— Готово, — отходя от второго лифта и оценивая свою работу, сказал Клёпа. — Котлета, Паштет, притащите сюда какого-нибудь барахла типа кресел и навалите перед лифтами и лестницей, пусть вам гражданские помогут, если растяжка рванёт, весь взрыв пойдёт внутрь.
— Ща найдём помощников, — икнул учёный. Походу он много глотнул пойла Сливы, и его унесло, точно, вон стоит пьяненький, улыбается, и его качает.
— Ну, веди нас, господин учёный, — улыбнулся Иван, глядя на ботана.
Тот покрутил башкой, пару раз вздохнул, дёрнул руками и ломанулся дальше по коридору так, что я просто офигел от его скорости.
— Ты чё ему выпить-то дал? — на бегу спросил у Сливы Клёпа, когда мы, спохватившись, побежали за ним. — Ракетного ускорителя?
— Да не, Арменовская настойка, эко его пробрало-то. Надо поглядывать за ним, а то он так врукопашку один пойдёт.
Я тут же вспомнил про маленькую девочку в красном платье, это точно, надо притормозить его.
— Стой, — заорал я на весь коридор.
Но не тут-то было, учёный с диким криком в прыжке врезался в дверь и выбил её. Он прям с косяком внутрь ввалился. Дверь какая-то несерьёзная, но сам факт того, как он её открыл. В него тут же полетели вазы, стулья, посуда.
— Стоять всем, — заорал я, забегая в помещение следом за учёным и давая короткую очередь в воздух. Млять, на меня посыпался подвесной потолок и разбитые лампы дневного освещения, от пары стульев я успел увернуться.
— Это я, Георгий, — заорал под грудой разбитой посуды наш учёный.
Вот как его зовут.
— Герыч, ты как? — тут же подбежал к нему Иван и, схватив его за шкирку, одним рывком поставил на ноги. Рубашка на ботане затрещала, но в целом выдержала.
Тот стоял, улыбался и потирал ушибленный бок.
— Есть ещё выпить? — радостно спросил он у Сливы.
— Да тебе хватит уже, паря, — обалдевши, ответил Слива.
— Всё под контролем, — поднял тот вверх указательный палец. — Вы, — ткнул он пальцем в нескольких людей, которые осторожно выглядывали из-за наваленной баррикады из мебели. — Это свои, — размашисто показал он на нас, — они из этого мира и пришли, чтобы грохнуть полковника и его людей. Слива, дай выпить, — он требовательно протянул к нему руку.
— Охренеть просто, — потихоньку сказал я от вида преобразившегося ботана. От его застенчивости и скромности не осталось и следа. Он выпил-то грамм 50, ну может сто.
За эти несколько секунд, я успел оглядеться. Очутились мы в огромном зале, нет, помещении. Длинное и широкое помещение, которое уходило вдаль, ширина, наверное, метров 30, мощные столбы по бокам, с левой стороны на полу лежит ковровое покрытие, справа разметка в виде прерывистой линии. Огромные витрины, открытые двери, из-за которых на нас смотрело куча голов, в том числе и детских. Всё выкрашено в приятный бежевый цвет, горшки с цветами, картины, на полу разное покрытие: где ламинат, где плитка; обалдеть тут ремонт, потолки подвесные, хорошие светильники.
— Вы, быстро берите мебель, ик, и тащите её к лестнице и дверям лифтов, — продолжил, икая, отдавать распоряжения Георгий уже вышедшим из-за наваленной кучи мебели троим мужчинам и двум женщинам, — там два бойца, Котлета и Паштет, ик, они немного не от мира сего, но пацаны — во! — показал он большой палец. — Двери лифтов заминированы. Мы на ту сторону, остальные сидите тут и не высовывайтесь. Они, ик, — учёный хлопнул по плечу Ивана, — нас защитят. Слива, дай выпить.
— Да на, — радостно сказал Слива, протягивая ему фляжку.
— Не давайте ему, — выбежала откуда-то жена Георгия, но было поздно, он уже присосался к фляжке, — он же сейчас чудить начнёт, — вздохнула она.
— Спокойно, дорогая, — выдвинул перед собой руку ботан, отрываясь от фляжки, — это для снятия стресса, всё под контролем.
— Всё хорошо будет, — сказал я, делая шаг к Георгию и отбирая у него фляжку. Мне, блин, прям неудобно стало.
— Чё стоите-то? — наехал на людей разошедшийся кучерявый. — Тащите мебель. Ну а мы, господа, двигаем дальше, — это он уже к нам обратился.
Люди тут же стали хватать мебель и тащить её в коридор к нашим мушкетёрам. Тут же подбежали ещё люди, они с интересом рассматривали нас, но спросить что-либо у нас никто из них не решился, хотя в их глазах я прочитал огромный интерес. Один мужик до такой степени засмотрелся на Ивана, что врезался в горшки с цветами, которые приготовили для метания, больно много их в одной куче на полу стояло, и парочка из них прилетела в учёного, вон у него вся спина в земле.
— Побежали уже, — спохватился Клёпа, — и так времени много потеряли.
— Не надо бегом, — взревел учёный, походу, его вторая волна накрыла, — вон транспорт стоит, поедем как белые люди, Слива, корефан, прошу за штурвал, — показал он нам рукой куда-то в угол.
— Походу, у тебя новый кореш появился, — заржал Иван.
Пройдя несколько метров, мы увидели стоящие в углу электрокары, как в гостиницах, на них перевозят чемоданы и отдыхающих. Неплохой такой автомобильчик, шестиместный, и сзади ещё багажник. Больших машинок было 4 штуки и маленьких, как в гольф клубе, около 10 штук. Для них даже отдельная стоянка есть с выводом на неё розеток для зарядки.
Быстро погрузились в ближайший к нам автомобильчик, Слива прыгнул на руль, и вот мы уже выезжаем в этот коридор с разметкой. Георгий плюхнулся рядом на переднее сиденье.
— Справа вы видите небольшую площадку для детей, — начал свою экскурсию, как заправский экскурсовод, Георгий, когда мы довольно шустренько так ехали по этому длинному коридору, — слева мы только что проехали вход в жилые помещения для гражданских, таких как я.
— Во даёт, — снова захохотал сзади Иван.
— А чё справа у вас, Гера? — спросил Клёпа.
— Тут у нас кафе, небольшой бар, дальше небольшой бассейн с сауной. Пекарня, несколько теплиц есть. В общем, комплекс полностью автономный, просто не всё запустить успели.
Мы, конечно, быстро ехали по этому нереально большому коридору или залу, но я не уставал поражаться тому, как тут всё было обустроено, и что было сделано для людей. Много стекла, пластика, различных лампочек, прожекторов, светильников. По его размерам было видно, что он рассчитан больше чем на этих 70 человек гражданских, которые тут в данный момент находились. Судя по различным помещениям, коридорам, поворотам, человек 300 сюда на раз могли вместиться. Думаю, что и на первом этаже то же самое. Всё-таки если они действительно решили искать проходы в другие миры, то и народу, и техники, и различных запасов тут должно быть большое количество. И военных, которые готовы рисковать своей шкурой, выходя в другой мир. И теперь понятно, почему эти военные с бандитами воровали грузовики с продуктами. Георгий только что сказал, что они не успели всё запустить и всё сюда завести, и ранее ещё говорил, что не все люди прибыли на эту базу, они свои эксперименты раньше провели, чем надо, вот и очутились тут, как та пещера, где у нас сейчас оптовая база. А кушать хочется, вот и стали продукты воровать: денег нет, чтобы купить, секретность этот Полковник упускать не хочет. Сразу бы пошли вопросы, куда вам столько продуктов. Поэтому и наговорил им всем, что они тут одни в этом мире. Тешили себя надеждой, что учёные смогут вернуть всех назад, на нашу ту землю, а учёные из-за страха, не говорили им всей правды. У них вообще только ворота должны были открываться. Видать яйцеголовые точно что-то перекрутили, если они сюда так все ухнули. А семьи тут все для того, чтобы люди не скучали и не выли от тоски. База точно была секретная и скрытая от посторонних глаз. Вот и перевезли на неё всех близких и создали им максимально комфортные условия для жизни.
Только, как обычно, всё пошло не по плану, и их этот рай превратился в ад. Выходить никуда нельзя, сидите тут и ищите способ попасть назад. А вот Полковник и его люди наверняка уже собрали кучу информацию о нашем мире, городах и жителях, и дай им только открыть ворота назад, как сюда хлынет нереальное количество их людей и начнут, как саранча, везде скакать, а это война, сто процентов война. Нельзя дать заработать этим воротам, ни в коем случае нельзя. Конечно, ещё не понятно, как они бы работали, эти ворота, смогут ли проходить через них люди, техника, продукты. К нам и от нас. Как это всё было бы. Думаю, что всё это не так просто, как кажется.
