При всех этих более отдаленных замыслах, Жуков, как мы уже говорили выше, ни за какие призрачные отдаленные триумфы не отдал бы главный приз своей достойной жизни — Сталинград. Он поручил дело остановки Гота человеку, которого поднял несмотря на предвоенные дикие обвинения, — генералу Рокоссовскому, который одной своей судьбой показал возможность большой дружбы с польским народом. Тот выделил лучшее, что имел, — 2-ю гвардейскую армию. В решающий момент, в период огромного напряжения — 19 декабря 1942 года на тропу Гота к Сталинграду вышла, совершив незабываемый степной подвиг, 2-я гвардейская армия Малиновского. Напомним, она стартовала от Бекетовки и после многодневного марша устремилась прямо в бой.
Снег слепил танковые жалюзи, переутомление стало едва ли не главным врагом, люди спали стоя, но никому не была позволена роскошь даже минутной паузы. В жизни Рокоссовского уже была неприметная и самая значимая в нашей истории подмосковная деревня Крюково. Теперь немцы делали вторую попытку, и Рокоссовский знал твердо — на реке Мышкова стоит его рубеж.
Несколько обстоятельств остановили Гота. Во-первых, его силы были относительно невелики, их могло хватить, может быть, на прорыв линии, окольцевавшей 6-ю армию силы, но дойти до Сталинграда и благополучно совершить обратный путь — для этого Готу нужна была еще одна танковая армия. Учтем при этом, что германская 4-я танковая армия несла неслыханные потери. 6-я танковая дивизия за один только день потеряла тысячу сто человек. Во-вторых, угроза левому флангу всей группы армий «Дон» могла перерасти в прорыв типа бадановского и в реализацию плана «Сатурн» во всем его объеме — в выход крупных сил Красной армии к Ростову, что, как уже говорилось, грозило запереть немецкие войска на Северном Кавказе. Манштейн не мог держаться за свой план, на кону была уже судьба не только Паулюса, но и всех германских войск на юге.
Манштейн уже четыре дня убеждал Гитлера и Цейтцлера издать приказ о начале операции «Donnerschlag» — «Удар грома», операции по эвакуации сталинградской группировки, интегральной частью которой была активная попытка самого Паулюса пробиться сквозь кольцо. Одновременно он, Манштейн, помог бы с внешней стороны окружения. Такой ход событий представлялся фельдмаршалу единственной возможностью спасти 6-ю армию, поскольку создание подлинного воздушного моста провалилось. Даже если танки Гота пробьются сквозь советский заслон, это практически будет означать лишь существование на протяжении нескольких коротких дней узкого коридора спасения, по которому, увы, сумеют пройти далеко не все.
Генерал Цейтцлер в общем и целом соглашался с аргументами Манштейна. Это дало Манштейну надежду на согласие Гитлера, и фельдмаршал 17 декабря приказал главе своей разведки — майору Айсману отбыть в Сталинград для согласования деталей с Паулюсом. Но фюрер не был готов уйти с Волги. Для Гитлера в эти дни важнейшей была лишь одна мысль: «Слишком много крови пролито здесь немцами». В результате он категорически запретил Паулюсу покидать свою «крепость». Отступить, проиграть вторую зимнюю кампанию — ну, нет. Гитлер предпочел пожертвовать 6-й армией.
Какой смысл тогда было биться из последних сил, создавая «тропу спасения»? Чтобы передать Паулюсу рождественскую открытку? Укрепить сталинградскую группировку до степени ее самодостаточности Манштейн не мог — не хватало сил. В этих обстоятельствах Гот приказал 23 декабря своим танковым войскам отойти назад.
«Малый Сатурн»
В двухстах километрах к северо-западу от рвущегося к Сталинграду танкового кулака Гота началось второе советское наступление против северного фланга группы армий «Дон». Ширина фронта от Новой Калитвы на севере до Нижне-Чирской на юге была более 300 километров. В боевых действиях участвовали 425 тысяч человек (36 дивизий), 1030 танков, 5 тысяч орудий и минометов. Учитывая отвлечение Манштейна на операции по облегчению ситуации Паулюса, трудно было себе представить, откуда немцы возьмут силы для противостояния советскому движению на юго-восток.
Выполнение этой операции началось ранним утром (8 утра) 16 декабря 1942 года с традиционных артиллерийских залпов. Видимость была плохой и авиация осталась на своих аэродромах. Главная задача выпала на плечи 1-й (Кузнецов) и 3-й (Лелюшенко) гвардейских армий. Они по льду перешли Дон. Здесь эта ударная группировка советских войск во взаимодействии с Воронежским фронтом нанесла сокрушительный удар по 8-й итальянской армии. Успех обозначился уже в первый день. Ночью советские войска перегруппировались, снова выдвинули вперед артиллерию и расчистили минные поля. 17-го наступление продолжилось с новой силой. Танки получили новое топливо, и их моторы рычали далеко впереди.
5-я танковая армия Романенко нанесла впечатляющий удар по Нижне-Чирской. 72 часа наступления оказались достаточными для итальянских частей. Зрелище было впечатляющим. Тысячи итальянских солдат в полном беспорядке отступали по русскому морозу в южном направлении. Эти дороги были усеяны трупами замерзших. Бегство началось спонтанно, и оно было необратимо. Вместо рождественских каникул итальянцы получили возможность брести в необозримой степи неведомо откуда неведомо куда.
Советские войска несколько изменили направление наступления — теперь более к востоку с задачей достичь станицы Тацинcкой к 22 декабря, а Миллерова — к 24 декабря. Семидесяти двух часов оказалось достаточно, чтобы сокрушить весь румынский контингент. Дело пошло лучше, чем ожидалось. В свете этого Ставка 19 декабря придала Ватутину 6-ю армию и, что весьма важно, согласилась расширить рамки «Малого Сатурна».
На следующий день фельдмаршал Манштейн обедал в Новочеркасске с маршалом авиации Рихтгофеном. Ярость раздирала двух лучших немецких командиров. Без согласования с ними Гитлер перевел две эскадрильи бомбардировочной авиации со сталинградского направления, что усугубляло положение «крепости». Рихтгофен: «Это предоставляет 6-ю армию своей судьбе». Оба они пришли к выводу, что представляют собой «двух санитаров в сумасшедшем доме».
Но через пару часов стало яснее, почему смертельно необходимые бомбардировщики сняты со сталинградского направления. Советское командование приступило к реализации плана «Малый Сатурн». В восьмидесяти километрах от Серафимовича советское наступление обратило в бегство две итальянские дивизии. Немцы пока не увидели всей широты советского замысла и направленности его на позиции немцев восточнее Ростова, воспринимаемые пока немцами глубоким и надежным тылом. Но Манштейну уже сейчас было ясно, что обращение в бегство итальянцев заставит немецкое командование прийти им на помощь, лишая таковой Паулюса. 6-я армия станет жертвой союзнической лояльности. Гитлер не бросит Муссолини.
Вечером 18 декабря Василевский, видя грядущий успех операции, предложил Сталину осуществить еще одну наступательную операцию. Речь шла об окружении 2-й германской армии, осуществление чего ликвидировало бы группу армий «Б» полностью. Намеченная дата — 24 декабря. В этот день Москаленко двинулся вперед в страшную зимнюю бурю при температуре минус двадцать.
