— Вы тоже шиноби. А шиноби не должен нападать на своего боевого товарища! Особенно если он старше в четыре раза … — Саске почувствовал внезапную опасность, словно над его шеей вознёсся клинок палача, поэтому сориентировался мгновенно, — …по званию!
Лютая ярость мелькнула в бордовых глазах Цунаде лишь на секунду, а затем пропала.
— Я ещё лишь чунин! А вы не просто высокоранговый шиноби! Вы руководите всей медициной деревни! И если бы не Цукуёми, я был бы уже мёртв! Цунаде-сама, я не имею права вас отчитывать, но вы должны сдерживаться хоть иногда!
— Сдержанность никогда не была моей сильной стороной, — беззаботно ответила Цунаде. — Ну что, ты меня отпустишь?
— Если вы пообещаете держать себя в руках и не пытаться меня убить.
— Ладно, — ответила она и понизила голос, — подожду до выхода.
— Что вы сказали? — переспросил Саске.
— Говорю, не забудь позаботиться о моей одежде!
Саске кивнул. Он на мгновение сконцентрировался, и земляные оковы опали. Цунаде сделала пару шагов вперёд, и Саске напрягся, ожидая атаки. Но её не последовало. Цунаде опустила взгляд, осматривая свой наряд.
— Учиха Саске, ты серьёзно?
Саске, глядя на самую опасную женщину изо всех, которых он встречал в жизни, покраснел. Он вновь сосредоточился, по телу Цунаде пробежала волна, сменяя не оставляющий никакого простора воображению костюм Зелёного Зверя её привычным одеянием.
— Ладно, давай на время считать, что конфликт улажен!
— На время? Я — очень великодушный человек и то, что вы, ирьёнин, избили своего пациента из-за случайного инцидента во время лечения, предпочту забыть навсегда.
Цунаде лишь рассмеялась.
— Ладно, хитрожопый засранец, живи!
Достижение: «Смотрел в сиськи смерти и выжил» разблокировано.
Саске отпустил сдерживаемое дыхание.
— Ну что, тогда я прекращаю дзюцу? — спросил он.
— Да, конечно, — согласилась Цунаде. — Кстати, а что у тебя с Шаринганом?
— А что с ним? — удивился Учиха.
— Узор. Я думала, что каждый узор Мангекё уникален. Но не в твоём случае. У тебя сохранился старый узор, а поверх него добавился новый.
— Не знаю, — покачал головой Саске. — Но, кажется, есть место, где я могу это узнать. И очень глупо с моей стороны, что я не посетил его раньше.
* * *
Какой-нибудь жалкий неудачник стал бы корить себя за ошибки, купаться в сожалениях прошлого. Саске был совсем не таким, он просто делал выводы и двигался дальше. К тому же, ничего непоправимого не произошло: все действия, пусть и проводились в условиях недостатка информации, были верными, а новый узор Шарингана недвусмысленно намекал на ещё большее могущество.
Первым делом по выходу из Цукуёми Саске попросил зеркало. Он опасался, что Цунаде-сама проявит злопамятность, но конфликт оказался действительно улажен, поэтому зеркало Саске получил. Новый узор был словно сочетанием двух других — старой шестиконечной «модели атома» и нового: трёх чёрных широких лепестков, у основания которых располагались красные точки. Даже с виду Шаринган выглядел крутым, по сравнению с этими глазами додзюцу Итачи казалось жалким и недоделанным.
Вы обрели Мангекё Шаринган [???]. Дополнительная задача: выяснить природу своего додзюцу.
Что ему делать, Учиха знал. Все ответы лежали в клановом квартале, в Храме Нака, месте, о котором он узнал от Итачи. Саске неоднократно посещал храм, пристально вглядывался в каменную плиту, но в то время его Шаринган мог прочесть лишь незначительный фрагмент. Теперь ситуация кардинально изменилась.
Попрощавшись с Цунаде-сама и Шизуне-сан, Саске выбежал из госпиталя и вихрем промчался по Конохе. Достигнув кланового квартала, он устремился прямиком к храму. Забежав внутрь, он отодвинул седьмое татами в дальнем правом углу, сложил серию Ин, и дзюцу, запирающее вход, активировалось. Цепочка символов пробежала по каменной плите, та вышла из пазов и плавно скользнула в сторону, открывая каменные ступени, ведущие в подземелье. Саске немедленно спустился вниз.
При его появлении на двух жаровнях, окружавших большой камень, усеянный цепочками непонятных закорючек, вспыхнул огонь. В неярком пляшущем свете камень казался очень старым, даже древним. Впрочем, таким он и являлся.
Саске активировал Шаринган и присмотрелся к символам. Под его взглядом странные непонятные знаки стали плыть, складываясь в осмысленный текст. Саске видел его не раз — это были инструкции, как получить Мангекё Шаринган. Эти записи интереса не представляли — во-первых, более тупой способ, чем убийство друга, придумать сложно, во-вторых, актуальность информации окончательно исчезла сразу же после эволюции додзюцу.
Учиха активировал Мангекё Шаринган, и текст снова изменился.
Саске вчитывался медленно, чтобы осознать каждое слово, не упустить ни единой крупицы смысла. Самое главное он узнал практически сразу.
Квест «Природа додзюцу» выполнен. Вы — обладатель Вечного Мангекё Шарингана.
Если отбросить все иносказания, типа «небесные глаза, без препон что видят истину всего творенья», Вечный Мангекё Шаринган можно было получить, взяв эволюционировавшее додзюцу другого Учиха, с которым у тебя «силён зов крови». Очевидно, имелись в виду близкие родственные связи, а уж родственника ближе, чем родной отец представить невозможно.
Теперь стала понятна настойчивость Итачи, желавшего, чтобы Саске пробудил Мангекё. До смешного очевидными стали причины, по которым он портил себе зрение, погружая Саске в Цукуёми и демонстрируя ему смерть любимых и родных людей. Ну что же, тем или иным образом своего подонок добился. Теперь у Саске Вечный Мангекё, который принесёт этой твари скорую погибель!
Саске получил также и ответ, почему так просто и без подготовки получилось использовать Цукуёми на Цунаде-сама. Усилия для поддержания активного Шарингана после эволюции упали до совершенно неправдоподобных уровней, а окулярные дзюцу не только перестали ложиться на глаза неподъёмной нагрузкой, но и стали потреблять во много раз меньше чакры. Если бы не запредельные условия получения, новое додзюцу стало бы настоящим чит-кодом, ну а так Саске пришлось заплатить слишком большую цену. В любом случае, Вечный Мангекё Шаринган стал закономерным обретением S-ранговой миссии, так что Саске было не на что жаловаться. Поэтому он перешёл к остальным записям плиты.
Он с интересом прочитал историю Рикудо-сеннина, человека, овеянного столькими легендами, что вычленить из тех россказней истину было совершенно невозможно. К изумлению Саске, некоторые из наиболее неправдоподобных легенд оказались правдой — Хагоромо Ооцуцуки действительно создал Луну, действительно победил Джуби и на самом деле подарил чакру всем людям. Саске узнал о Кроличьей Богине — матери Рикудо-сеннина, о победе над ней, запечатывании Джуби, создании биджу и прочих героических деяниях. Плита поведала о Индре Ооцоцуки, родоначальнике клана Учиха, и о его брате-близнеце Асуре — предке клана Сенджу. Братья унаследовали Глаза Мудреца и Тело Мудреца — поэтому Учиха стали обладателями Шарингана, а Сенджу получили невероятную жизненную силу.
Рядом с этой историей были инструкции по получению Риннегана. Увидев их, Саске принялся пристально вглядываться в символы, едва не касаясь плиты носом. Если бы он получил Риннеган, то Итачи, Обито, все Акацуки, включая
