.
— А ведь сдохнет, — холодно сказал Фрейзер. — Точно сдохнет. Кто это, Толли?
— В жизни не знал его имени.
— Знаешь, все ты прекрасно знаешь.
Не останавливаясь, Фрейзер сбил с головы Толли цилиндр.
— Его знаю, а как звать его — не знаю! — Толли с тоской оглянулся на свою шляпу. — Он же янки, ясно вам?
— Янки, говоришь? А какой янки? — недоверчиво осведомился Фрейзер. — Конфедерат? Юнионист? Техасец? Калифорниец?
— Из Нью-Йорка, — неохотно буркнул Толли.
— Что? — поразился Фрейзер. — Ты хочешь сказать, что этот тип — манхэттенский коммунар? — Он оглянулся на умирающего, но тут же взял себя в руки и произнес скептически: — Нью-йоркские янки так не говорят.
— Не знаю я никаких коммуналов. Свингу он нравился, вот и все!
Проулок, куда свернул Фрейзер, выглядел на редкость мрачно. Высокие, без единого окна кирпичные стены блестели от сырости, над головой нависали шаткие подвесные мостки.
— А что, много у Свинга таких советников? Я хочу сказать — людей из Манхэттена?
— У Свинга полно друзей. — Толли понемногу приходил в себя. — Если вы с ним свяжетесь, он вас прикончит, точно прикончит!
— Том, — оглянулся Фрейзер, — вы умеете обращаться с пистолетом?
— С пистолетом?
— Возьмите вот этот. — Фрейзер протянул ему дерринджер Толли. — Второй ствол заряжен. Правда, из этой штуки никуда не попадешь, разве что стрелять в упор.
Избавившись от дерринджера, Фрейзер тут же сунул руку в карман сюртука, вытащил небольшую кожаную дубинку и принялся, не сбиваясь с шага, аккуратно обрабатывать мускулистые плечи Толли Томпсона.
Тот морщился и стонал, а затем начал в голос выть; из носу у него текли сопли.
Фрейзер остановился и спрятал дубинку.
— Дурак ты, Толли, и больше никто. — В его голосе звучало искреннее сочувствие. — Ты что, полицию не знаешь? Я пришел за твоим драгоценным Свингом в одиночку, а эти трое веселых ребят просто хотят посмотреть на предстоящее зрелище! Так в какую там нору он залез?
— Большой пакгауз в доках, — проскулил Толли. — Там полно добычи, шмотья всякого. И стволы, целые ящики хитрого оружия…
— И какой же это пакгауз?
— Не знаю, — взвыл Толли. — Я никогда не заходил за эти долбаные ворота! И не знаю я долбаных названий всех этих притонов.
— А что написано на воротах? Кто хозяин?
— Да не умею я читать, сержант, вы же сами знаете!
— Тогда где это? — неумолимо напирал Фрейзер. — Импортные доки или экспортные?
— Импортные…
— Южная сторона или северная?
— Южная, где-то посередине…
С улицы, оставшейся у них за спиной, донеслись крики, звон бьющегося стекла и гулкие, словно по пустой железной бочке, удары. Толли умолк и навострил уши.
— Да это же ваша таратайка! — Он злорадно усмехнулся. — Свинговы ребята вернулись и нашли вашу таратайку!
— Сколько человек в этом пакгаузе?
— Слышите, как они ее долбают? — не унимался Толли. Его лицо сияло восторгом.
— Сколько там человек? — Фрейзер шарахнул Толли по уху.
— Они разносят ее вдребезги! — весело объявил Толли, уворачиваясь от удара. — Свято следуют заветам Неда Лудда!
— Заткни хлебало, ублюдок! — взорвался Том; его голос дрожал от боли и ярости.
— В чем дело, молодой хозяин? — удивленно повернулся Толли.
— Заткнись, я тебе говорю! — выкрикнул Том.
— Так это ж не я ж ломаю твою любимую машинку! — злорадно ухмыльнулся Толли. — А ты им крикни, мальчик, крикни! Скажи им, чтобы ничего там не портили! — Он резко подался назад и освободил скованные руки от хватки Фрейзера; полицейский покачнулся, едва не сбив с ног Брайана.
Толли повернулся, сложил руки рупором и крикнул:
— Хватит озорничать, ребятки! — Его вой эхом раскатился по кирпичному ущелью. — Вы портите частную собственность!
Том наотмашь ударил бандита в челюсть. Голова Толли дернулась, он судорожно выдохнул, пошатнулся и рухнул на булыжную мостовую.
Наступила тишина.
— Чтоб мне сдохнуть! — воскликнул Брайан. — Да ты чуть мозги ему не вышиб!
Фрейзер, в руках которого вновь появилась дубинка, шагнул к упавшему навзничь головорезу, наклонился, оттянул веко, а затем взглянул на Тома.
— Ну, силен ты, парень…
— Я мог застрелить его! — растерянно пробормотал Том, стягивая с лица маску; он глядел на Мэллори со страхом и мольбой. — Я ведь правда мог, Нед! Застрелил бы его насмерть — и все!
— Успокойся, — коротко кивнул Мэллори.
Фрейзер снимал с Толли скользкие от крови наручники; запястья громилы были ободраны чуть не до костей.
— Не понимаю я этого ублюдка, ну зачем он так? — размышлял вслух Брайан. — Он что, совсем сбрендил? Послушай, Нед, а может, и вправду все лондонцы с ума посходили?
Мэллори серьезно кивнул — и тут же ухмыльнулся:
— Но это не страшно, хороший удар справа — и болезни как не бывало! А ты у нас, оказывается, боксер! — Он хлопнул Тома по плечу. — Такого мордоворота уложил одним ударом, как быка на бойне!
Брайан расхохотался; Том несмело его поддержал и подул на костяшки пальцев.
Фрейзер встал, рассовал по карманам наручники и дубинку и рысцой двинулся по проулку. Братья последовали за ним.
— Да что тут особенного. — Голос Тома все еще срывался.
— Что? — возмутился Мэллори. — Девятнадцатилетний мальчонка уложил такого громилу — и ты говоришь «ничего особенного»!
— Драка была нечестная, у него же руки были в наручниках! — возразил Том.
— С одного удара! — продолжал восхищаться Брайан. — Как кувалдой!
— Заткнитесь! — прошипел Фрейзер.
Все замолчали. Кирпичное ущелье кончилось, впереди громоздились груды битого кирпича и серых обветренных щепок — все, что осталось от снесенного здания. Фрейзер осторожно пробирался вперед. Небо застилала грязно-желтая пелена, в ее разрывах проглядывали плотные зеленоватые облака, похожие на протухший творог.
— Да какого черта! — натужно улыбнулся Том. — Чего нам бояться, мистер Фрейзер! Эти гады, они же там такой грохот устроили, что и себя, наверно, не слышат. Не понимаю только, чего им моя машина плохого сделала?
— За них я не беспокоюсь, — дружелюбно ответил Фрейзер. — Но мы можем натолкнуться на другие пикеты.
— А где мы находимся? — спросил Брайан и резко остановился. — Силы небесные! Что это за вонь?
— Темза, сэр, — лаконично объяснил Фрейзер.
В конце пустыря тянулась невысокая кирпичная стена. Мэллори ухватился за ее край, подтянулся и встал во весь рост, плотно прижимая маску ко рту. Стена оказалась частью набережной Темзы, ее дальняя сторона имела высоту футов десять и косо уходила к ложу реки. Отлив превратил Темзу в узкий ручеек, тускло поблескивающий между двух полос подсыхающей грязи.
На противоположном берегу высилась стальная навигационная башня, украшенная поникшими сигнальными флажками. Мэллори не мог прочитать сигналов. Карантин, что ли? Или блокада? Река выглядела совершенно безжизненной.
Фрейзер оглядел грязевые отмели у подножия набережной. Мэллори последовал его примеру. Утлые лодчонки вросли в
