Тем не менее, новых повреждений ему больше не прилетело – поднялся и заковылял к лифту. А в коридоре, тем временем, уже собирались постояльцы – заспанные, в халатах, в трусах или шортах, они пытались узнать друг у друга, что происходит, и что надо делать дальше. Девушка, между тем, побледнела, когда увидела залитое кровью лицо своего защитника.
– Все нормально, это царапины, сейчас вторая часть марлезонского балета – жмем на крышу – там будем обороняться, и ждать подмогу, флаер я им немного поломал. Наверху перевяжемся и отдохнем.
– Граждане, у кого есть оружие, предлагаю закрепиться на крыше – там солярий, к нему проход только по лестнице – лифт ездит только до последнего этажа. Никого не заставляю, но мы идем туда.
Народ загалдел – оказалось, что только у парочки мужчин есть пистолеты – никто не возит с собой оружие на курорт. Наша парочка не стала ждать окончания этой оживленной дискуссии и влезла в лифт – с ними втиснулось еще пару человек и все поехали вверх. Быстрый взлет и забег на уровень солярия – здесь он решил закрепиться, позиция была хорошей. Дозарядил гранату – теперь у него есть полный боекомплект в нижнем стволе. К ним наверх успело прибежать еще десяток – полтора людей, после чего на лестнице стало подозрительно тихо, хотя с улицы были слышны крики и ругань.
Как сказали последние постояльцы, успевшие пробиться к нему на крышу, боевики отрезали лестницу от лифта и коридора последнего этажа – теперь сюда могли подняться только сами нападавшие. В том, что это произойдет очень скоро, он не сомневался – у них должно быть сильное желание поговорить с тем, кто лишил их летающего транспорта. Рыженькая подруга, между тем, занималась его царапинами – где-то раздобыла бутыль с водой и сейчас смывала кровь с его лица – больше ничего не делала – боялась, так как ничего не умела. Технолог одобрительно кивнул ей за заботу, не отрывая взгляда от лестничного марша – следовало поддержать ее и остальных беглецов, затаившихся сейчас за его спиной – на весь этот состав оружие оказалось только у него.
– Искин, сколько еще до помощи? – искин подозрительно молчал. Сообщил эту новость остальным – некоторые запаниковали, предполагая, что помощи не будет. Требовалось внести ясность и успокоить всех:
– Все нормально, без паники – помощь вызвали раньше, как только начался штурм, по моим расчетам, нам еще ждать около часа.
Для того чтобы представлять собой наименьшую мишень, принял лежачее положение, подложив под свой комплекс сумку с вещами – с этого ракурса он простреливал всю полуплощадку и весь лестничный марш до крыши. Разложил рядом с собой три запасных магазина и стал ждать гостей. Безоружных – а это были все, кроме него, отправил в конец солярия, чтобы их не задело случайным образом. Девушка отказалась отходить от него, хоть и было видно, что ей страшно.
Через минут десять пожаловали гости – первый из них шел в скафе с включенным защитным полем, за ним еще трое в легких добронированных костюмах. Думал недолго – самый опасный тот, что со щитом: выпустил гранату – хлопок, дым и крики снизу – пригляделся – на первом бойце еще держался щит, добавил ему еще один подарок в лоб – на этот раз сумел сбить экран вокруг главного бойца. Но еще ничего не было закончено – противник был цел и опять пытался подняться к Максу, выцеливая его из своего оружия. Стал стрелять из верхнего ствола в полном автомате – на главную цель ушло почти полмагазина, еще немного добавил в сопровождающих персон.
По ощущениям прошло пару минут – не стал сверяться со встроенными часами, пришла мысль осмотреть тела нападавших – боезапас уходил почти моментально. Взяв на изготовку свой «Шкар-Х2» спустился на полуплощадку – от увиденного вырвало. Минута судорожных вздохов и дыхание восстановлено. Стал обыскивать тела, или то, что от них осталось после двух гранат – боец в скафе выглядел относительно целым, ну, если не считать множественные отверстия в нем от игл – заряжал по своей схеме: две бронебойные – одна разрывная. Все, что напоминало оружие и боеприпасы, отнес к себе наверх – сложил возле входа, где устроил себе стрелковую позицию.
Особенно заинтересовали его две объемно-плазменные гранаты, которые снял с креплений скафа первого бойца. Пришла мысль сделать из одной такой ловушку на полуплощадке – сложил все, что осталось из тел так, чтобы подняться выше этой кучи было возможно только, если ее сдвинуть или разгрести останки в разные стороны. Вот, под один из таких кусков туловища и подложил одну гранату, переведя активатор подрыва на движение – если сдвинут тело, она и рванет. Из входа на крышу хорошо просматривалась лестница и полуплощадка, встал сбоку, наведя на нее оружие, и снова стал поджидать гостей. Маловероятно, что их оставят в покое, особенно после потери первой группы. Момент появления второй группы он прозевал – возможно, отвлекся, глядя на сидящую недалеко от него подругу, которая так и не покинула его, хоть и тряслась от страха.
– Боевая деваха, ничего не скажешь – одобрительно думал наш герой, и тут рвануло – огненный вал с гулом и шипением выметнулся в проем выхода – предусмотрительно занятая позиция сбоку от входа спасла его от ожогов. Решил перестраховаться и бросил вниз еще один гостинец – на этот раз был готов к взрыву. Прислушался – тихо, ни стонов, ни шевеления – сходил, проверил – лучше бы не ходил – вонь от паленого человеческого мяса и дерьма была ужасной – торопливо вернулся наверх, жадно глотая ртом свежий воздух.
– Не советую туда ходить – мне там не понравилось – это он сказал девушке, когда поймал в ее глазах
