— Да, вроде так их Лама успел описать. Белые и большие обезьяны. Только у тех наушники на башке были и, скорее всего, рации где-то на поясе. У этих не было?
— Да вроде нет, — растерянно ответили мы.
— Нет, не было, — уверенно сказал Полукед. — Я их успел хорошо разглядеть, прежде чем они прыгать начали.
Тут то один, то второй наш боец до этого молчавшие стали говорить, что наушников на них не было.
— А это значит, — взял слово Туман, — что это просто залётные ребятки, и, надеюсь, их не хватятся их сородичи. Остановить такую быструю обезьяну будет очень сложно. Это вам не с нашими мартышками в новом оазисе драться.
— Это точно, — вздохнул Большой. — Я ей два раза руками в голову попал, хорошо так попал, а ей хоть бы хны. Равносильно тому, что меня ребёнок ударит. Только из оружия таких валить и желательно в несколько стволов сразу, у одного стрелка шансов нет победить и убежать.
Глава 14
Трупы Йети утащили багги мушкетёров в самый дальний угол стоянки. Потом кто-нибудь вытащит их в пустыню и бросит, там зверюшки их быстро съедят, думаю.
— Грач, ты ребят вызвал наших? — спросил у него Туман, когда мы сели в кружок около Плаща Маги.
Мага, кстати, в момент нападения Йети был настолько увлечён процессом мелкого ремонта грузовика, что даже не понял, что произошло и почему помогающие ему мушкетёры разлетелись в разные стороны как кегли. Я уже потом краем глаза видел, как он выбрался из-под своего грузовика с большим ключом и, недолго думая, кинул его в ближайшего зверя, естественно не попал. Автомат он, балбес, оставил в кабине, за что потом тут же получил пистонов от Грача и Тумана. Ох, и орали они на всех после схватки. Расслабились, жалом щёлкаете, оружие не пойми где и всё такое, вы все профи, мы на вражеской территории, какого хрена не смотрите по сторонам, понадеялись на наблюдателей? Так они сами всё прошляпили и не надо говорить, что Йети прошли между валунами! Кстати, мы нашли их тропинку, там действительно было узко, и заметить их было невозможно. Но главное, как говорится, хвосты накрутить. Зато сейчас вон все сидят по уголкам и внимательно смотрят на скалы, не хватало нам ещё тут таких гостей.
— Да, вызвал, — ответил Грач. — Часа через четыре тут должно быть 58 человек наших бойцов. Потом пошлю Рыжего на наваре им навстречу. Надеюсь, к этому моменту будет тихо.
— Буря будет, — спокойно сказал Полукед, поглощая очередную шоколадку и закусывая её жареным мясом, или мясо шоколадкой. Вот же блин, как он так вообще мясо с шоколадкой есть может?
— Когда? — хором спросили мы у него.
— Скоро, — ответил сластёна, — Лучше в машинах спрятаться, сюда идёт.
— Эх, — вздохнул Туман, поднимаясь со своего места, — пошли, мужики, в тачки прятаться. Крот.
— Я.
— Возьми кого-нибудь и найдите укромное место в камнях, такое, чтобы был виден въезд сюда, натяните какой-нибудь тент или ещё что-нибудь сделайте, без наблюдения пустыню оставлять нельзя, пусть и буря будет. Рыжий.
— Я.
— То же самое со стороны дороги. Время пошло, у вас минут… — Туман вопросительно посмотрел на Полукеда.
— Немного, — пожал тот плечами.
— 15 минут у вас короче.
Крот тут же позвал нескольких бойцов, и они побежали к Тойотам. То, что навесы будут готовы, я даже не сомневался.
— Мушкетёры, — рявкнул Грач.
— Мы! — рявкнула троица в ответ, и я увидел их вытянувшихся смирно чуть сбоку от нас.
— Дежурите первые, наблюдение за пустыней. Сделайте себе маски какие и воды возьмите, если какой шухер, один из вас бежит вот в этот грузовик, — он ткнул пальцем в Плащ Санты, — мы в нём будем. А если кто-то заедет сюда, ты, Котлета, — ткнул в него пальцем Грач, — крикнешь им, чтобы сдавались.
— А вашим голосом можно? — тут же довольный до ушей спросил тот.
— Можно, — разрешил Грач.
— Упали, мухоморы, 50 отжиманий быстро, — тут же рявкнул на всю округу Котлета, подражая голосу Грача.
Грач тут же кинул в него пластиковую бутылку с водой, но Котлета успел увернуться.
— За что? — обиженно спросил тот. — Я же в образ вхожу.
— В могилу ты входишь, — передразнил его Грач.
Мы все засмеялись.
— Идите Кроту помогите себе гнездо сделать лучше, — сказал им Грач.
Троицу как ветром сдуло.
— Вот ты их выдрессировал-то, — улыбнулся я.
— Да, они только так понимают, — ответил Грач, подходя к месту, где только что стояли мушкетёры, и поднимая с земли бутылку с водой.
Минут через 15 накрыло. Я в смотровую щель из Плаща видел, как Крот с Чубом уже под завывание ветра нырнули в свои тойоты. Ветер поднялся довольно таки сильный, небо мгновенно затянуло тёмными облаками, пыль, песок, на расстоянии в десяток метров уже ничего не было видно. Те немногочисленные наши бойцы, которые не успели попрятаться по тачкам, передвигались по площадке с платками на лице, все уже привычные к таким бурям, бывают они тут. Просто я не видел смысла сейчас находиться снаружи, ну его, опять песок, где только можно, забьётся, и никакая плотная одежда не поможет. Сидели мы так в Плаще минут двадцать, как раздался грохот, открылась задняя дверь, и внутрь грузовика ввалился человек. У него как у настоящего араба, вся голова была замотана платком, арафаткой, как мы их тут все называли, на глазах очки.
— Ты кто? — наведя на него ствол, спросил Грач.
— Это я, Котлета, — снимая с себя очки и арафатку, сказал он. — Там тачка сюда едет, не наша.
Мы мигом схватили оружие, я успел натянуть себе на лицо платок и плотные очки. Мы выбежали на улицу и увидели, как сюда на площадку заезжает хаммер. Он был весь грязный, пыльный, дворники молотили по полной программе. Ветер сильный, пыль, песок летит, камни. Заехав сюда, джип увидел наши машины и резко остановился.
— Сдавайтесь, уроды, — заорал рядом со мной Котлета, снова подражая голосу Грача.
Ага, щас, джип взревел двигателем и попытался развернуться, а кто-то из пассажиров тут же открыл окно и дал в нашу сторону короткую очередь из автомата. Быстро среагировали, я бы сказал мгновенно.
— Огонь по окнам! — заорал Туман. — Он не бронированный, — и первый стал стрелять по хаммеру.
Со всех сторон уже вылезли, как какие привидения, наши пацаны, всё-таки Туман с Грачом их хорошо пропесочили, и теперь никто жалом не щёлкал. Вот и заметив джип, большинство ребят повыпрыгивали из тачек и взяли американский автопром на прицел.
Бах-бах, раздались со всех сторон выстрелы. В мгновение ока, все боковые стекла на машине оказались разбиты. Сквозь летящий песок и пыль я видел, как сидящие в машине люди дёргаются от попаданий. Через десяток секунд всё было кончено. Хаммер стоял посередине площадки с разбитыми окнами и тарахтел дизелем, машина прокатилась несколько метров и уперлась мордой в плащ Санты. Из плаща через заднюю дверь выпрыгнули несколько наших пацанов и, быстро окружив джип, разом открыли все 4 его двери. Пока мы подбежали, я увидел, как на землю выпало тело, и ещё двоих ребята сами выдернули.
— Все готовы, — доложился Рыжий с Валом наизготовку. — Трое, мужики.
Пока туда-сюда, ветер стал резко стихать, трупы этих троих положили рядом, и мы стали их рассматривать. Все трое одеты в хороший армейский камуфляж, армейские ботинки, разгрузки, вооружены все м16.
— Млять, выругался Туман, — жаль, пленного не взяли.
— В тачке оружие и продукты, — крикнул из недр хаммера Слива, — больше нет ничего.
Ребята уже открыли его багажник, и мы увидели там большое количество коробок с фруктами, выпивкой, крупами. Ну и большое количество боеприпасов, всё оружие американское.
— Продукты не наши, — рассматривая содержимое коробок, сказал Дима, — всё из Руви. Либо они туда ездили за покупками, либо им это всё куда-то привезли.
— А бабла-то сколько! — воскликнул Колючий, обыскав трупы.
В его руках я увидел несколько толстых пачек лин мелкими купюрами, с виду тысяч 50 точно, если не больше. Колючий продолжал их обыскивать и вытаскивал на расстеленный тут же небольшой кусок брезента их личные вещи. Три рации, пара зажигалок, несколько различных ножей, два пистолета Глок, игральные карты, свисток, ручка, небольшая визитница, пустая, правда. Ещё какие-то конфеты, купленные уже в этом мире, небольшой клубок тонкого капронового шнура, таблетки в небольшой банке без названия, всё, больше ничего. Мы перерыли всю машину, нет ничего такого, что могло бы указать, что это за люди. С трупами поговорить нельзя, а рожи, рожи одинаковые, и у них на лбу не написано, какой они национальности. Грач даже раздел их всех по пояс, просто срезав с них одежду, нет наколок, никаких, только у двоих было несколько шрамов от пулевых ранений и от ножа.
