— Я чуть не оглох нахрен, — заорал Слива, — вы хоть предупреждайте.
— Да уж, — теребя своё ухо, сказал Апрель, — громкие ребятишки.
— Ну как вам? — спросил Ватари у старцев, показывая на кучу и в небо, изображая птицу махая руками.
Старики стояли и кивали головами, и двое из них хлопнули в ладоши, типа да, впечатлили. Ещё бы, это вам не калаши, и даже не печенег, из которых мы только что по птицам стреляли. Там либо очередью из минигана просто перережет птицу, так как он выстреливают хренову тучу пуль в секунду, либо птицу эту просто разорвёт, если в неё две-три пули из Корда прилетит. Ящеры разваливаются на составляющие только так, когда в них из Кордов попадают, а птички ну чуть больше ящера. Ох, теперь они у нас будут такие пулемёты просить. А ребята за пулемётами ещё так стволы в небо задрали и крутанулись пару раз вокруг своей оси, типа небо надежно прикрыто.
Главный старец махнул рукой и что-то сказал стоящим рядом с ним нескольких своим сородичам. Те улыбнулись, кивнули и тут же, сверкая пятками, побежали к ближайшей своей машине. Спустя небольшое время машина развернулась и уехала в сторону пещер.
— Мне вот эти их трубы очень интересны, — ткнул в них пальцем Туман, — как они их так сделали, что они очередями стреляют?
— Арбалеты видел их? — спросил Колючий. — Они тоже очередями стреляют.
Тут я поймал взгляд Дука и Гука, блин, ну и имена у них. Оба смотрели на мои МП5.
— Хотите попробовать? — спросил я у них, снимая с себя оба автомата и протягивая им.
Оба тут же кивнули, только Гук взял автомат, а Дук ткнул пальцем в моего коротыша. Я незамедлительно вытащил укороченный помповик и дал его в руки Дуку, предварительно, правда, разрядив его. То же самое сделал и с автоматами.
— Кстати, Грач, — окликнул я его, — когда ты нам там орал, чтобы мы сдавались, ты сказал, что они знают, что такое огнестрельное оружие, но у них я его что-то не вижу. С чего ты это взял?
— Мы по длинному коридору шли, — вздохнув, начал свой рассказ Грач, — лампочки вроде говорят, но освещение так себе. Ну тут эти гномы и стали на нас сети сверху кидать. Кто-то из ребят успел огонь из автомата открыть, так они сразу видать сообразили, что эти штуки у нас опасные, — он потряс в своих руках калашом, — и после того, как сети на нас накинули, тут же стали оружие из рук выбивать. Особо не церемонились, — он задрал рукав на своей цифре и показал нам руки, они до локтя у него все в синяках были.
— Дубинами своими враз руки осушали, — добавил Митяй, — у меня снайперка длинная, я с ней сразу в сети этой запутался, а тут эти как горох сыпятся сверху. Как дали по рукам, враз винтовку отпустил.
— Да-да, — поддакнул ещё один из наших бойцов, который был в команде Грача, — хорошо, что хоть не топорами своими били, а то бы нам точно хана была бы. У меня тоже вон руки в синяках, — он так же показал нам руки, и у него так же они в синяках все.
Как они только не убили никого из наших? Никого не покалечили? Не понимаю я. И когда мы дрались с ними. Все вон на своих ногах стоят и передвигаются.
— Сильные они всё-таки, — продолжил Грач, — меня, когда сеткой накрыли, один в мой автомат вцепился, я назад его тащу, так он, несмотря на то, что мне в пупок дышит, так дёрнул меня, что я вместе с сеткой и улетел.
Тут да, тут я не мог не согласиться на счёт их силушки. Крепенькие ребятишки.
— Итак, смотрите сюда, — обратился я вновь к Дуку и Гуку.
— Тебе тоже хочется пострелять? — услышал я голос Тумана.
Около него так же стояли пару гномов и показывали пальцем на калашник. А вон того гнома в жилетке и со шнурками на боку я помню. Он тоже от птиц вместе с нами отбивался. Всё-таки молодцы эти гномы, не струсили, не разбежались, хотя, мне кажется, любая из птиц может любого из них проглотить и даже не подавиться. Даже когда к нам летела птица, практически прижавшись к земле, и гномы мне на неё показали, они не отступили, не разбежались в разные стороны, они только топоры покрепче свои взяли и, кажется, готовы были на неё броситься. Это я их уже с ног собою снёс. Хорошие они ребята и бойцы.
— Короче, смотрите сюда, — начал я им показывать на прицел, на спусковой крючок и рассказывать им. Правда, они нифига не понимают.
— На, Саш, — протянул мне Колючий две дощечки.
Он уже успел вырезать из какой-то фанерки прицел и мушку.
— Спасибо, — поблагодарил я Колючего.
Затем несколько минут я терпеливо показывал гномам то на фанерки, то на прицел и мушку на автомате, типа их надо совместить и нажимать. Обоим дал прицелиться из автоматов и пощёлкать в холостую курком. Оба, проделав это пару раз, кивнули. Хотя почему оба? Вон остальные гномы тоже проходят ускоренный курс молодого бойца с нашими пацанами. Ох, надеюсь я, что когда они сейчас стрелять начнут, никто из них не пристрелит кого-нибудь или себя, или товарищу своему чего-нибудь не отстрелит. Какой грохот издаёт наше оружие, они уже слышали не так давно, так что выстрелы их не испугают.
— По одному патрону им пока зарядите, — крикнул Туман.
Несколько гномов по нашему распоряжению и указке притащили и свалили метрах в пятидесяти пару брёвен и несколько камней, пусть в них сначала стреляют. Остальная масса гномов стояла сзади. И вот он момент, я зарядил по одному патрону в магазин МП5, показал, как держать, как целиться. Дук и Гук повторили всё в точности. Дук всё на помповик мне показывал, типа дай патроны, но пусть сначала с автомата стрельнёт.
— Все готовы? — рявкнул Грач.
— Да вроде как, — ответили мы практически хором.
— Давайте, мужики, или кто вы там, — хихикнул Слива.
Бах, бах, бах, над долиной раздалась куча одиночный выстрелов.
— Только не свистите, мать вашу, опять, — запоздало крикнул Слива.
Но было поздно, видимо, от избытка эмоций, от того, что штук двадцать гномов одновременно стрельнули, они дунули, да-да, они не засвистели, они снова дунули. Я только успел заметить, как после выстрела у Дука и Гука тут же заблестели глаза, и они набирают воздух в грудь. Твою же мать, я только уши успел зажать. Как же они дунули, офигеть, мне кажется, я свои пальцы прямо до мозга себе впихнул в уши и ещё на пару шагов от них отошёл. Громко, очень громко они свистят.
— Хватит свистеть, мать вашу, — заорал Слива, отбирая автомат у гнома и махая перед ним, показывая то на уши, то грозя кулаком.
Глава 14
Гномы весело засмеялись, но закивали головами, типа простите, мы больше не будем, не забывая, однако, опять показывали пальцами на оружие и патроны. Короче, за следующие несколько минут мы, вернее они, расстреляли по паре наших магазинов. Конечно, основная масса пуль ушла в молоко, но кто-то из них попал в брёвна и камни. Пару раз я видел, как гномы по привычке набирали воздуха в грудь, чтобы свистом опять выразить свои эмоции. Но тут даже мушкетёры не выдержали, они вместе со Сливой орали, чтобы те не свистели. Гномы улыбались и с шумом выдыхали воздух. А потом Дук-таки выпросил у меня коротыша, не знаю почему, но я дал ему 12-зарядный, длинный. То, что он его удержит, я не сомневался, вон ручищи какие. Для начала я зарядил 4 патрона в Ремингтон и показал ему, как стрелять и передёргивать затвор. Дук всё руками так делал, типа «дай-дай», как малыши просят что-то, так и этот. Зарядил я ему 12 патронов, дал в руки, тот незамедлительно встал в стойку, как я стоял, на глазах прям учатся. Посмотрел на меня, я кивнул, и Дук дал. Бах, бах, бах. Он стрелял и передёргивал затвор, если после двух выстрелов его чуток снесло назад, то уже все последующие выстрелы он крепко держал помпу, и его практически отдачей не откидывало назад. Он ещё пару шагов сделал, всаживая пулю за пулю в брёвна, 12 патронов кончилось мгновенно. А когда он ко мне развернулся, то я прочитал у него в глазах столько счастья, ну столько, не знаю сколько, короче. Наверное, я такой же счастливый был, когда мне ребята мерин подогнали, который на трассе сгорел, или когда мне мою панамеру выкатили, и я танцевал вокруг неё как дурачок. Короче, думаю, Дук нашёл себе любимую игрушку. Видели бы вы, с каким он мне сожалением отдал помпу. А тем временем другим гномам кто-то дал эту винтовку А12, там вообще сплошной пластик и магазин барабанный. Так двое гномов чуть не подрались, кто первый будет стрелять, мушкетёры их растащили и дали пострелять обоим по очереди. Потом пистолеты пошли, Няма какого-то крепыша гнома, хотя они тут все крепыши, за свой печенег положил, и тот длинными очередями фигачил в камни и брёвна.
