Почему-то, у меня не возникло вопросов, что происходит, где я нахожусь, и почему Руслан лежит на соседней койке. Просто чувствовала, что так надо. Да и ко всему прочему, вопросы, которые я хотела задать, так и не прозвучали, из-за болтливой медсестры. Слава яйцам, эта дамочка догадалась, что мне нужно принести детей, которых я еще не видела. Хотя, насколько понимаю, достаточно много времени прошло. Как только мне на грудь положили моих детей, я вмиг успокоилась, и на меня вдруг нахлынуло такое огромное чувство счастья и ответственности, которое я еще никогда не испытывала. А так же дикий восторг, при виде красивых милых мордашек. Мои дети очень красивые. Хотя знаю, все мамы так говорят. И теперь я понимаю почему.
Весь последующий день, после моего пробуждения, был полон потрясений и эмоций. Мои дорогие друзья приехали меня поддержать, за что я им очень благодарна, а еще Хидео сказал, что моя мама летит сюда. Как же я по ней скучала. Уже три года её не видела. Хоть мы и общаемся по фейстайм, но это несравнимо с реальным общением. Запах её волос, и теплые объятия невозможно заменить ничем другим. Материнская любовь — вещь незаменимая. Теперь я понимаю, хотя не до конца, но всё же, что чувствует родитель, держа в объятиях своё дитя.
Так же для меня было потрясением, хоть я и старалась держать лицо камнем, признание Руслана. Когда я спрашивала, о чем он говорит, я знала ответ заранее, но почему-то испугалась того, что я могла ошибаться, и он не испытывает ко мне тех чувств, о которых я подумала. И услышав его слова, о влюбленном мужике, мне вдруг захотелось расплакаться. Опять же, не знаю почему. Но ситуацию вовремя спас розовый смерч, под именем Карин. Девушка она весьма энергичная и необычная, даже слегка странноватая, но зато отличный дизайнер, и плюс ко всему, наши мысли и идеи часто совпадают, и она отлично помогает мне в развитии моего бизнеса. Пока Карин что-то мне щебетала, я, слушая её в пол уха, размышляла о своем.
Все помнят то глупое чувство, когда что-то ищешь, очень долго и упорно, а в итоге это что-то было у тебя всегда под носом. Но ты слишком слеп и глуп, чтобы это понять, поэтому продолжаешь поиски в самых потайных уголках вселенной, упорно игнорируя то, что происходит перед тобой. Вот и сейчас я чувствую то же самое. Какой же я, похоже, была идиоткой, когда игнорировала тот факт, что мужчина меня мало того, что любит, так еще и терпеливо ждет, при этом, никак не посягая на мою свободу. И как же умело я избегала мыслей о том, что не просто из-за хорошего секса он мне снится, и не из-за этого я сравниваю всех мужчин, попадавшихся мне в поле зрения, с ним. Как же глупо. Но в любом случае, я не собираюсь прыгать к нему в объятия, и торопить события, как я любила делать раньше. Теперь, мне просто непозволительно поступать необдуманно.
Карин, после недолгих попыток вывести меня на деловой разговор, (трудоголик, блин), оставила меня в покое, и отправилась по своим делам. Не успела я дотянуться рукой до ближайшей корзины, чтобы взять банан, так в палату снова постучали и вошли без моего разрешения, что меня, несомненно, бесит. Бросив попытки достать до фрукта, я осмотрела пришедшего, и узнала в нем своего адвоката. Он вежливо поинтересовался моим здоровьем, поздравил с рождением малышей, и приступил части, за которой и пришел. Документация. Куча бумаг, подписей, рассмотрений, и он через полчаса ушел довольный. Всё время я поглядывала за окно, выходящее в коридоры больницы, и поглядывала на Руслана, который маячил мимо туда-сюда, словно специально притягивая мой взгляд к себе. Хотя это бред. Ему тридцать три, а не тринадцать, что бы заниматься подобным. Это в подростковом возрасте мы можем себе позволить поступать по-детски, а когда мы оба взрослые люди… Следует поступать обдуманно. И по-взрослому. Да, тавтология, но по другому объяснить не смогу.
Руслан снова вошел в комнату, но теперь нас прервала девушка, что принесла мне мой обед, который я, между прочим, давно жду. Руслан не мешал мне наслаждаться едой, и просто тихо сидел рядом. И когда уже вроде бы вот, можно поговорить, в комнату с такой знакомой широкой улыбкой входит мама.
— Мамааа, я так по тебе скучала — прошептала я, уже в её объятиях, и не заметила, как по моим щекам потекли слезы. Этот запах — несравним ни с чем. Эти объятия — не заменить. Всё, как я и говорила прежде. Мама тихо всхлипнула у меня над плечом, и после крепких объятий, я её, наконец, отпустила, так что она смогла сесть на стул рядом. Первым делом я представила её Руслану.
— Знакомься, это моя мама, Татьяна Сергеевна. Мама, это Руслан — мой …. Друг — перед словом друг, я замялась. Это определение явно не подходит, но и по-другому его пока нельзя назвать. Руслан галантно поцеловал маме запястье, и сказал
— Я, пожалуй, оставлю вас. Общайтесь, а я зайду позже. Мне тоже стоит отобедать — он поспешно ретировался, и как только за ним закрылась дверь, мама с ехидством в голосе, произнесла
— А говорила, нет у тебя никого. Обманывать мать нехорошо, Оля! — к последним словам она старалась добавить нотку строгости, но получилось плохо
— Так и нет у меня никого. Руслан действительно друг. По крайней мере, пока что — добавила я неуверенно последнюю фразу, и мама как-то лукаво улыбнулась
— И что же это может значить?
— То и может. Руслан сегодня признался, что испытывает ко мне нечто более, нежели дружескую симпатию, и я вдруг поняла, что всегда это знала, но старательно игнорировала
— А ты что к нему чувствуешь?
— Не знаю. Но подозреваю, что то же самое. Только торопиться с выводами я не хочу, а то ты знаешь, я люблю наступать на те же грабли. Ладно, Игорь, его я действительно любила, по своему, и сейчас люблю, но я смогла вовремя понять, что он не мой человек. Но сейчас, сама понимаешь, с двумя детьми на руках, я не могу просто нырнуть в новые отношения, и прервать
