Рони махнула рукой, рассмеявшись над показной серьезностью подруги,
— Дейзи, можно подумать, ты себе мужа выбирала, как мне сейчас расписываешь. Помню твою случайную встречу на перекрестке, опьяняющую страсть и замужество, случившееся прежде, чем ты выучила, как правильно произносить фамилию жениха.
— Мое счастливое замужество — случайность. А свою фамилию я до сих пор произношу с трудом — Митхопадхяй! Это кому же, кроме меня, такое может достаться? Просто наказание какое-то! И приходится теперь мучиться моим детям…
У Дейзи и Раула их было трое.
— Хотя нет, для них это как раз полезно, — заключила строгая мама. — Трудности закаляют. Но счастливые случайные союзы, подобные моему, это исключение, а у тебя уже был неудачный опыт семейной жизни, так что к твоему замужеству мы вынуждены подходить со всей строгостью и при тщательном отборе кандидатов…
Рони опять рассмеялась, глядя на подвыпившую подругу. Ре напоминала миниатюрную приукрашенную и ухоженную версию Карины. Та же копна кудрявых русых волос, удивительно милое и очаровательное лицо, тело, напоминающее свежеиспеченную сдобу. Материнство и замужество сгладили острые черты лица Дейзи, добавили несколько килограммов, сделав ее при этом только привлекательней, хотя сама Ре бесконечно жаловалась на избыточный вес и изводила себя то одной, то другой диетой. Результат был неизменным — через несколько недель с трудом похудевшая Дейзи объявляла, что качество жизни и приятные впечатления важнее одежды маленьких размеров и бросалась во все тяжкие, стремительно набирая потерянные килограммы.
— Мы вполне устраиваем друг друга в интимном плане, — несмотря на популярность темы в прошлом, Рони было неловко говорить о своих отношениях с Крисом. Слова находились только какие-то дурацкие, безэмоциональные, а щеки начинали подозрительно гореть. — Мне хорошо с ним.
— Никаких особых восторгов в твоем голосе я не слышу. И вообще, ты так говоришь, что не похоже на стремление находиться в постели постоянно.
Рони недовольно поморщилась.
— Дейзи, мне не восемнадцать лет, да и Крису почти тридцать пять. Нам хорошо вдвоем, это главное, и я верю, что у нас будут замечательные дети, хотя пока я еще и не забеременела.
Дейзи замерла с бокалом у рта и посмотрела сквозь него на подругу:
— Ты хочешь сказать, что не предохраняешься? И как давно ты играешь в игру «Хочу забеременеть»?
Рони неожиданно для самой себя призналась:
— Давно… но! Дейзи! Возможных контактов было очень мало, последние — только с Крисом. И с детьми, как видишь, у меня ничего пока не получилось, — скороговоркой оправдывалась она. — Я даже обследовалась. Со мной все в порядке, врач объяснил все стрессом, нервами, еще какой-то подобной ерундой.
По-мере как Таймер говорила, лицо Дейзи застывало безразличной маской, что было проявлением крайней степени недовольства.
— И свои многолетние эксперименты ты держала от меня в секрете?
— Ну, так уж и многолетние, — извиняющимся тоном проговорила Рони, — всего-то года три…
— Три?!
Лучше бы она молчала, потому что теперь не собиралась молчать Дейзи…
— Три года ты пытаешься стать матерью-одиночкой и ни разу мне об этом не сказала?
— По-твоему, нужно было сообщать о каждой неудаче?
— Конечно! Я разве похожа на подругу, которой надоедают признания в твоих глупостях?
— Нет, но…
— Если я не стану первой, кто услышит о том, что у тебя получилось забеременеть, то привезу тебе своих детей на выходные и оставлю с ними наедине — набираться опыта.
Рони начала отмахиваться и смеяться.
— Тройни у меня в роду не рождаются, двойни тоже. Но клянусь звонить тебе первой после каждого сделанного теста на беременность.
— Ты дала слово, Таймер! — Дейзи подняла бокал и, отпив глоток терпкого бордового вина, сменила гнев на милость. — Хорошо хоть твои яичники знают, что такое — не с тем, не там и не в то время, — усмехнулась она и вынесла приговор: — И коль в голове у тебя все так плохо, я рада, что Крис созрел жениться, а ты выйти за него замуж. Так что вы получаете мое благословение, и пусть дальнейшие эксперименты по залету продолжаются в узах брака.
Милая, добрая Ре, с ней так уютно делиться тайнами и просить советы! Она знала о Таймер все, была знакома со всеми её мужчинами. Кроме одного. Но о нем Рони не думала уже давно, научившись хранить воспоминания в дальних уголках памяти, что были скрыты толстыми стенами от настоящего, в котором ничего не осталось от наивной влюбленной девчонки, выскочившей замуж в восемнадцать лет…
Крис пришел за ней к концу рабочего дня. Его проход по коридору к кабинету сопровождался громкими поздравлениями и женскими восторгами, возвестив Рони о прибытии жениха еще задолго до того, как раздался стук в дверь.
После теплых объятий и сладкого поцелуя она оставила документы на столе и стала собирать вещи. Их ждал заказанный столик в новом ресторане на крыше недавно выстроенной в гавани высотки, обещавшем не только изысканное меню, но и потрясающие виды на город и реку.
— Рони, я хочу сказать тебе что-то сейчас, до того, как мы пойдем ужинать. Чтобы оставить все неприятные вопросы в этих стенах на растерзание роз, — сказал вдруг Крис, стоявший у окна рядом с высокой вазой, полной цветов, и внимательно смотревший на невесту.
— О чем ты? — Рони, невольно напряглась, не понимая, что такого неприятного собирается сообщить ей жених.
— Я проверил по своим каналам и с помощью знакомых в разных службах… Они нашли его.
— Кого? — сердце Рони пропустило удар, а потом больно дернулось в груди.
— Брига Дартона, в его фамилии изменена одна буква. Теперь он Бриг Дантон. Твоего мужа. Он жив. И я намерен послать ему запрос о предоставлении развода. Не хотел этого делать за твоей спиной.
— Жив?
Рони почувствовала, как раздвигается под ногами пол, обещая уронить её в бездну.
— Если жив, то почему? — начала она, на мгновение почувствовав себя одинокой девчонкой, но не договорила.
Рони давно привыкла жить с мыслью, что её первого мужа нет в живых. Известие о том, что Бриг, сменив фамилию, все еще существует в этом мире, оказалось ударом. Само упоминание о нем вызвало больше боли, чем хотелось бы. А ведь Рони считала себя свободной.
Юридически. Эмоционально. От первой любви и неудачного замужества, от воспоминаний о первом мужчине и муже, с которым было так солнечно и хорошо, пока одним днем, без объяснений, он не исчез из её жизни навсегда.
Крис уже был рядом с Рони, помогая ей сесть в кресло. Он легко дотронулся губами до её лба.
— Извини, дорогая, за эту новость. Но мне нужно было проверить твое положение, чтобы мы смогли
