Действительно, сколько времени прошло с того момента, как я впервые увидел тот дуб? А потом был морг, зомби, ночная экскурсия с большим костром, звонок демонолога, убийство, и что теперь? Ах, да домашние разборки двух подруг, не знающие как поделить между собой одного хозяина. Простите, да, конечно же, как я мог такое подумать, конечно же молодого человека, слегка за сорок.
Ещё раз хмыкнув, насколько много событий и эмоций уместилось в такой сжатый срок, я положил трубку и ехидно улыбнулся, не знающим куда себя деть, девушкам.
- Лера, как будем? - Вздохнула Елена, мимоходом взлохматив в экспрессивном жесте себе волосы. - Он, походу, умыл руки.
- Ага. - Довольно гыгнул я, вновь возвращаясь к тарелке.
- Ты, что серьёзно собираешься жить с нами? - Удивлённое достоинство Валерии с трудом могло в свою картину мира вместить ситуацию, в которой ей бы пришлось существовать в рамках гарема.
- Ну, теоретически, возможно, что только с ним, но если ты захочешь остаться, я смирюсь. - Грустно вздохнула провокаторша, подначивая подругу.
- Да! Я! - Попыталась повысить тон Валерия, но поднятая ладонь подруги, неожиданно для меня, оборвала запал.
- Подруга, давай серьёзно. - Опустив голову на скрещенные на столе руки, пробубнила суккуба. - Ты же не думаешь, что тебе удастся построить с ним обычную счастливую семью? Нет? Ты, уж извини, но обе мы оказали его рабынями, и если ты не заметила, обе повязаны так, что даже если он захочет нас отпустить, сделать этого не сможет. По крайней, мере не навредив себе. Ну, не станешь же ты требовать от него разорвать клятву, зная, что он после такого действа с высокой долей вероятности утром рискует не проснуться?
Поднявшая лоб Елена, посмотрела на подругу, на что рыжик отвела взгляд. Лера всё понимала, но отказаться так просто от своей мечты не могла. Впрочем, Елена этого от неё на данном этапе и не требовала.
- Да не полезу я между вами в постель, не парься ты. Думаешь мне мужиков не хватит? - Суккуба, в отличие от подруги, чётко понимала ситуацию и своё место в ней. Слегка ошибаясь во мне, она, тем не менее, была несколько более в правильной позиции чем Валерия. - Или ты думаешь, что зная мою специальность, имея под боком тебя, Виктор покусится на ночные веселья?
- Ты ошибаешься. - Помолчав немного, вставил я. - Я не особый моралист, хотя и к тебе в трусики лезть не планирую.
- Угу. - Грустно улыбнулась профессионалка, которой раздвинуть ноги по необходимости уже давно не было чем-то чрезмерно невозможным. - Да, пожалуйста. На фоне нашей связи и вчерашней ночи,.. только скажи, как тебе больше нравится. Поверь, гибкости мне хватит.
- А что случилось вчера? - Тут же навострила ушки Валерия, верно уловив, что между мной и Леной появилась новая связь и пропуская мимо явно нацеленную на неё подначку.
Блондинка, вопросительно взглянула на меня, спрашивая разрешения.
- Да рассказывай, тем более, что я и сам должен кое кому позвонить. - С грустью признал я, вновь беря в руки телефон.
Пока подруги шушукались между собой, делясь новостями, я через голосовой набор вызвонил Павла Филипповича, которому не скрывая ничего доложился.
~ И, что? - Выслушав историю, как-то вымученно протянул вслух опер.
- И, всё. - В тон ему ответил я.
~ Ты не так меня понял, я хотел сказать, не "И, что с того?", а "И, что ты теперь предлагаешь мне делать с висяком?" - Скрипнув зубами, теперь явно простонал в аппарат мент.
- Да, что хочешь. - В тон ему, тяжело вздохнул я.
~ Бля, Виктор, давай по мужски?
- Давно пора.
~ Ладос, ты знаешь, столько говна, сколько за последние пару месяцев притарабанил мне ты, я не получал сроду?
- Можешь не благодарить. - "По дружески", разрешил я.
~ Благодарить? Да я тебе с ноги по роже зарядить хочу. - Я чуть не заржал в телефон, насколько по детски эмоционально это прозвучало. - Ты представляешь какую подставу мне устроил? Мне под начало бригаду выделили, вести дела по паранормальщине, а ты мне основного героя валишь. И что ты теперь мне предлагаешь делать? Тебя крайним назначить?
- А, ты попробуй. - Тихим шёпотом с оборота встал на дыбы я, разом переходя с саркастически-весёлого настроения на злобу.
~ Не заводись, я к слову. - Тут же пошёл на попятную опер, поняв, что ляпнул, что-то не то.
- Ты следи за словами. - Не стал спускать я, чувствуя необходимость в этот раз развить ситуацию до конца.
~ Да, что ты завёлся? Я же говорю, к слову сказал. - Покладисто буркнул опер. - Ты ж мне висяк подкинул в шумном деле?
- Ты не путаешь ничего? - Так же тихо и зло продолжил давить я. - Я остановил маньяка, покушавшегося на мою семью. Тебе этого мало?
~ Уф. Тебе по закону или по понятиям? - Вздохнули на той стороне динамика. - По понятиям, ты прав, по закону, ты устроил самосуд и убийство.
- По закону? А доказать-то сможешь?
~ Вряд ли. - Порадовал меня ответом Павел. И не тем, что согласился, а тем, что не стал апеллировать к прослушке и пишущемуся разговору. По факту, я сам признал убийство, и при некотором старании, этого могло бы даже хватить для вынесения приговора без, собственно, тела.
Но Павел не стал даже намекать на эту возможность, и это говорит о многом. Например, о том, что я "свой", а своему можно подойти и дать леща, можно наорать на него, но вот сдавать его в двоякой ситуации нельзя никогда. По банальнейшей причине. Каким бы законопослушным силовиком ты ни был, всегда останется шанс, что твой поступок интерпретируют не так, как могли бы. Другими словами, сегодня оступившегося сдашь ты, завтра сдадут тебя.
Да, порой подобная порука выливается в сокрытие поистине страшных вещей, но без этого правила у силовиков было бы хуже. На порядок.
Как работать людям, ходящие под оком смерти, испытывая каждый миг страх, что кроме смерти тебе грозит попасть под раздачу и от своих? Так, что силовики, обычно, сорвавшихся или замаравшихся совсем уж сильно, "решают" сами.
- То-то и оно. - Так же сухо, но чуть менее враждебно, ответил через несколько мгновений я. - Филипович, ты извини за подставу, но выбора не было. И ещё одно...
~ Что - Видимо приняв мою заминку, как-то не так, подбодрил опер.
- Следующий раз, когда тебе к слову захочется сказать что-то подобное, ты подумай вот над чем. Он ведь не последний? А
