Бывшие заложники, которых мы привезли сюда, вылезая из машин, с интересом глазели по сторонам. Да это и понятно. То песок, пещера, бандиты, а тут, вон, природа во всей своей красе, да и люди, которые тут остались, подходят.
— Семёновна! — закричал тщедушный мужичок и со всех ног рванул к идущей с граблями на плече к нам женщине.
— Опять эта тётка, — поежился Слива.
— Отдался бы ей? — подколол его Кирпич.
— Да не в жизнь, — сморщился Слива. — Я столько не выпью, лучше застрелюсь.
— Дед! — закричала этому мужичку Семёновна. — Живой, старый ты пень!
Мужичок подбежал к этой тётке и, не стесняясь никого, обхватил её своими руками. Вернее, он попытался это сделать, но она слишком большая и толком у него это не вышло.
— Ушла твоя тёлка, Слива, — продолжал подкалывать его Кирпич. — Вон какой кавалер у неё.
— Ты мой мужчина! — заграбастывая его своими руками и приподнимая над землёй, ответила мужичку наша тётя. — Я тоже рада тебе видеть. С кем ты мне там изменял? — и она легонько сдавила его своими руками.
— Никому, крошка моя! — болтая ногами в воздухе и хрипя от натуги, ответил он ей. — Был верен только тебе. Ждал и надеялся, верил в то, что мы с тобой обязательно встретимся.
— Ну тогда ладно, — улыбнулась она и ещё сильнее прижала его к себе. Мужик снова захрипел и попытался вырваться.
Все, кто наблюдал эту картину, засмеялись.
— Здравствуйте, — поздоровалась она с нами и отпустила мужичка. Тот плюхнулся на землю и, кряхтя, стал подниматься.
— Вот бабища-то, — заметил Слива, — чуть мужика не удавила.
— Я же тебе говорю, Слива, — снова подал голос Кирпич, — тётка супер! А ты — не хочу, не выпью, застрелюсь.
— Да иди ты, Кирпич, в баню, — не злобно отмахнулся от него Слива. — Вон у неё есть крендель. Хватит уже мне её сватать.
— Полукед! — воскликнула она. — И ты тут?
— Ага, здрасти.
Тем временем народ приветствовал друг друга. В толпе людей нашлись знакомые, друзья, товарищи, родственники, которые попали сюда вместе, а тут их уже бандиты разделили. Люди делись впечатлениями и эмоциями. Со всех сторон слышался смех, возгласы. Семёновна тут же организовала несколько дежурных, которые тут же запалили костры и стали готовить на стол. Потом она подошла к нам.
— Ну как тут у вас дела-то? — спросил я
— Да всё хорошо, мальчики.
Мужичок стоял рядом с ней и смотрел на неё преданными глазами.
— Как бандюки себя ведут? Не шалят? Что-то я не вижу их.
— Да не, что вы, — она подмигнула и погладила свой кулак. А кулак-то совсем не маленьких размеров. Я прям представил, как этот кулак прилетает кому-нибудь в челюсть. Вырубит на раз, а то и челюсть свернёт. Ох, и здорова же она! — Они сейчас в поле там трудятся, — она повернулась и махнула рукой куда-то в сторону. — Там наши мужики за ними смотрят. Вы-то как? Извели иродов-то?
— Ага, — кивнул Туман, — всех под корень вывели, почти.
— Ну и хорошо! Теперь свобода и спокойствие. Какие ваши дальнейшие планы?
— Пойдёмте в здание, поговорим как раз, — позвал я её.
— Ага, сейчас только пару команд дам, — она снова повернулась к нам спиной и, отыскав взглядом кого-то в многочисленной толпе, громко крикнула, — Василич, не забудь людей всех накормить! Замы! — тётка задорно свистнула, и рядом с ней мгновенно очутились два мужика. Одному около сорока, второму, скорее всего, чуть побольше, башка лысая. Оба одеты в шорты и майки алкоголички. Я прям внутренне улыбнулся и мужикам, и как тут её слушаются все. Мы прошли в здание, в котором раньше жили бандиты и, с трудом уместившись, уселись за стол. Разговор занял у нас около получаса. Про бой решили не рассказывать, про трофеи — тоже. Не их ума дело. Я сказал им ещё раз про планы на этот оазис. Что мы привезли им оборудование и всё необходимое для жизни. Замы Семёновны очень обрадовались. Но для того, чтобы заинтересовать людей тут остаться, их надо было собрать и рассказать им, как и что в этом мире ещё раз.
— Семёновна, сколько человек вам сюда надо? И сколько человек хотят отсюда уехать в поисках новой жизни? — спросил я. Когда мы отсюда уезжали, я дал ей задание поговорить с людьми на счёт этого. Так что она мне чётко ответила:
— Из 49 человек что тут, остаться готовы 17. Если вы планируете тут развернуться, — она улыбнулась, — и дадите нам технику, то нужно ещё человек 35–40.
— Простите, — поднял руку один из её замов, — а что с жильём?
— Жильё будете сами строить, — ответил я, — с людьми поможем.
— Тогда человек 30 бы нам ещё, — произнёс он. — Леса тут полно и растёт тут как-то всё быстро. Мы сами себе построим дома. Это-то нам можно будет?
— Конечно, почему нет-то? Стройтесь ради бога, занимайтесь хозяйством, разводите скот. Короче, вам нужны ещё строители, плотники, лесорубы и всё такое.
— Ну да, — кивнули эти трое головами одновременно.
— Итого нужно 70 человек, — посчитал я. — Скорее всего, из тех, кого мы сюда привезли, такого количества добровольцев мы не наберём. Но, думаю, что на бирже будут люди, кто захочет переехать сюда, а не жить в пустыне. Ладно, пошли поговорим с ними. Давай, Дим, — легонько толкнул я его локтём, — теперь твой выход. Пока люди все около этого здания, иди речь толкай.
— Пошли, — кивнул он, вставая из-за стола.
— Туман, охрану тут из бойцов организуй, — сказал я ему на ходу. По сменам и количеству смотри сам, но сделай так, чтобы люди тут себя в безопасности чувствовали.
— Сделаем, — уверенно ответил он мне.
Мы вышли на крыльцо. Ох ты, народу-то сколько! И бывшие заложники, и наши бойцы. С виду, больше 200 человек точно.
— Граждане, минуточку внимания, пожалуйста, — громко крикнул я.
Гул толпы немного стих, но не все меня услышали. Народу было слишком много, и все как-то рассосались по этой полянке.
— Всем внимание! — раздался усиленный мегафоном голос Крота. Точно, у нас же на Порше колонки с матюгальником.
Вот теперь другое дело, все повернули головы в нашу сторону, вернее, в сторону стоявшей недалеко от здания машины.
— Дим, пошли к Поршу, — сказал я ему.
Забравшись в кузов машины, я взял у Крота шнур с микрофоном и снова начал говорить.
— Граждане, пожалуйста, минуточку внимания. Прошу вас подойти к этой машине. Разговор есть.
Люди быстренько подтянулись к Порше и окружили его со всех сторон. Кто-то стоял, кто-то на землю уселся.
Ну а потом Дима добрых сорок минут им рассказывал про этот мир, правила жизни, другие города, оазисы, наши торги и всё такое. Люди слушали не перебивая. Потом Дима выдохся и протянул микрофон мне.
Я продолжил. Рассказал ещё раз более подробно про наши планы на этот оазис. Что тут надо будет выращивать все, что только можно, а особенно животных.
— Отсюда следует, — сказал я, и мой голос, усиленный колонками, разнёсся по поляне, — предлагаем тут остаться всем желающим для жизни. В этих фурах, — я показал рукой на стоявшие три грузовика, — всё необходимое для комфортной и беспроблемной жизни тут. Каждый, кто решит остаться тут, будет получать зарплату в соответствии с его знаниями и умениями, но никто обижен не будет. Бандитов больше нет. Соответственно, будут налажены регулярные рейсы между нашим городом и оазисами. Считайте, что это будет колхоз, как в том мире, — я выпрямился и продолжил говорить в микрофон, — сюда надо ещё 70 человек. Каждому из оставшихся будет выделен участок земли в этом оазисе, с постройкой домов мы обязательно поможем. Строительство и обустройство полностью за наш счёт. Задача тех, кто тут будет жить и работать — выращивать овощи, фрукты, животных. Всё это будет продаваться в городах, и с этого вы будете финансироваться. Говорил я не очень долго, минут 20 ещё. Рассказал им про оазисы, которые окружали наш город. Что там люди тоже занимаются сельским хозяйством и производством чего-либо. Особенно подробно рассказал им про биржу. Сказал, что нам-то тоже люди нужны, но с руками. И мы предложим им другую работу в нашем новом и речном оазисах, в сервисе. Так что каждый пусть хорошенько подумает, что он умеет. Все остальные — на биржу, там уже сами пусть устраиваются. В общем, я всеми силами старался оставить людей тут. Тут и дом, и участок, и спокойствие. Потом я позвал заскучавшего Тумана и сунул микрофон ему в руки.
