А у меня еще одна бусина засветилась. Я хмыкнул про себя; наверняка как раз то самое заклинание, которое я только что с колонны считал. Но ошибся. Заклинанием оказалось «отношение». При этом имело три вариации – «друг», «враг» и «нейтрал». На всякий случай сыграл это заклинание лежащему голему, указывая, что я – друг. Потом повернулся в сторону завалов и еще долго играл то же самое заклинание с максимальным усилием. Не знаю кому, но если там вдруг еще големы отыщутся, лишним не будет.
Потом сыграл еще раз заклинание из колонны. И голем встал! Только встал так же, как и колонна. Стоит, и все. На меня не реагирует. Друг, называется…
Остались у меня в браслете темными две последние бусины. При этом, подозреваю, новое заклинание только в одной. Не может «полное восстановление камня» в список не входить. Почему браслет его пока мне не предъявил, непонятно. Ведь заклинание из колонны мне вполне по силам оказалось. Или предъявлять последние бусины по две за раз Ушедшие сочли педагогически неправильным?
Раскопки в комплексе я решил на время прекратить. Энергокабель починил, голема откопал, пока хватит. Ничего принципиально нового уже не жду. Лучше бы пока остальные заклинания прокачать или со считанными со стен комплексов Ушедших разобраться.
Предпоследняя бусина засветилась, можно сказать, по графику – через три дня. И действительно оказалась «полным восстановлением камня». Я его даже испытывать не пошел. Знаю уже такое. Хотя мелодия в некоторых вариациях все-таки отличалась от считанной с колонны.
Зато с последним заклинанием случился затык. Не желает бусина светиться, и все тут. Неделю не желает, две… Я полностью увяз в делах замка, к которым меня Амалия как-то ненавязчиво подключила. Можно сказать, привыкаю быть феодалом, хотя моя роль сводится больше к сопровождению подруги и киванию с важным видом в такт ее словам. Ну и магической поддержке, когда требуется. Но после первых же поездок требоваться она стала нечасто. Баронесса активно фильтрует просителей, не давая им сесть мне на шею. Молодец.
Вообще мы с ней живем фактически семьей. Как говорят на Земле, гражданским браком. И сделать его официальным не можем по банальной причине. На всю долину был единственный жрец, который при приближении отряда Ранджита немедленно сбежал из замка. Как выяснилось, с концами. Кстати, сбежал в оставшийся верным барону (точнее, Чандамам) замок. Штурмовой отряд по дороге встретил, но благоразумно в нем задерживаться не стал. Назад в Касаку ехать не хочет, хотя Амалия его, оказывается, письмом приглашала. Выразил соболезнование и посоветовал соблюдать траур. Вот мы и соблюдаем…
Произошло одно событие, которое я не знаю, как оценить. Амалия отрядила своих помощников в Ракхигарки, закупить кое-каких товаров (в основном ткани и специи), а также нанять дополнительно десяток-другой воинов на охрану долины Касака. Все-таки маловат гарнизон в замке получился, все прежние дружинники при ее приезде вместе со старым управляющим уехали. Так что отряд во главе с Амаром получился не дополнительным, а единственным. Поехали всего двое – сам Амар и кастелян Упая. Больше и не нужно, назад рассчитывали ехать вместе с нанятыми воинами.
В целом их поход прошел успешно, товары закупили, дружинников привели. Но оба приехали в шоке, Амар почему-то больше, чем Упая. Так вот: в Ракхигарки прибыл очередной караван и привез помимо товаров новости. В том числе из столицы. Главной были подробности о начавшемся было бунте знати и его подавлении генералом Варадатом. Плюс до кучи разные предсказания и знамения. Так вот наиболее ярким знамением (или новостью) стало появление в столице вдруг прямо во дворце среди портретов древних императоров еще одного – портрета последнего (или предпоследнего) Императора великой Империи. С указанием его имени и герба, хотя все эти сведения считались утерянными. И звали этого Императора (кто бы мог подумать?) Накула Апати Индрасур.
Некоторое время Амар пытался незаметно изучить герб на печатке моего перстня, который я так и продолжал носить. Привык я к нему как-то, да и дворянский статус он подчеркивает, что в сословном обществе немаловажно. Я, конечно, в душе понимаю, что самозванец, но никак не считаю себя ниже местных аристократов. Так что совесть меня не мучает.
Ухищрения начальника стражи были столь заметны, что Амалия провела с ним разъяснительную беседу. Каюсь, подслушал. С заклинанием «слышать камень» это несложно, а мне было интересно.
Так вот, хозяйка замка собрала чуть ли не все его население (кроме меня), и я опять услышал историю о реинкарнации во мне того самого Императора. Дескать, возродился в другом мире, но пришел в свой родной, ибо всегда слишком любил его и чувствовал за него ответственность. А пока я, оказывается, приглядываюсь, хорошо ли местные короли управляются и не надо ли снова Империю восстановить. Ведь порядка же сейчас меньше, чем в древние времена, многие земли лежат пустыми, народ еле сводит концы с концами, а дворяне стали забывать о своем предназначении и запутались в интригах и междоусобных войнах.
В общем, неплохую агитку сочинила. Прямо-таки заявку на всевластье от моего имени подала. Хорошо хоть замок на таком отшибе стоит, что даже если ее сказка до обжитых мест доберется, то будет именно как сказка (или древний миф) восприниматься. Кстати, на миф она тоже ссылалась: вроде был такой, как раз о том, что последний достойный Император когда-нибудь возродится и на земле наступит золотой век.
Жуть. Даже не знаю, как реагировать на это. Я ведь Амалии уже не один раз говорил, что ни к их миру, ни к императорам отношения не имею. Даже рассказал, как мой портрет во дворце появился. Но она с ясными глазами заявила, что о своем возрождении я и сам мог не знать, пока сюда не попал. Действительно, про механизм возрождения древних героев я ничего не знаю (и сомневаюсь, что возрождение возможно в принципе), а доказательств в области мистики не существует. Смог только попросить Амалию попридержать свою агитацию, ни к чему к себе внимание привлекать. Я еще до сура не дорос, надо где-то еще учебные браслеты искать. Со всеми королевскими армиями не справлюсь. Да и не хочу воевать. От слова совсем.
Так и не понял, убедил ли я ее или нет. Даже не знаю, верит ли она сама в то, что рассказала. Императором меня называть перестала,