Дети молча кивнули. При виде их спокойствия Джин улыбнулся.
— Хорошо, тогда давайте перейдем к вашим вопросам. Кто-то хотел бы что-то узнать?
Невада моментально поднял руку. Что-что, а вот вопросы он задавать умел.
— Невада, — даже не удивившись улыбнулся Джин, — прошу.
— Как люди попадают на этот уровень? — Мальчик опустил руку, поднимаясь со своего места. — Не может быть, чтобы столько сокрушителей, сколько есть на этом этаже, проходили через ворота наверху.
— А ты сопоставлял количество тех, кто входит в город, и тех, кто находится на этом уровне?
— Нет, — Невада выпрямился, спокойно смотря на Джина, — но я очень часто посещаю лес наверху. Также я постоянно общаюсь с охраной у ворот, а потому могу сказать, что на этом этаже слишком много сокрушителей.
Джин усмехнулся. Скрестив руки на груди, он слегка опустил голову вниз.
— Вот тут ты прав. Если бы кто-то из охраны прознал бы о нелегальных посетителях города, было бы очень плохо. — Взглянув на Неваду, Джин сощурился. В его взгляде будто бы виднелся вызов. — Надеюсь, ты не станешь рассказывать своим знакомым из стражи об этом.
В этом предупреждении чувствовалась угроза. Невада знал, как был зачарован этаж, а потому понимал, что любой не сокрушитель, спустившийся сюда, ничего не смог бы обнаружить. Пытаться кого-то переубедить смысла не было.
— Порталы. — Продолжил Джин. — В город проникают так называемые «нелегальные» сокрушители через порталы. Для тех, кто не в курсе, порталы — это черные воронки, созданные с помощью зачарованных артефактов. С помощью них можно перемещаться на другие континенты, — Джин приподнял руку, и, сложив вместе пальцы, издал щелчок, — по щелчку пальцев.
Дети были слегка удивлены. Осознавать нечто подобное было сложно, особенно когда это противоречило привычной картине мира.
— Вы столкнетесь с этим, когда закончите обучение. Следующий вопрос.
— Тогда, — продолжал Невада, — как вы регулируете передвижение нелегальных посетителей этажа? Ведь вы уже явно давно этим занимаетесь и еще ни у кого сверху не возникло подозрений.
— Невада, — позвал Джин низким строгим тоном, — скорректируй свой вопрос и поставь четко.
Мальчик задумался. Он понимал, что именно хотел сказать этим Джин.
— Как еще сокрушители попадают в город?
— Славный вопрос, Невада. — Джин вновь хлопнул в ладоши. — Сокрушители могут попасть сюда всего двумя путями: через портал или поверху благодаря путешествию. Те, кто попадают сюда через главные ворота, могут спокойно входить и выходить на этаж или с этажа. Те, кто попадают через портал, ограничены этим этажом. Зачарование уровня не позволит им выйти. Что касается тех, кто проходит через главные ворота, то они могут делать то, что угодно их душам. Еще вопросы?
Руку вновь поднял Невада, так и не садясь на свое место. Его настойчивость даже поражала.
— Хорошо, Невада, — улыбнулся парень, — озвучивай.
— Почему зачарованные вещи находятся только в руках сокрушителей? Я никогда не слышал ни о чем подобном. Даже никаких сказок или сплетен об этом нет.
Джин вновь улыбнулся. Он ожидал от ребенка примитивных, ограниченных грядущей учебой или же собственными интересами вопросов, но все что спрашивал Невада было глобально.
— Тяжело ответить сходу... — задумчиво протянул Джин. — Отличие развития цивилизаций, дороговизна вещей и единичное право сокрушителей пользоваться зачарованными вещами.
— Можно подробнее?
— Невада, как ты думаешь, что случится, если другим людям достанутся зачарованные предметы, связанные с телепортацией? А что насчет оружия?
— Начнется война, — сходу ответил мальчик.
— Именно! Если у кого-то будет больше, а у кого-то меньше — к хорошему это не приведет. К тому же, зачарованные предметы по расценкам местных валют стоят слишком дорого. Их будут покупать только богатые и тогда появляется та же проблема, что и между странами, только на уровне слоев общества. Тогда может начаться уже гражданская война.
— А что насчет единичного права? — спросил Невада, не забывая первоначальный ответ Джина.
— О, это право заключается в том, что кто сделал — тот и пользуется. Да, зачарованные предметы подвластны всем, но пользоваться ими разрешено только сокрушителям. Так и никак иначе.
— Но кто-то же может продавать эти вещи третьим лицам?
— Да. Это называется контрабанда.
— Тогда...
— Дальше! — Джин серьезно взглянул на мальчика, как бы показывая ему, что углубляться в эту тему он не собирается.
Успокоившись, Невада сел на свое место. В комнате наступила тишина.
— Это все вопросы?
Руку подняла девочка с яркими волосами цвета апельсина. По ее внешности, как и по внешности Евы, можно было легко сказать, что они родом не из этих мест.
— Да, Санда?
— Насчет нашего общежития. Есть какое-то зачарование, не позволяющее входить в чужие комнаты?
Джин задумчиво взглянул на девочку. По его лицу можно было сказать, что он был рад услышать подобный вопрос.
— Есть, но я бы хотел услышать твои предположения.
Девочка строго смотрела на этого куратора или, как еще его можно было назвать, наставника. Его довольное лицо, а также теплый и радостный голос вызывали в ней неприязнь. Поднявшись со своего места, Санда выпрямилась.
— Мы не можем входить в личные комнаты других, пока не получим устное разрешение хозяина.
— Не совсем так. — Невада тут же встал из-за стола. Джин и Викар лишь усмехнулись. — Сегодня я жестом пригласил Викара войти и все было нормально. Значит, проблема не в словах. Скорее просто при каждом входе надо каким-либо образом давать новое разрешение.
— Ты прав, — кивнул в ответ Джин, — но я удивлен. Вы уже подружились и с такой легкостью делитесь ценными сведениями? — Взгляд парня стал пугающим. — Слишком легкомысленно для соперников, разве нет?
— О каком соперничестве вы говорите?
Джин улыбался. Он оставил этот вопрос без ответа, но все и так поняли, о чем он. Все собравшиеся в этой комнате были просто чужаками друг другу. Они не знали, что именно им предстоит дальше и это могло повлиять на их обучение, а, следовательно, и на учебную стипендию. Одно было ясно точно: по какой-то причине наставники намеренно хотели вызвать между ними конфликт и соперничество.
Невада сделал безучастное лицо. Пожав плечами, он спокойно произнес:
