– Конечно, – ответил Башин. – Я поставлю три гранатовые марки на того, который ниже ростом.
– Принимаю ставку, – сказал Хавар, – но не денежную. Если я выиграю, хочу твою шляпу.
– Заметано! Ха! Так ты наконец-то признаешь, насколько она лихая?
– Лихая? Башин, клянусь бурей. Я окажу тебе услугу и сожгу эту дрянь.
Далинар откинулся на спинку скамьи, отупев от огненного мха.
– Сожжешь мою шляпу? – переспросил Башин. – Да что за буря. Это жестоко. Ты просто завидуешь моему мужественному виду.
– Она вынуждает женщин лихо удирать от тебя, только и всего.
– Она экзотичная! С запада! Все знают, что мода приходит с запада.
– Ну да – из Лиафора и Йезира. А эту шляпу ты где приобрел?
– На Чистозере.
– А-а, в том бастионе культуры и моды! В следующий раз закупаться будешь в Бавии?
– Трактирным служанкам все равно, – проворчал Башин. – Так или иначе, мы можем просто посмотреть состязание? Я собираюсь выиграть у тебя марки. – Он глотнул из кружки, но встревоженно пощупал шляпу.
Далинар закрыл глаза. Он как будто погружался в дремоту, – может, и впрямь стоило поспать, не беспокоясь об Эви и не мечтая о войне…
На ринге звучно столкнулись двое.
Этот звук – натужное кряхтение, с которым борцы пытались выпихнуть друг друга за границы освещенного ринга, – напомнил ему о битве. Далинар открыл глаза, выронил мох и подался вперед.
Тот борец, что был ниже ростом, изящно выскользнул из хватки противника. Они закружились, согнув ноги в коленях, держа руки наготове. Когда же опять сцепились, коротышка заставил противника пошатнуться. «Лучшая стойка, – подумал Далинар. – Держится низко. Тот высокий парень слишком долго полагался на силу и размеры. У него ужасная форма».
Двое напряглись, отступая к краю ринга, прежде чем высокий сумел повалить обоих. Далинар встал, когда другие, опередив его, подняли руки и разразились подбадривающими криками.
Состязание. Борьба.
«Из-за этого я едва не убил Гавилара».
Далинар снова сел.
Коротышка победил. Хавар со вздохом отдал Башину несколько светящихся сфер.
– В следующем раунде удваиваем или пропустим?
– Не-а, – отказался Башин, взвешивая марки на ладони. – Этого хватит.
– На что?
– Чтобы подкупить несколько влиятельных молодых щеголей попробовать такие же шляпы, как моя, – заявил Башин. – Помяни мое слово, как только разойдутся слухи, их будут носить все.
– Ты болван.
– Зато одет по моде.
Далинар наклонился и подобрал с пола пучок огненного мха. Бросил на стол, поглядел на него, а потом глотнул вина. Начался следующий поединок, и он поморщился, когда борцы столкнулись. Вот же буря. Почему он все время оказывается в такой ситуации?
– Далинар, – окликнул его Хавар. – Есть известия о том, когда мы отправимся в Разлом?
– Разлом? – переспросил Башин. – А что там?
– Ты тупой? – поинтересовался Хавар.
– Нет, – ответил Башин. – Но я, возможно, пьяный. Так что случилось в Разломе?
– Ходят слухи, они намерены возвести на трон собственного великого князя, – напомнил Хавар. – Сына старого… как там его звали…
– Таналан, – сказал Далинар. – Но мы не поедем в Разлом.
– Но ведь король точно не может…
– Мы не поедем, – повторил Далинар, сделав ударение на первом слове. – Тебе надо обучать людей. А я… – Далинар выпил еще вина. – Я стану отцом. Брат разберется с Разломом путем дипломатии.
Хавар откинулся назад, легкомысленно толкнув кружку на столе.
– У короля не получится разобраться с открытым бунтом с помощью политики.
Далинар сомкнул кулак вокруг огненного мха, но не стал его растирать. Какая доля его интереса в Разломе была связана с долгом защищать королевство Гавилара, а какая – с желанием снова ощутить Азарт?
Проклятие. В последнее время он чувствовал себя наполовину мужчиной.
Один из борцов вытолкнул другого с ринга, нарушив линию огней. Объявили о проигравшем, и паршун тщательно восстановил кольцо. Пока он этим занимался, к Далинару подошел старший слуга.
– Светлорд, простите, – прошептал он, – но вам следует знать. Главный поединок придется отменить.
– Что такое? – спросил Башин. – Что случилось? Макх не будет драться?
– Прошу прощения, – повторил старший слуга. – Но у его противника нелады с желудком. Поединок придется отменить.
Судя по всему, новости распространились по комнате. Толпа проявила свое неодобрение свистом и проклятиями, криками и пролитой выпивкой. Сбоку от ринга стоял высокий лысый мужчина, голый по пояс. Он спорил с несколькими светлоглазыми организаторами, указывая на ринг, и вокруг него на полу кипели спрены гнева.
Для Далинара эта шумиха звучала как зов битвы. Он закрыл глаза и вдохнул ее, ощущая эйфорию, намного превосходящую огненный мох. Вот буря. Надо было напиться сильней. Он сейчас совершит ошибку.
Что ж, зачем терять время. Он отшвырнул огненный мох и встал, потом снял рубаху.
– Далинар! – воскликнул Хавар. – Что ты творишь?
– Гавилар говорит, мне надо больше беспокоиться о печалях нашего народа, – заявил Далинар, забираясь на стол. – Похоже, у нас тут полный зал печальных людей.
Хавар разинул рот от изумления.
– Ставьте на меня, – крикнул Далинар. – Как в старые добрые времена. – Он спрыгнул со стола и пробился сквозь толпу. – Кто-нибудь, сообщите Макху, что я бросаю ему вызов!
Тишина распространялась вокруг него, словно дурной запах. Далинар оказался на краю ринга в комнате, где царило молчание, хотя она была битком набита светлоглазыми и темноглазыми, которые совсем недавно вели себя буйно. Борец – Макх – шагнул назад, его темно-зеленые глаза широко распахнулись, спрены гнева исчезли. У него было мощное телосложение, на руках выпирали раздутые мышцы. Ходили слухи, что он никогда не проигрывал.
– Ну? – поторопил его Далинар. – Тебе требовалась драка, а мне нужна разминка.
– Светлорд, – осторожно пояснил борец. – Это должен быть произвольный бой, все удары и захваты разрешены.
– Отлично! Что такое? Переживаешь, как бы не ранить своего великого князя? Обещаю помилование за все, что ты мне причинишь.
– Не ранить вас?! – переспросил борец. – Буря свидетельница, я боюсь не этого. – Он заметно содрогнулся, и какая-то тайленка – наверное, она руководила его боями – шлепнула его по руке. Решила, что он грубит. Борец лишь поклонился и попятился.
Далинар повернулся и окинул взглядом море лиц, на которых отразилось внезапное смущение. Он только что нарушил какое-то правило.
Толпа разошлась, паршуны собрали с пола сферы. Кажется, Далинар слишком поспешно решил, что ранг здесь неважен. Они терпели его как зрителя,
