Я не успела отпрыгнуть от двери, как Санс оказался напротив входа.
– Вам следует лежать в постели, госпожа Мухина, а не подслушивать чужие разговоры, – тяжело вздохнул Аер.
Я решила сделать вид, что тут по делу и вообще только что дверь открыла.
– Я хотела проведать малыша.
– Он в карантине.
– Надолго?
– До завтрашнего утра.
– А?..
– С ним все хорошо. За мальчиком присматривают.
И тут он взял и улыбнулся. Просто улыбнулся, светло, искренне, открыто, и глаза у него от этого потеплели. Я отвела взгляд и уставилась в окно за его спиной, там была звездная ночь и виднелись кроны деревьев. Скосила глаза на Аера и начала дышать, прогоняя наваждение. Нет, нет, этого не может быть. Просто не может быть, потому что не может быть никогда! Это явно у меня галлюцинация от голода, а может, свет падает неправильно. Опять посмотрела на Аера – чудовище как чудовище, уже не улыбается, взгляд такой же холодный, но слегка встревоженный.
– Вам плохо, Маргарита?
Нет, чувствовала я себя отлично, но как-то странно. Взгляд мечется по пустой стене, а посмотреть ему в лицо боюсь.
– Я спать! – выпалила, быстро заскочила в палату и дверь захлопнула.
Ох, Марго, похоже, ты влипла.
Я плюхнулась в кровать и, закинув руки за голову, уставилась в потолок. Аер Санс, такая зараза, никак не шел из головы. Опекун, видите ли! Хватит мне старшего брата, который каждого моего кавалера подвергал всесторонней проверке. Теперь этот…
Нет, с этим надо что-то делать! Я взрослая самостоятельная женщина. Дипломированный специалист. Мать, в конце концов! Ну… почти. Наверное… И сама решу, с кем мне встречаться. Да! А то нашелся тут… контролер.
Я еще немного покрутилась, но все же заснула.
Мне снился Санс, который одной рукой толкал перед собой коляску на гравиплатформе, а второй держал за руку рыжеволосого мальчика, очень похожего на моего братца. Я шла рядом, и во сне мне было спокойно и хорошо, а когда захотелось посмотреть под ноги, я увидела лишь огромный живот. Ой, это что, я беременна третьим? И когда успел, гад инопланетный! Из коляски раздался тихий плач, и Санс взял на руки миленькую рыженькую девочку. Он поцеловал ее, и ребенок перестал плакать.
Я резко распахнула глаза. Сон был настолько реалистичным, что у меня до сих пор колотилось сердце и в ушах стоял детский плач. Ужас какой!
Я встала, прошлась по комнате, но плач не утихал. Тогда я решительно распахнула дверь и высунула нос в коридор, за окнами была тьма. Беспроглядная. Полная тьма, даже звезд не было видно. Дверь напротив была открыта, и плач раздавался оттуда.
Запахло озоном. В маленьком коридорчике висели зеленые халаты, даже на вид хрустящие, я надела один из них и утонула в нем, как в саване, натянула на голову шапочку, а на лицо – маску и вошла в палату.
Небольшое помещение заливал холодный медицинский свет. Окон не было, как и в моей палате. Посреди расположилась стеклянная колба, застеленная тонким матрасиком. Видно, там ребенок и спал, но сейчас она была пустой.
Возле высокого столика стоял мужчина в таком же, как на мне, халате. Младенец лежал, раскинув розовые ручки и ножки, и тихонько хныкал. Я не видела, что с ним делал незнакомец, он склонился над ребенком, закрыв его лицо. Сверху все это освещалось яркой операционной лампой.
Я обошла стол и чуть в обморок не грохнулась: мужчина совал в нос младенца тонкую гибкую проволоку!
– Что вы делаете?
– Не мешайте! – бросил он отрывисто и наставил на меня пистолет. – Я скоро закончу.
Первым порывом было кинуться на него с кулаками, но я испугалась, что он тогда поранит малыша, поэтому вылетела из палаты и побежала по коридору. Где тут дверь в спальню Санса? За углом?
Коридор резко сворачивал в сторону, повторяя букву «Г». Я так разогналась, что заскользила тряпочными тапочками по скользкой плитке и чуть не врезалась в стену, едва удержавшись на ногах. К моему счастью, стеклянная перегородка была открыта, и сразу за ней я увидела темно-вишневую дверь. Под ногами паркет, коридор упирался в большую гостиную, но мне было плевать, я заколотила кулаками по запертой двери.
– Санс! Просыпайся!
Интересно, почему он запирается у себя дома? А еще приглашал в гости! Непоследовательный какой мой муж!
Я пнула дверь ногой, и она наконец открылась. Заспанный Санс в одних трусах (голубых в полосочку!) возник в проеме как воплощение девичьих грез, я даже забыла на мгновение, зачем пришла. Он жестом соблазнителя пригладил лохматые после сна волосы и уставился на меня со смесью жалости и ехидства. В щель за его спиной была видна кровать со смятой постелью, и на ней кто-то лежал. Увидев, что я рассматриваю его спальню, этот гад ползучий сдвинулся, закрывая мне обзор. Вот зараза! Это симулятор у него там лежит, накрытый по самые уши?
Я подпрыгнула, но чудовище космическое протянуло руку за спину и захлопнуло дверь.
– Маргарита, если тебе хотелось сделать мне приятное, нужно было приходить раньше или позже. А сейчас, прости, я спать хочу.
И он сладко зевнул.
Да как он мог подумать! Да я… Ну все, Санс! Это война!
– Там какой-то мужик твоему ребенку что-то делает! – зло выпалила я. – А когда я хотела его остановить, он наставил на меня пистолет! Да сделай ты что-нибудь! Вдруг он его убивает!
Пока ты с «симулятором» развлекаешься!
– Маргарита, это исключено. – Санс посмотрел на меня как на обманщицу. – Если это была попытка забраться ко мне в спальню, то она неудачная.
– Что? – От возмущения я не нашлась, что ответить. – Да кому ты нужен, черствый, безэмоциональный, холодный змей!
Я развернулась и гордо пошла обратно. И плевать! Пусть там хоть…
– Госпожа Мухина, коль вы разбудили меня, я схожу с вами, но впредь постарайтесь соблюдать приличия.
Санс догнал меня у двери в палату малыша, он успел натянуть черный халат и надеть шлепанцы. Не останавливаясь, вошел внутрь, и я, возмущенно пыхтя и бубня под нос угрозы, зашла следом.
– Аер, я уже закончил. – Мужик стянул с головы маску и шапочку и улыбнулся.
Самый обычный пожилой седоволосый мужчина с умными серыми глазами и глубокими морщинами на лбу. Не монстр… какое облегчение!
Малыш спал в своей капсуле, накрытый до подбородка тонкой пеленкой. Ярко-рыжие волосы разметались по матрасику, губки бантиком, рыжие бровки и реснички, и я точно знала, что у него синие глаза.
– Где пистолет? – саркастически поинтересовался у меня Санс.
Да пошел ты! Я не обязана отвечать на дурацкие вопросы!
– Пистолет? – Мужчина удивленно посмотрел на стол. – Ах, это? – Он поднял блестящую штуку, которую я приняла за пистолет. – Когда нужно сделать инъекцию быстро и безболезненно, мы используем инъекционный прибор, – пояснил он, и я почувствовала себя полной дурой. Ведь и у нас есть нечто подобное, самой уши кололи похожим приспособлением. – Вы хорошо себя чувствуете? – заботливо поинтересовался он. – Вид у вас немного…
– Это нормальный для госпожи Мухиной вид, – не смолчал Санс. – Она всегда сначала делает, потом думает, а затем раскаивается.
– Ничего подобного! – парировала я, прикидывая, какую гадость сделаю этому самоуверенному типу при первой же
