– Перестаньте! – послышался сзади женский голос.
Это была Татьяна. Времянкин сразу узнал ее тембр. Женщина прекратила лупить Алексея и обернулась на крик. Амбал с Эмилем под мышкой тоже повернулся на голос. Времянкин только сейчас понял, что сцена с избиением мальчика разворачивалась напротив окон кабинета музыки, расположенного на первом этаже. Эмиль задрал голову и увидел, что весь класс Алексея выстроился вдоль окон и с ужасом наблюдал за происходящим. «У них ведь как раз урок музыки, – подумал Времянкин. – Вот, чеееерт… Только не это». Татьяна стояла на подоконнике, высунувшись в распахнутое окно. Она оценила расстояние до земли и прыгнула вниз. Приземлившись, выпрямилась, скрестила руки на груди и пошла по снегу прямо к месту событий. Эмиль хотел крикнуть, чтобы она не подходила, но не мог. Таня стремительно приближалась.
– Что здесь происходит? – начала она еще на подходе.
Амбал аккуратно поставил Эмиля на землю и двинулся навстречу учительнице. Времянкин увязался за ним, схватил сзади за куртку и попытался остановить, упираясь ногами в рыхлый снег. Мужчина словно не замечал усилий мальчика. Он преградил Татьяне путь к битому ученику.
– Не подходите! Он опасен, – крикнул Эмиль Татьяне.
Она бесстрашно продвигалась вперед, пока наконец не уперлась в здоровяка, который был выше учительницы на три головы и шире на два плеча. Таня попыталась обойти препятствие сначала справа, потом слева. Мужчина без труда опережал ее.
– Я вызвала полицию. Немедленно отпустите мальчиков.
Ее взгляд был суровым, голос решительным. «Она такая красивая. И смелая. И добрая. Такие люди не должны оказываться в подобных ситуациях. Алексей получает за свою жестокость, я за тщеславие. А она ни при чем. Ее не должно здесь быть. Я не прощу себя, если с ней что-нибудь случится, – думал Эмиль. – Что делать? Что делать?» Женщина как ни в чем не бывало повернулась к Алексею и отвесила ему хлесткую пощечину.
– Прекратите! – крикнула Татьяна и попыталась прорваться к мальчику. – Пропусти, – требовала она.
Амбал крепко схватил учительницу за плечи.
– Отпусти ее! – буквально прорычал Времянкин и принялся пинать и молотить кулаками ногу мужчины. – А-а-а-а, – кричал он от тщетности своих усилий.
Из окна кабинета на улицу начали выпрыгивать мальчики класса. Они робко приближались к очагу напряжения. Судя по выражениям их лиц, они были готовы прийти на помощь Татьяне и Алексею, но не знали как. Внезапно раздался свист. Все обернулись на звук. Это был Времянкин. Он положил левую пятерню на крышку дымящего колодца и занес над пальцами небольшой фрагмент бетонного кольца люка, который, вероятно, он подобрал где-то здесь же. Эмиль смотрел на Двоих.
– Я это сделаю, – спокойно произнес он.
Не сводя глаз с Эмиля, женщина отпустила Алексея, сунула кулаки в карманы и выпрямилась. Мужчина отпустил Татьяну и тоже утопил руки в карманах, уставившись на мальчика.
– Уходите, – сказал Времянкин, обратившись к Двоим.
Те стояли как вкопанные. Остальные также пребывали в некотором ступоре.
– Пожалуйста, – добавил Эмиль. – Подождите меня у ворот школы. Я приду через несколько минут.
Двое переглянулись. Женщина развернулась и пошла со двора. Мужчина последовал за ней. Татьяна бросилась к стонущему Футболеру. У мальчика шла кровь из носа, нижняя губа была разбита. Остальные ребята тоже потянулись к израненному однокласснику. Эмиль заметил, что у некоторых из них в руках были блок-флейты. «Теперь ясно, кто фальшивил. Татьяна добыла инструменты», – сообразил Времянкин. Школьники столпились вокруг Алексея. Подошел и Эмиль. Он стоял за спинами шестиклассников и следил за действиями учительницы через узкий промежуток в плотном человеческом кольце. Таня опустилась на колени прямо в сугроб. Приподняла голову Алексея одной рукой, другой очистила его лицо и волосы от снега.
– Леша, ты как? Встать сможешь?
– Ммм. Больно, – выдавил Алексей вместе с кровавыми пузырями, всхлипнул и зарыдал сквозь зубы.
Казалось, что ему было тяжело напрягать мышцы лица.
– Давайте поднимем его, – призвала Татьяна.
Ученики тут же откликнулись на просьбу учительницы и сдали ей музыкальные инструменты, чтобы освободить руки.
– Несем в школу, – добавила она.
– Через окно? – уточнил высокий парнишка в очках.
– Нет, Сережа, понесем через центральный вход.
– Давайте парни. Потащили! – решительно скомандовал Сергей.
Ребята понесли Алексея быстрым шагом ко входу в школу. Их лица отражали важность миссии. Ни много ни мало спасательная операция в тяжелых погодных условиях. На улице минус двадцать, а парни в тонких рубашках и в легкой обуви. Татьяна шла рядом, неся охапку пластиковых флейт.
Времянкин не последовал за ними. Он теперь был уверен, что с Алексеем все будет в порядке. К тому же Эмиль боялся встретиться взглядом с Таней. «Как же я смогу объяснить ей все это? Еще один прокол в моем колесе. Горе мне. Я снова все испортил», – подумал он и, свесив голову, поплелся к Двоим. В этот момент повалил густой снег. Видимость ухудшилась, перспектива спряталась за пуховой занавеской, словно где-то рядом разворачивались массовые бои на подушках. Запорошенный Времянкин уже дошел до калитки ворот, как вдруг его окликнула Татьяна:
– Эмиль!
Он обернулся. Таня шла от здания школы. Она остановилась в нескольких метрах от мальчика. Так Времянкин мог видеть ее, не задирая голову. Она стояла, сложив руки на груди. Но теперь уже не от злости,
