— Полукед, чуешь что? — спросил Туман, когда мы стали забирать влево, огибая остров.
— Нет, тихо всё, — ответил наш говорящий радар, спокойно облизывая пальцы, от растаявшего шоколада. — Нет там никого. И на берегу тоже никого нет, везде только камни.
За полчаса или около сорока минут обошли практически весь остров. Везде отвесные скалы, только в одном месте оказалась небольшая площадка, более-менее напоминающая причал, но дальше снова скалы.
— Короче, нет тут нихрена, — резюмировал Риф, рассмотрев эту площадку и опуская бинокль. — Скалы, и больше ничего. Даже птиц, которые так любят такие места, и то нет. Серый, давай дальше вдоль берега.
Километров через 10 увидели первую протоку. Вот к ней мы уже подошли поближе. Ширина около 500 метров, рыжая вода и большое количество наших старых знакомых — змей.
— Течение довольно-таки сильное, — сказал Риф. — Я не знаю, как местные вверх по нему поднимались, я про тех, которые на разведку ушли. Если только так же как мы, когда вода уходила. Но это надо было сидеть и ждать и плюс не понятно, сколько рыжая вода будет, рисковые они парни, конечно. Тут на двигателях-то особо не разгонишься, змеи могут напасть, а они на вёсельном ходу… Придётся нам, когда тут обратно пойдём, закупориваться внутри катера. Туда-то ладно, по течению мигом спустимся, а вот обратно… — Риф задумчиво покачал головой.
— Прорвёмся, — произнёс Туман. — Я бы, если честно, при каждой нашей поездке просто скидывал за борт взрывчатку, и потом всё это дело взрывал. Раз десять взорвём, когда ходить туда-обратно будем, змей по-любому меньше останется, так со временем и уничтожим их всех, либо проредим хорошо.
— Хорошая идея, кстати, — согласился я. — Кидать в стороны по обоим бортам взрывчатку с таймером, и все дела.
— Мы когда змей пробовать будем? — неожиданно спросил Слива.
— Кому чего, а Сливе лишь бы поесть, — засмеялся Риф.
— А чё? Мясо у них наверняка вкусное. Одну змеюку грохнуть и вытащить, на всех хватит. Смотрите, какие они большие.
— Потом, Слив, попробуем, — ответил ему я. — Надо ещё подумать, как её поймать. Гарпун тут точно не поможет, это тебе не кит. А начнём тупо расстреливать из оружия, другие мигом накинутся. Скорее всего, в несколько мест надо копья втыкать, в тело я имею в виду. Воткнёшь в одно, она мигом обернётся вокруг копья. Да и сильные они очень.
— А из их кожи хорошие вещи получатся, — добавил Няма. — Женщины без ума от туфель и сумок по ходу будут.
Тут мы все согласились. Я помню, когда мы скидывали мёртвые тела за борт, как поразился их коже. Мягкая, в то же время достаточно упругая, ярко-фиолетового цвета, на ощупь очень приятная. Наши мастерские с удовольствием такую кожу возьмут и наделают из неё различных вещей.
— Надо у местных спросить, — сказал Риф, — ловили они их или нет.
— Не ловили, — ответил Туман. — Я спрашивал у Кузьмы. Попробуй такую хреновину поймай, она мигом тебя самого раздавит, дураков нет. И не ели они их никогда.
— На крючок. — неожиданно подал голос Полукед. — Я могу попробовать. Только мне помощь нужна будет.
Мы все мигом посмотрели на него, даже оба Васи перестали дурачиться, толкаясь и громко сопя.
— Нужна приманка, — спокойно ответил он нам, продолжая смотреть на лежащих на берегу на камнях больших и маленьких змей. — Они плавают только в рыжей воде. В эту чистую они не заходят. Подплывём поближе и закинем в воду кусок мяса, кто-то наверняка клюнет.
— Точно, млять! — хлопнул себя по лбу Туман. — А вы все, гарпун-гарпун, расстреливать.
— А вытаскивать её чем? — воскликнул Кирпич. — Они же тяжёлые какие.
— Лебёдкой. — ответил Риф. — Вытащим и закрепим лебёдку на нос катера, у нас есть автомобильная на 10 тонн, любую змею вытащим, надо только трос нарастить. Кидаем приманку, змея её заглатывает, и тащим на чистую воду. Как ты думаешь, Полукед, сдохнет она в этой воде, или нет?
— Не знаю, — пожал он плечами. — Но, думаю, обессилит точно. Они чуют чистую воду и не заплывают в неё, можно будет подождать и посмотреть, что с ней будет. Если сильно заглотит приманку, то шустро двигаться не сможет. Ослабнет — добьём. И лебёдку надо не на носу делать, а чуть дальше от носа, чтобы змею всю на палубу вытащить.
— Мож попробуем? — потихоньку спросил Серый, но его все услышали.
— Я не против, — тут же ответил Туман. — Разведка никуда не денется, а мяска попробовать хочется.
— Ты, и ты, тащите крепления, — начал отдавать распоряжения Риф, стоящим рядом с нами матросам, ткнув в них пальцем. — Ты — сварочный аппарат, ты — лебёдку.
— Мы поможем! — встрепенулись Слива и Клёпа.
— Я за наживкой, к коку! — крикнул Колючий.
— Я с тобой! — кинулся за ним следом Полукед.
— Я за тросом. — включился Ватари.
Помещение, в котором мы находились, мигом опустело, я даже глазом моргнуть не успел.
— Во, млять, рыбаки-то! — засмеялся Туман.
Через пять минут работа на палубе кипела. Ребята притащили лебёдку, протянули электрический кабель, заработал сварочный аппарат. Лебёдку приварили на два мощных уголка, а уголки прикрутили к самой палубе на толстые болты, чтобы она была съёмной.
Установили её в двадцати метрах от носа. Нарастили трос до 50 метров. Теперь любая змея тут поместится. Полукед с Колючим притащили кусок мяса с кровью, с виду килограмма на два. Кто-то из матросов сделал неплохой такой крючок, в мою ладонь по размерам. Через час всё было готово, можно было начинать рыбалку на змей.
Полукеду, как главному рыбаку, сунули в руку пульт от лебёдки, но он отдал его Ватари:
— Как скажу, вытаскивай змею так, чтобы её голова оказалась вот тут, — он положил свою ладонь на леера, — пусть так болтается. Нужен тот, кто выстрелит ей в голову, и убьёт.
— Я могу, — ответил Кирпич, показав нам СВД в своих руках.
Полукед кивнул и снова повернулся к Ватари:
— Как махну второй раз, тащи её к самой лебёдке, она уже мёртвая будет.
— На какое расстояние к рыжей воде подойти? — спросил у него Риф.
— Тридцать шагов.
— Это сколько метров-то?
— Пятнадцать, — перевёл я меру Полукеда. Он всё всегда шагами своими мерил. — Два шага, грубо — метр.
— Лучше сорок шагов, — немного подумав, сказал Полукед.
— Ага, двадцать метров, понял, — улыбнулся Риф.
— Как он вытащит сюда змею, — продолжал свои инструкции Полукед, — отплывите назад подальше.
Риф кивнул.
— Уходите все с палубы! — снова подал голос Полукед и, взяв кусок мяса, стал насаживать его на крючок, который уже был крепко прикручен к тросу лебёдки. — Идите, сверху смотрите.
— Я с тобой останусь, — неожиданно сказал Иван-мэр Полукеду. — Подстрахую тебя, ты только верёвкой на всякий случай обвяжись.
— И я останусь, — пробурчал Большой, — мало ли что. А тебя, Вань, только я быстро вытащить смогу. Мало ли, змея махнёт хвостом как-то не так.
— Добро, — кивнул Иван. — Марк, меч мой принеси на всякий случай, и верёвку, обвязаться нам.
Палуба мигом опустела, мы поднялись выше, встали перед кормовой надстройкой на небольшой площадке, с которой вся палуба была как на ладони. Ватари стоял около лебёдки, чуть дальше Кирпич с СВД. На носу, по бокам, привязанные верёвками, Большой с Ваней, и, посередине, также привязанный верёвкой Полукед.
И вот, настал момент. Серый подогнал катер на указанное Полукедом расстояние. Новоиспеченный рыбак, словно ковбой, раскрутил над головой крючок с насаженным на него куском мяса и кинул его в рыжую воду. Мимо как раз плыла змея, мгновенно среагировав, заглотила наживку и нырнула. Трос, раскручиваясь, закрутил катушку.
— Ватари, давай! — крикнул Полукед и махнул рукой.
Трос, натянувшись, заёрзал по палубе. Ватари включил лебёдку, и она быстро стала наматывать трос обратно, на барабан — какая бы сильная змея не была, у неё никаких сил не хватит справиться с лебёдкой.
— Идёт, родимая! — обрадовался Иван, посмотрев через леера вниз и сделав пару шагов назад.
