Рано утром с легкой головной болью, я на такси еду в аэропорт. Перед посадкой в самолет я пишу сообщение Пауло, о том, что вылетаю, а так же Жене, о предстоящей скорой встрече. Хоть я и переехала мы не перестали общаться, и постоянно созваниваемся по видеосвязи.
Снова полет в тринадцать часов, и я опять в Москве. Невольно вспоминаю события последней ночи, проведенной в этом городе. Я так и не забыла Руслана. Иногда он мне снится по ночам, иногда я вспоминаю о нем, во время наших с Пауло игр. Был бы у меня его номер, я может, позвонила ему. Но номер я тогда не взяла, поэтому нечего теперь сожалеть.
В аэропорту нас встречает какой-то охранник фирмы, на встречу с которой мы приехали, и отвозит нас в отель. Павел, охранник, когда я с ним поздоровалась, на русском, почему-то уставился на меня как на призрака. Хотя я уверена, мы никогда не виделись, но он смотрит так, будто узнал меня.
Сегодня отдых, а уже завтра вечером банкет, на который приглашены партнеры из разных стран, в том числе и кампания, в которой я работаю переводчиком с русского языка. Мне предстоит всю ночь ходить возле начальства, и переводить всё, что он скажет, и всё что скажут ему. Ненавижу банкеты. Ненавижу переводить пьяный лепет.
Руслан
Тридцатое сентября — день огромного банкета, на который приглашены все партнеры со всего мира. А их много. И работы у меня много. Нужно организовать безопасность банкета, охрану, камеры, список гостей. А там от каждой страны, а их около двух десятков, целые делегации приезжают, по десять человек. Только один Лос-Анджелес отличился, и от туда приезжает только четыре человека. Остальные решили привезти на неделю в Москву всех, от брата до свата. Некоторые требуют себе круглосуточную охрану, не везти же им свою.
Радует, что людей я пере-набрал все таки. Начальство освободило мне месяц, и я прежний состав полностью распустил, и набрал новый. Из старых только Пашу оставил, самый адекватный из всех. Да и нужен мне старый человек, что бы новеньким все объяснял, если вдруг что.
И сейчас Паша заставляет меня сомневаться в своем решении
— Встречаю я, значит, людей с Лос-Анджелеса, а там переводчик, девушка такая симпатичная, поздоровалась со мной, и вдруг я понял, что где-то слышал уже ее голос. И тут же вспомнил. Я когда-то начальнику звонил ночью, по делу, а она трубку подняла и говорит «Руслан Иванович занят». - Рассказывает Паша в общей комнате отдыха команде охраны.
— Красивая такая, я даже завидую Вам, начальник!
— Паша, блять, хлебало завали!
— ВОТ, вы тогда почти так же сказали. — Он смеется, не подозревая, что разбудил во мне сейчас дикий гнев. А все из-за упоминания Оли. Пол года прошло, и она мне естественно так и не позвонила. Снится мне чертовка по ночам, заставляет дрочить до мозолей, и обливаться холодным душем.
Помнится, я когда-то думал, что переспим мы с ней, и мне полегчат. Но и тут я себя жестко обманул
С тех пор, я не могу больше заниматься сексом с другими девушками. Закрываю глаза, она перед глазами — стоит. Открываю — передо мной сидит какая-то девица, — Падает. И все. Не заниматься же мне сексом с закрытыми глазами
От мыслей о ней днем спасает работа. Много работы. Да так, что начальник меня в прямом смысле выгоняет на выходные. В свободное время загружаю себя тренировками. Итог — за пол года я набрал три колограмма чистой мышечной массы. Я и до этого был в отличной форме, а сейчас так тем более.
Один раз пытался выведать у Жени информацию, хотя бы где она живет, что бы самостоятельно отыскать. Но этот партизан только и может, что молчать
И теперь этот идиот Паша опять мне напоминает об Оле, так еще и утверждает, что она в город приехала, в качестве переводчика, с патнерами из штатов. Верить, конечно хочется, но мало ли что могло послышатся этому Пашке. Ладно, все равно вечером всех увижу. И если это будет она — уверен, это уже точно не совпадение.
Нахожусь в банкетном зале ресторана уже с двух часов дня, хотя начало в шесть вечера. На мои плечи легла обязанность проконтролировать, всё ли готово для приема гостей, хватает ли всем машин, охраны и т. д. И да, я начальник отдела по безопасности. А поручают мне какую-то хрень, ей Богу. Около шести начинают прибывать первые гости. Стою со списком гостей на входе, и контролирую, кто уже пришел, кто нет. Если кто-то будет опаздывать, надо узнать почему, может беда какая случилась. Ну не нужен ли для этого отдельный человек? Нет, моему начальству надо, что бы этим занимался я.
Ровно в шесть вечера к ресторану подъезжает машина, на которой Паша привез гостей из Лос-Анджелеса. Стараюсь держать себя в руках, и у меня отлично получается, внешне я абсолютно спокоен и непроницаем. Но вот ладошки предательски потеют. Тридцать лет мужику, а у него ладошки потеют. Ну не смешно ли?
Из автомобиля выходит двое мужчин, и две девушки. И ЕЁ я узнаю сразу. Да, Паша был прав, это она. Смотрю как медленно они шествуют к входу, внешне всё-еще спокоен, а в груди уже бушует ураган. Вот она здесь! С одной стороны хочется прыгать от радости, как ребёнку, а с другой я очень зол. На неё. Ушла, не позвонила, и заставила меня страдать эти полгода. Стерва. И да, я веду себя как телка. Но ничего со своими чувствами поделать не могу, уже давно смирился. Первый месяц у меня были сильные проблемы с самим собой, и я был невероятно зол на себя. Один раз даже зеркало разбил. Но я это пережил, и теперь не могу справиться со злостью на неё.
Они подходят к дверям, и я здороваюсь с мужчиной, который идет впереди, а рядом с ним Оля. Это собственно ген-директор кампании из ЛА
— Здравствуйте, Мистер Уилсон. Проходите внутрь, Михаил Константинович уже здесь
Я говорю это ему, а сам боковым зрением смотрю на Олю. Она, как и полгода назад, выглядит отлично, и непроницаемо. На её лице вежливая улыбка, да и только. Она переводит мужчине то, что я сказал. Он кивает, и четверка проходит внутрь.
В моей груди уже горит пожар от злости. Она сделала вид, что не узнала меня. Даже не поздоровалась, кивнула или хоть какой-нибудь признак узнавания
