— Да ради бога.
Вот что значит профи, он сразу подошёл к капоту и я, дёрнув рычаг, открыл его ему.
— Ух ты, мля! — услышал я его восхищённый возглас, когда он открыл капот и посмотрел, что там, — Глянь, Паш, турбовый движок. Фолькс? — высовываясь из-под капота, спросил он.
— Ага, 1.4.
— Крутяк, много видать с ней работы провели, прежде чем сюда засунули. Начинка вся на ней стоит? — кивнул он на восьмёрку.
— Да, вся электроника, климат, ну и по мелочам много чего.
— Вещь, — сказал этот подошедший Паша.
Я посмотрел в сторону, куда направились Няма со слесарем. Они уже скинули брезент с машины и теперь рассматривали её, слесарь уже подстелил под неё небольшую клеёнку и полез под тачку.
— Красавица, — сказал Паша, аккуратно закрывая капот и посмотрев на БМВ.
Я закрыл дверь и направился к этой тачке, Няма уже нарезал круги вокруг неё, с трудом протискиваясь около забора. БМВ была достаточно сильно бита в задницу и была она какого-то непонятного серого цвета. Слесарь выбрался из-под машины, посмотрел её сзади, заглянул в багажник, потом открыл капот.
— Мотор как у тебя, Ням, — тут же сказал он, — запчастей тебе теперь надолго хватит.
— Чё по состоянию? — спросил Няма.
— Задницу отрезать надо полностью, короче из двух машин, соберём одну. Эта вроде ничего так, в любом случае её надо на подъёмник и смотреть, но она совсем мертвая, задние колёса зажало, лонжерон левый точно ушел, правый не знаю. Но это всё, — он захлопнул капот, — вытягивается и чинится, бери.
— Сколько денег, мужики? — ткнул пальцев в БМВ, спросил Няма.
— 25, — тут же сказал Паша.
— Да ты чё? — начал торговаться Няма. — Она же битая под орех. Я себе другую найду в лучшем состоянии.
— Найди, — спокойно ответил Паша, продолжая улыбаться, — а эта стоит 25. Не купишь ты, купит кто-нибудь другой, нет — пусть стоит.
— Ну хоть чуток-то скинь, — взмолился Няма, — мне за работу прикинь сколько надо будет отдать.
— У тебя, я так понял, такая же есть? — спросил парень, который открывал нам ворота.
— Да, — кивнул Няма, — была. Чуток в аварии пострадала.
Я невольно улыбнулся, вспомнив женские губы на подушке и как Туман орал на него, когда Няму и его девушку привез из леса Крот, а следом приволокли его разбитого апельсина на галстуке Наварой.
— 23 и она твоя, — немного подумав, сказал Паша.
— Договорились, — вздохнул Няма и снял со своего плеча сумку, в ней, я так понимаю, деньги были. — Колючий, звякни Коляну, пусть сюда на эвакуаторе своём едет и забирает тачку. Ключи-то хоть есть от неё?
— Один, в бардачке лежит, — ответил Паша.
Пока Няма с ребятами откидывал всякий хлам от уже своей БМВ, чтобы её было удобней грузить на наш эвакуатор, я стол облокотившись на восьмёрку и осматривал двор этого небольшого сервиса. Вот один из здешних ребят, откидывая какую-то трубу, зацепил брезент, которым была накрыта стоящая рядом тачка. У неё немного оголился передний бампер, он мне показался смутно знакомым.
— А там у вас что? — с интересом спросил я, показав на эту машину.
— Да блин притащили из облака, — в сердцах сказал один из местных ребят, а чё с ней делать не знаем. — Стояла больно удобно она там, вот и погрузили на прицеп от жадности.
— Чё за тачка-то? — повторил я свой вопрос.
— Панамера мля, — выругался Паша.
После этих слов, я аж подпрыгнул.
— Да ладно? — не поверил я. — Покажь.
— Да на, — ответил Павел и одним махом сдёрнул брезент с тачки.
— Вот же млять, — завернул Клёпа, увидав машину.
Перед нами стояла красная Порш Панамера, битая точно в левую среднюю стояку. И удар был такой хороший. Я чуть ли не вприпрыжку подошёл к машине и заглянул в салон. Стойка ушла в салон от удара сантиметров на 15, боковые шторки сработали, стёкла в дверях естественно разбиты. Но крыша и порог вроде как целые, волн нет. Панели на дверях тоже лопнули, подушка на водительском сиденье сбоку тоже выстрелила.
— Глянуть? — спросил у меня подошедший наш слесарь.
— Ага, — кивнул я, всё ещё не веря в происходящее.
Сколько раз я спрашивал у Тумана про такую машину. Ну не попадаются они в облаке. А тут вот она, живая стоит, ну как живая, чинить конечно нужно, но это уже второй вопрос.
— Себе что ли хочешь? — хитро спросил Павел.
— Не знаю пока, — прикинулся я дурачком.
— Ага, а твой слесарь её просто так осматривает, — засмеялся он.
— Продадите? — кивнул я на машину.
— Да забирай, — махнул он рукой, — мы всё равно её сами не восстановим до хорошего состояния. Порш этот давно у нас уже стоит, месяца полтора точно. Я тебе даже больше скажу, она едет, с прицепа сама съехала. Вся электроника тоже вроде как функционирует, только сами видите, что с кузовом.
— И сколько вы за неё хотите? — осторожно спросил я.
— Погодите торговаться, — услышали мы громкий голос из-под машины нашего слесаря, — дайте мне её посмотреть сначала. А то купят хлам, а нам потом делай.
Паша, уже было набравший воздуха для объявления цены, шумно его выдохнул.
— Ключи где? — с деловым видом спросил наш слесарь спустя пять минут. — Есть чем завести её? Буду всю её смотреть. Тут центров по ремонту Порше нет, так что тащите мужики пусковик какой.
А парнишка то молодец, быстро «включил» спеца.
— Момент, — спохватился Паша и быстро ушёл в гараж.
— Не лезьте только, Александр, — быстро сказал мне слесарь, — я их сам опущу в цене, — он хотел ещё что-то мне сказать, но эта троица уже тащила из гаража пусковик и провода.
Чем несколько минут Порш завели. О, этот звук. Наш слесарь через правую переднюю дверь залез на водительское место и сначала там долго нажимал различные кнопки, потом даже тронулся на тачке туда-сюда. Я прям извёлся весь, меня так и подмывало спросить, ну чё? Ну как там? Пришлось изображать на морде полное равнодушие и стоять, давя в себе эмоции.
— Александр, можно вас на пару слов, — нарочито вежливо обратился ко мне наш слесарь, вылезая из машины.
— Тачка нормальная, порог и пол целые, крыша тоже не пошла, — сказал он мне, когда мы отошли в сторонку. — Остальное всё вытягивается. Работы до хрена конечно, но в целом ничего страшного, не такие тачки вытягивали. Пробег на нём 54 тысячи, электроника ошибки выдаёт на панели кое-какие. Я конечно гарантию дать по состоянию не могу, вам решать брать или нет, но битый он не был, кузов весь ровный до аварии был. Ни одна панель и деталь с неё не снималась, я всё посмотрел, покраска тоже заводская. Единственная проблема, которая может быть, это запчасти. Тут их взять негде, аналог конечно подобрать можно будет, но это время. Он не зря у них стоит тут так долго.
— Сам-то что скажешь? — спросил я у него. — Брать или нет?
— Себе?
— Да.
— Берите, восстановим. С виду всё ужасно, но ничего страшного на самом деле.
— И сколько денег? — спросил я.
— Сколько хотите за него? — громко спросил слесарь к ожидающим вердикта троим ребятам.
— 60 тысяч, — выпалил Паша.
— Не, мужики, так не пойдёт, — засмеялся наш слесарь, а я немного охренел от цены.
— Да это же эксклюзив, — попытался так же вести себя, как и при продаже БМВ, Паша.
— Ага, один на весь город, — кивнул слесарь. — Это вам не БМВ, — ткнул он в тачку Нямы пальцем, — таких Поршей в облаке днём с огнём не сыщешь. Не купим мы, у вас его вообще никто не купит. Так и сгниёт он тут у вас, и по запчастям вы его не продадите.
— Сколько? — обречённо вздохнул Паша, он видать и сам это уже давно понял.
— 25 тысяч, не больше, — ответил слесарь, и я опять охренел от цены. То 60, то 25 штук.
— Да вы обалдели! — практически хором сказала троица.
— Мужики, — поднял я руки, обращая на себя внимание, решив подсобить слесарю. — Вам тачка досталась совершенно бесплатно. Либо мы даём вам 25 штук и уезжаем вместе с Поршем, либо забираем только БМВ и вы накрываете Порш снова брезентом и ждёте другого покупателя. Только сами подумайте, кто будет ещё готов его купить и восстановить и когда.
