— Магия Трансформации, — прошептал я.
— Как? — опешила Адми. — Последние триста лет даже слухов не осталось.
— Значит, это правда? Ты девушка, которая превратилась в мужчину?
— Какая разница? Девушка я изначально или нет? Сейчас я могу быть кем угодно.
— Мне большая разница, — твёрдо ответил я.
— Я… — замялась демоница. — Девушка. До получения титула меня звали Адми. Уже шестьсот пятьдесят лет я — Князь Тьмы.
— Вот же… Рахлес! Ты наверное догадываешься, что я собирался сотворить с Князем Тьмы?
— Догадываюсь, — осторожно произнесла Адми. — Хоть я и не при чём.
— Хитрый план! Я готовлюсь, планирую жёсткую, неотвратимую месть опасному здоровому демонюге, а тут бац!.. И как такой мстить? Стоп! Что за бред? Я собирался переступить через себя ради ужасной мсти, а когда оказалось, что объект мести очень даже подходит для её воплощения, я вдруг сдулся. Как так? Ловушка в ловушке? Начинаю сомневаться в собственном мировоззрении.
Ещё на середине моего монолога Адми начала хихикать. Под конец демоница смеялась в голос.
— АХА-ХА, а я думала, что ты, ХА… уже отомстил Маладисе за всех нас. О-ой, — схватилась она за живот. — Если ты всё ещё считаешь, что за нами должок, я полностью в твоём распоряжении.
Она ещё договорить не успела, как я рванул на захват цели.
— Я… я ведь… ты ведь не… — отступила она на пару шагов.
Мечтай!
— Целый Князь Тьмы ведь не откажется от своих слов?
***
Это было неописуемо. Адми — просто концентрат женственности и милости. И когда кажется, что концентрат достиг ста процентов, она добавляет ещё.
Во-первых, цвет кожи. Адми не вся оказалась светло-шоколадного цвета. И нет. Дело не просто в полосках в области бикини, тут всё было посложнее. У Адми был светлый участок кожи спереди — он описывал её груди, шёл ниже, захватывая весь животик и сужался прямо у её вагины. Получилось похоже на вытянутое сердечко. И этот контраст был очень возбуждающим. Особенно груди. У Адми были светлые сосочки, на загорелом теле они бы сильно не выделялись, но не здесь. Сами груди бросались в глаза своей белоснежностью на фоне загорелого тела (хотя думаю это естественный цвет), а уже на их фоне гипнотически на меня глядели её соски.
Во-вторых. Контраст поведения. Адми очень ловко ловила ритм фрикций, активно двигалась, была очень заводной. Сначала мне показалось, что она довольно опытная, но я быстро понял, что сильно ошибался. Она была полностью безынициативна. Все смены поз, переход от одного положения к другому — я вёл во всём. Пока не понял — она просто не знает, как это делается, полагается на меня. За всем этим я забыл, что она — девятисотлетняя демоница. Она контролирует своё тело на запредельном уровне. Тем более с такой предрасположенностью. Отсюда и отличная техника при минимуме опыта. Вот и получалось, что она с физиологической точки зрения была на запредельном уровне, но при этом оставалась милой, податливой, с каким-то небольшим страхом смотрящая на то, что сама творит.
В-третьих. Эмоции. Уверен, она может при желании полностью контролировать мимику. Но сейчас в этом не было смысла, и я видел всё. Адми прибывала в некотором шоке от того, что сейчас испытывала. Когда она приближалась к своему первому оргазму, она как-то вся сжалась, испугалась, даже попыталась отстраниться, но я не дал. А когда всё случилось, она уткнулась мне в плечо, схватилась за меня обеими руками и пару минут повторяла "не смотри, не смотри, не смотри". В общем, она была очень натуральной и искренней в своих эмоциях. Дальше она чуть поднаторела и эффект сгладился, но не исчез.
В-четвёртых. Зеркало. Выбора было немного. Мы изначально переместились на диван. Сидя, Сидя спиной и некоторые варианты этих поз — основное блюдо в нашем секс-марафоне. Поэтому я большую часть времени не только любовался самой Адми воочию, но и смотрел на происходящее через зеркало. И это её дико смущало. Особенно, когда мы это делали сидя спиной. Я любовался её упругой попкой и грациозной спиной, а кинув взгляд на зеркало через её плечо, мог заценить скачущую грудь и выражение лица демоницы. Когда наши взгляды через зеркало пересекались, она дико смущалась, отворачивала лицо в сторону, отводила глаза. Почему? Я внутри тебя! Десять минут назад мы сидели лицом друг к другу, и ты задорно смотрела на меня. А вот стоило тогда кинуть взгляд на зеркало, посмотреть всё ли в порядке у тебя сзади, и ты как-то тушевалась, сильнее выгибала спину. Как это работает? Я не понимаю. Может, как опытному бойцу ей не нравится, что я вижу что-то, что должно быть скрыто. Бойцовский рефлекс? Но не удивлюсь, если с магией, боями, демоническими особенностями это никак не связанно. Вернее, как раз с магией-то связанно. С женской.
И пятое. Хвост. Ведь Адми не совсем человеческая девушка. Есть у неё и отличительные черты. Крылышки у неё пропали прежде, чем мы начали. Просто втянулись под кожу и испарились без следа. Удобно, они бы мешали придерживать её за спину и обнимать. Рожки тоже остались неудел. Не было у меня желания схватится за них во время минета или других удобных ситуациях. Не тот был настрой для подобного. Хотя чего греха таить, с Маладисой я так не раз отжёг. И остался только хвост. И он сыграл важнейшую роль — индикатора. Почти всё время хвост Адми был накручен мне на голень. На его конце была кисточка, вот она и выдавала хозяйку с головой. Например, с поцелуями. Адми очень понравилось целоваться. Но она, как я уже сказал, не проявляла инициативы. Но время от времени она очень близко приближало своё лицо к моему, губки её чуть разжимались, показывался язычок, глаза чуть увлажнялись. Она невербально просила меня поцеловать её. Это было безумно возбуждающе. Но было кое-что ещё. В этот момент кисточка хвоста Адми начинала медленно постукивать меня по голени. Я, как и положено, не мог удержаться, и начинал дразнить Адми. Промахивался мимо её губ, целуя в носик, подводил лицо вплотную, чтобы сразу отодвинуть обратно. Хвостик стучал всё требовательней, требовательней. Под конец он уже молотил по мне. И тогда наши губу соприкасались, языки переплетались. Хвостик начинал меня нежно поглаживать. Но я продолжал наш поцелуй. И вот, хвостик снова начинал по мне постукивать, сначала неспеша, потом всё быстрее, пока удары не становились непрерывными. Я освобождал язык и губы Адми из плена, она резко отодвигалась от меня и делала глубокий вдох. И пока она бросала на меня укоризненные взгляды, её хвостик распушивал свою кисточку, которая плотно прижималась ко мне. Последний раз стрельнет в меня глазками, полными
