Дорога много времени не заняла. Отряд шёл налегке, по утоптанной, явно не первый день хоженой, дороге. Зимой в гуще леса скрываться было не от кого. Пока что не от кого. Партизан в этих краях ещё не принимали всерьёз, хотя на самом деле их укусы становились более чем серьёзными.
– Ну что, командир, – Женька вышел вперёд и поправил за спиной рюкзак с книгой. – Сейчас увидишь такое, чего раньше не видел. Людей только убери подальше, осколки будут.
– Вы что, рвать будете? – влез Рома.
– Важно не то, что мы будем делать, – ответил вместо Женьки Денис, – а то, что полетят комья промороженного грунта. Много. Так что вы бы лучше в сторонку отошли.
– Попробуете сбежать, – негромко, но так, что все слышали, сказал Батька, – лично застрелю.
– Перестраховщик, – фыркнул Женька. – Денис, идём. Не тормози.
– Замечательно, – негромко сказал Денис, когда маги чуть отошли от партизан. – Не прошло и пары дней, как мы по уши в войне, вовсю нарушаем режим секретности, и вообще творим чёрт знает что.
– Спокойно, Денис, всё будет в лучшем виде. Без них ребят не вытащить. А уж режим секретности им потом Вилли аккуратненько сделает, когда всё закончится. Он человек ответственный, не то, что мы, два раздолбая.
– А танк? – прошипел Денис. – Мы же им танк собираемся магией откопать!
– Какой магией? – Женька широко улыбнулся. – Денис, ты что, магии ведь не бывает! Она ж диалектическому материализму противоречит! Зато взрывчатки у меня – целый рюкзак. И если ты прекратишь спать и сотворишь нормальную иллюзию, это поймут даже они.
– Ддействительно, – согласился Денис. – Всё гениальное просто.
Постановку взрывчатки маги сыграли настолько слаженно, будто до этого несколько дней тренировались. На самом деле они всего лишь закатали в грунт вокруг танка несколько магических зарядов. Энергия силового узла, на котором и утонул несчастный танк, оказалась крайне уместна. На тот случай, если выковырять железяку сразу не удастся, зарядов оба мага заготовили с запасом, и рвануть их могли в любой момент времени.
Когда Денис и Женька отошли в сторону и неспешным шагом направились к ожидавшим в отдалении партизанам, по рядам мужиков пронёсся сдержанный гул и смешки.
– Ну что, фокусник, – ехидно спросил Батька. – Не выходит твой фокус?
– Почему не выходит? – спросил Женька. – Не время ещё.
– А когда оно будет, время твоё? Часом не весной? – засмеялся кто-то из партизан.
– Да нет, я думаю, чуточку побыстрее, – Женька демонстративно покосился на часы и коротким импульсом активировал первый магический заряд. Грохнуло. У кормы танка встал фонтан промороженной земли. Бухнула ещё пара зарядов, с ближней стороны. Эти маг рвал больше из вредности. Мелкая ледяная крошка и комья промороженного грунта зашуршали по головам и одежде партизан.
– Говорил же, отойти, – недовольно сказал Женька. – А если куски больше полетят, что тогда?
Словно в подтверждение слов мага, перед ним тяжело шлёпнулся припозднившийся на ветвях дерева ком грунта с человеческую голову размером.
– Сплошной урон боеспособности вверенного подразделения, вот что, – подавленно закончил маг и перестал маяться дурью. – Отойдите уже, наконец!
Вокруг танка загрохотало всерьёз. Денис целых две минуты играл с зарядами, пока не счёл работу законченной.
– Ну вот, – сказал он, – держите свой танк. Теперь его только перебрать – и у тебя есть своя боевая машина. Которую, добавлю, тут никто не ждёт.
Оба танкиста, и Рома и Антон, не дожидаясь слов командира, уже бежали к раскопу. Вслед за ними лавиной устремились и остальные бойцы отряда.
Батька и двое магов неспешно отправились следом.
– А я говорил! – восторженно орал Рома, – говорил, что взрывать надо! Говорил!
Покрытый корявыми буграми мёрзлой земли танк стоял в почти идеально ровной воронке с небольшим креном на левый бок.
– Я даже не знаю, как вас благодарить, – сказал Антон. – Спасибо, товарищи. Просто спасибо.
– Зря радуешься, – сказал Денис. – Всё это хозяйство ещё и перебирать надо, только для того, чтобы оно хоть как-то поехало. Там внутри такой же пирог из говна со льдом, как снаружи.
– Да его Рома языком вылижет, если потребуется, говно это, – заверил Антон. – Главное, у нас теперь снова есть танк!
При словах товарища Рома обиженно вскинулся. На его лице застыло такое искреннее недоумение, словно ему действительно только что приказали облизать замёрзший танк до последнего винтика.
– Языком не советую, – Денис улыбнулся. – Примёрзнет.
– Да и не понадобится на такие крайности идти, – добавил Женька. – Уладим некоторые организационные вопросы – и добудем всё, что вам потребуется, от горючего до инструментов. Особенно если Батька свою часть уговора вспомнит.
– Уговорил, – сказал Батька. – Пошли в лагерь, фокусник. Будем о деле говорить. Антон, останься тут за старшего.
Танкист кивнул. К тому моменту, когда Батька, Денис и Женька покинули место раскопок, он уже успел забраться внутрь промороженной бронированной коробки.
– Ну что, Батька, выполнил я своё обещание? – спросил Женька по дороге.
– Выполнил, – согласился партизан. – Чего ты сразу не сказал, что у тебя взрывчатка есть? Цену себе набивал?
– У меня вообще много чего есть, – ответил Женька. – В том числе, ответственное задание. Понятия не имею, что мне для него понадобится и чего не хватит. Простая арифметика, да? То, что ты людей сберёг и оружие у вас есть – это очень хорошо. Потому что наша задача и от нас и от вас потребует всех сил. Сколько человек в отряде?
– Людей или бойцов? – уточнил Батька.
– Бойцов, конечно же. Хотя про людей тоже скажи.
– Бойцов у меня тридцать семь, – ответил Батька. – И ещё восемь человек. Врач, лет шестьдесят ему, он еврей. Из всей семьи единственный, кто живой остался, когда их в городе на кладбище у рва расстреливали. Мальчишка один есть, из цыган, он к нам вместе с лошадью прибился, летом на дороге им весь табор на гусеницы намотали. Диковатый, но смышленый. Ну и ещё шестеро, тоже из тех, кому идти некуда, а воевать не могут.
– А с оружием у вас как?
– Теперь хорошо. Эти, на Выселках много чего собрали. Я им, остолопам, говорил, что досидятся, а они всё за животы свои тряслись до последнего. Вот и досиделись! Осенью ещё Петру сказал, не будет им ничего хорошего, сколько бы не гнулись!
– У них семьи, – осторожно сказал Женька. – Дети.
– А у меня что, до того как немец пришёл, семьи что ли не было? – зло спросил Батька. – Мне ещё когда счетовода нашего колхозного вывели да у стенки вальнули, всё ясно стало. Если б тогда в погребе меня картошкой в углу добрые люди не закидали, и меня бы рядом с ним поставили. Бить этих гадов надо. Всех, до последнего, нещадно. Бить, а не договариваться! Они сюда не говорить пришли, им земля наша нужна, а мы на ней им никак не нужны, разве что рабами. И то сомневаюсь. Говорят, какие-то деревни и вовсе жгут под корень. Со всеми жителями. Живьём!
– Предлагаю всё-таки на время убавить эмоции, – недипломатично вмешался Денис. – Нам требуется вернуть наших товарищей. Это может сделать Вили, если в его распоряжении будет машина и группа прикрытия. А чтобы у него появилась машина, требуется маленькая победоносная военная операция. И немедленно. Если мы выступим сегодня вечером, к завтрашней полуночи до местного гарнизона даже по снегу доберёмся. А уж там я помогу учинить такую бойню, какой здесь ещё не видывали.
– Но там больше сотни…
– Больше, да. Только они спят, не ожидают нападения, искренне полагают, что получат своевременное предупреждение от часовых, а мы не знаем, в каких домах враги, а в каких – мирные жители. Вот только это всё не так. Не в этот раз.
– По четыре-пять их бойцов на одного нашего.