На соседней крыше на луны выла одинокая собака. Вскоре после этого перед дверью Шелковой что-то шевельнулось. В дверь настойчиво постучал гонец. Бидайн находилась на расстоянии более двух сотен шагов, но язык тела высокого человека был однозначен. Он казался затравленным. Что сверкает у него на поясе? Там было что-то серебряное. Нож?
Интересно, что там происходит? Бидайн не припоминала, чтобы хоть раз видела этого человека в доме Шелковой. И, однако, он показался ей странно знакомым.
— Хороший наблюдатель не спускает глаз со своего непосредственного окружения, — раздался знакомый голос. Перед лестницей, ведущей на крышу, стояла какая-то тень.
— А тот, кто спит, опускает голову на грудь или на плечо. А ты сидела так ровно, что было понятно: ты шпионишь.
— Госпожа? — Бидайн откинула одеяло и встала.
На лунный свет вышла Ливианна. На ней все еще была одежда Хранителя Глубинных чертогов, но она снова приняла собственный облик.
— Прости, что я сбежала на рынке, Бидайн. Но я должна была вернуться к человеку в камне.
На миг Бидайн спросила себя, одержима ли Ливианна высокомерием или, может быть, каким-то злым духом. Она не забыла, как тянулись к ней ветви голубого света.
— С тобой все в порядке?
— Я очень устала, — наставница одарила ее усталой улыбкой. — И очень довольна, — с этими словами она отошла в сторону, чтобы Бидайн увидела тень на лестнице за ее спиной.
— Ты должна отвести нас к укрытию своих друзей, — произнес теплый, приятный мужской голос. Но каким бы приветливым ни казался этот человек в тени, в его словах звучал приказ, которому Бидайн было нечего противопоставить. Она поняла, что на нее наложили заклинание.
— Я отведу вас к ним, — покорно произнесла она.
Защитить мир
Нандалее все еще не верила в то, что перед ней Элеборн, настолько сильно изменился ее былой товарищ по учебе. Дело было не только в этой смешной раскраске, которую будто бы даже большинство детей человеческих считало варварской. У него появилась борода! Он двигался иначе. Его голос звучал иначе!
— Я повторю еще раз, кратко. Небесный послал тебя в Арам, чтобы ты заменил там какого-то шпиона Голубого чертога? Ты, эльф Белого чертога?
— Не какого-то шпиона. Талавайн — доверенное лицо бессмертного. Он влияет на политику огромного королевства. Это не что-нибудь.
— Но этому Талавайну пришлось исчезнуть, — продолжала Нандалее, не обращая внимания на замечание Элеборна. — Потому что он оказался убийцей, — она криво усмехнулась. — Необычно для эльфа из Голубого чертога. Обычно это наша задача.
— Его подставили.
Нандалее отмахнулась.
— Неважно. Потом бессмертный поручил тебе искать пропавшего капитана его лейб-гвардии. И след привел тебя в храмовые сады цапотцев в Золотом городе.
Элеборн кивнул.
— Я рад, что вы пришли. Один я никогда не выбрался бы наружу.
— Это было очевидно, — произнес Нодон, но после ледяного взгляда Нандалее спросил: — Что ты знаешь о змеиной пасти?
— Мало. Избранные не особенно любят говорить об этом. Никто из тех, кто спускался по лестнице внутрь горы, не вернулся. Там, внизу, храм. Очень глубоко… Вот и все, что я слышал.
— И что ты теперь собираешься делать? — поинтересовалась Нандалее. Она не понимала, как Элеборн осмелился сунуться в Нангог без прямого приказа. И если бы они не нашли его, схватка с цапотцами закончилась бы весьма плачевно.
Сам того не осознавая, он нарушил их планы. Именно Нодон обнаружил, что задача похожих на кошек воинов — не дать избранным сбежать. Ягуары не были готовы к тому, что кто-то попытается вторгнуться в сады. С этой ночи все станет иначе. Они упустили возможность разведать, что и как в этих садах.
— Честно говоря, я не знаю, что делать, — признался Элеборн. — Если я доложу бессмертному Аарону о случившемся, он попытается спасти Володи. Он ввяжется в ссору с империей Цапоте и прогневает их девантара. Если я не предприму ничего, капитан его лейб-гвардии погибнет.
— А что плохого в том, что две крупных человеческих империи развяжут войну? — поинтересовался Нодон.
— Талавайн обладал влиянием на бессмертного Аарона. Возможно, я тоже сумею заслужить его доверие. Было бы неразумно ослаблять именно этого человека, — серьезно ответил Элеборн.
Нандалее поглядела на Нодона.
— Он еще не знает?
Мастер меча Темного кивнул.
— Чего я не знаю? — Элеборн обвел взглядом троих эльфов. — Что случилось?
— На нас напали, — бесцветным голосом произнесла Нандалее. Ей было неприятно, что именно ей придется рассказать ему об этом. Но она командир, ей и делать такие вещи. — Был атакован Голубой чертог.
— Карлики, — вырвалось у Элеборна. — Но ведь Голубой чертог не имел отношения к атаке на Глубокий город!
— Это были не карлики. Это были девантары. Голубой чертог уничтожен. Выживших не было. Судя по всему, они убили и ваших лазутчиков на Дайе. И… — Нандалее поднялась, сделала пару шагов, пытаясь подобрать слова. Как объявить о смерти небесного змея? — Небесный… — Она остановилась рядом с Элеборном.
Эльф покачал головой.
— Нет. Этого не может быть! Это… Девантары пришли в Альвенмарк? Как… — Он умоляюще поглядел на нее, словно надеясь, что все это жестокая шутка.
— Девантары напали на Альвенмарк, Элеборн, поэтому мы здесь, — Нандалее видела, что он практически не слышит ее слов. Он был потрясен. Его небесный змей мертв. Дракон, древний, как мир. Символ всемогущества и постоянства — стерт с лица земли.
— Нам нужно спуститься на дно Устья мира. И ты нам в этом поможешь.
— Я должен помочь развязать войну между двумя великими империями? Люди, которые погибнут, не имеют отношения к тому, что произошло в Альвенмарке, — наконец сказал он.
Нандалее была поражена. Судя по всему, он все еще не понимал.
— Мы здесь для того, чтобы восстановить справедливость, Элеборн. Мы здесь, чтобы защитить этот мир, неприкосновенность которого нарушили девантары. Мы убедим девантаров в том, что они допустили ошибку, которую ни в коем случае не имеют права повторять.
Внезапно вспыхнуло пламя масляных ламп. В убежище тут же стало холоднее. Нандалее схватила меч. Дверь распахнулась, и на пороге появилась тьма.
Меня зовут Манавейн
В потайной чертог вошла фигура, одетая во все черное.