Саске кивнул, Хирузен-сенсей был абсолютно прав.
— Сенсей, я чувствую, что мои знания противника недостаточны. Скажите, а возможно ли…
Хокаге вынул изо рта трубку и хохотнул. Саске, не ожидавший подобной реакции, прервался на полуслове.
— Я ожидал этого вопроса давным-давно, — пояснил Хирузен. — Свитки ждут тебя больше месяца. Допуск S-ранга у тебя и так есть, так что новые не понадобятся.
Хокаге достал из ящика стола небольшой свиток, развернул его, надкусил палец и ударил ладонью в центр. По свитку расползлись цепочки символов, после чего в облаке дыма возникли ещё четыре гигантских свитка.
— Это полный протокол допроса Зецу, без цензуры и сокращений. Предупреждаю, некоторые вещи тебе, как Учиха, будут очень неприятны.
— Сенсей, — поморщился Саске, — я уже достаточно взрослый, чтобы не впадать в истерику, услышав то, что мне не нравится. Не беспокойтесь, я вас не подведу.
— Я и не сомневался. Свитки, сам понимаешь, выносить нельзя.
— Конечно, — вновь поморщился Саске.
Это было само собой разумеющимся, так что дополнительных напоминаний не требовалось. Саске активировал Шаринган, после чего один за другим брал свитки, расстилал на полу и фиксировал содержимое. Свитки были длинными, они содержали огромное количество информации, разбитой на отдельные блоки. Чтобы всё это прочитать и осмыслить, требовалось немало времени. Увидав часть, касающуюся разговоров Мадары и Обито, при которых присутствовал Зецу, Саске догадался, о чём беспокоился сенсей. Наверняка, прошлое клана скрывало немало грязных секретов, которые, будь Саске инфантильным и неуравновешенным сопляком, различающим лишь чёрные и белые цвета, могли бы лечь тяжким бременем на разум. Но Саске не волновало прошлое, он беспокоился лишь о будущем. Саске больше не мешкал, по-быстрому развернув оставшиеся свитки и зафиксировав содержание, он вернул их сенсею. Теперь оставалось это только прочесть, обдумать и разработать стратегию действий.
— Скажите, сенсей, — спросил Саске, когда Хокаге запечатал свитки обратно, — раз Шодай и Нидайме теперь в Конохе, могу ли я поговорить с ними?
Боевой опыт двух Хокаге не стоило недооценивать, возможно они дадут пару хороших советов.
— Конечно, Саске-кун, — ответил Хирузен, — правда, не уверен, что тебе понравится разговор с Тобирамой-сама.
— Почему? — удивился Саске.
— Он не очень любит Учиха.
* * *
Несмотря на то, что Орочимару снова стал лояльным ниндзя Конохи и одним из столпов деревни, Саске продолжал испытывать к нему стойкую неприязнь. Он понимал иррациональность этого чувства, но всё равно пытался свести контакты с ним к необходимому минимуму.
Разумеется, дело было в том, что их знакомство началось не слишком хорошо. Первое впечатление трудно исправить, а Змеиный Саннин даже не пытался предпринимать подобные попытки. Так что Саске воспринимал Орочимару, как психопата с извращённым (в очень плохом, в отличие от Джирайи, смысле этого слова) сознанием, маньяка и жуткого типа. И, возможно, это мнение даже не было предвзятостью, а являлось объективной оценкой положения вещей.
К сожалению, теперь Саске требовалась его помощь, поэтому ничего не оставалось делать, как попытаться Орочимару найти.
После возвращения в Коноху, Саннин занялся обустройством новой лаборатории. Вместо того, чтобы расположить её в одном из новых просторных зданий, он решил придерживаться старых привычек, обустроив очередное подземелье. Вход располагался в непримечательном месте посреди леса, двери были украшены змеиным орнаментом, над входом висела вывеска: «Секретная лаборатория Орочимару. Добро пожаловать!». Учиха покачал головой — не стоило даже задумываться, искреннее ли это приветствие, либо же свидетельство извращённого чувства юмора Змеиного Саннина. Ни один из вариантов не обещал спокойствия и возвращения из этого подземелья целым и невредимым.
Саске спустился по ступеням и протянул руку к дверям. Не успел он дотронуться до ручки, как створки призывно распахнулись, открывая просторный холл с мерцающими на стенах факелами. Саске удивился подобному выбору освещения, но быстрый осмотр Шаринганом показал, что факелы не настоящие, а являются довольно изощрённым дзюцу. Видимо, Орочимару-семпай приложил немало усилий, чтобы создать соответствующую атмосферу своей обители. Саске прошёл вперёд к тёмному проёму, из которого устремлялась вниз длинная череда ступенек. Саске не верилось, что Орочимару приходится таскать по этим узким лестницам различное оборудование и материалы для исследований. Наверняка, где-то неподалёку должен быть лифт, но Саске не имел ни времени, ни желания его искать.
Он спустился по лестнице на добрых три десятка метров и осмотрелся. Впереди простирался длинный прямой коридор со множеством дверей и боковых проходов. Стены коридора, пол и потолок были украшены затейливым резным орнаментом, состоящим из концентрических дуговых узоров.
Саске не смог сдержать смешок. Нет, он прекрасно понимал, что особого труда для создания узоров не требуется — достаточно неплохого контроля над чакрой Дотона и хорошего пространственного мышления. Вот только воображение не переставало рисовать Орочимару, сжимающего в одной из рук зубило, а в другой — молоток, и педантично корпящего над очередным завитком. Представив, как тот вытягивает на несколько метров руки, чтобы украсить узором потолок, Саске снова не удержался и прыснул в нос.
— Тебе что-то показалось смешным, Саске-кун? — раздался сзади знакомый голос.
— Конечно нет, Орочимару-семпай! — ответил, не оборачиваясь, Саске и вновь фыркнул. — Неплохое местечко, только слегка мрачновато, как на мой вкус.
— Мы, конечно, можем долго обсуждать особенности дизайна помещений, но я немного занят. Что ты хотел на самом деле, Саске-кун?
— У меня к вам важный разговор.
— Конфиденциальный?
— Пожалуй, нет, хотя, на площади перед башней Хокаге я бы его не заводил.
— Хорошо, следуй за мной! — ответил Орочимару и пошёл вперёд.
Саске шёл вслед за Саннином и с интересом посматривал по сторонам. К сожалению, коридоры были пустынными, а узоры — однообразными. Узоры вновь подстегнули воображение, на этот раз мысленная картина показывала Орочимару, стискивающего зубило длинным языком, и Саске вновь фыркнул. Они прошли через пару помещений, одно из которых являлось темницей, и направились к ярко освещённому дверному проёму.
— Орочимару-семпай, а разве вы не обещали сенсею не проводить опытов на людях? — поинтересовался Саске.
— Ты о чём?
Заметив взгляд собеседника, направленный на рыжего высокого парня, закованного в кандалы, сидящего в одной из клеток и читающего книгу в подозрительно знакомой обложке, Орочимару рассмеялся.
— А, ты о Джуго? Он тут находится добровольно. Джуго быстро впадает в ярость и плохо контролирует свои силы. Тут он не сможет причинить окружающим вреда. Кстати, Джуго-кун с тобою некоторым образом связан.
— Со мной?
— Особое вещество, позволяющее твоей печати выходить на второй уровень, добыто из его тела.
— То есть его кеккей генкай позволяет стать сеннином без тренировок?
— В какой-то степени, в какой-то степени. К сожалению, он плохо контролирует свои способности. Раньше, когда он впадал в ярость, его сдерживал Кимимаро-кун, но после того, как ты его убил, стало гораздо сложнее.
Саске бросил взгляд на Джуго. Тот прекратил чтение, теперь он прислушивался к разговору и сверлил Саске взглядом исподлобья.
— Полагаю, вам следует отдать
