– Пока счастье у нас общее.
Я не нашлась, что ответить. По крайней мере, сразу… А потом Элен взглянула на часы, охнула и отправила меня спать.
Сопротивляться, как говорится, было бесполезно.
Проснулась я уже ближе к полудню – с ощущением смутного счастья и тоски по чему-то неведомому. И с грустью подумала, что мне все реже снятся сны.
А в квартире невероятно вкусно пахло кофе и поджаренными бутербродами. На кухне кто-то смеялся и звякала ложечка по краю чашки.
Я прислушалась.
– … а потом он умудрился за какие-то полчаса, пока я болтал с Ирвином, выстроить всех по росту – фигурально выражаясь. И никто и пикнуть не посмел! А вы, эстиль Элен, говорите – непривычный к городам…
– Ты преувеличиваешь, Максимилиан. Я вовсе не делал ничего подобного…
Меня аж подкинуло на кровати. Дэйр и Ксиль! Неужели решили зайти на чашку чая прямо с утра?
Только нежелание демонстрировать сразу двоим гостям помятое со сна лицо заставило завернуть по пути в ванную комнату и быстро умыться холодной водой, а не бежать сразу на кухню, едва натянув домашние штаны и рубашку.
– Доброе утро! – замерла я в дверях, настороженно оглядывая всю троицу – расслабленного Ксиля, задумчивого Дариэля и довольную маму.
– Скорее, день, – хмыкнул князь. – Не думал, что ты такая любительница поваляться в постели. Или дома и стены спать помогают?
– Нет… Наверное, просто расслабилась здесь, – пожала я плечами, усаживаясь за стол. Элен тут же заботливо придвинула ко мне тарелку с бутербродами и заварила кофе. Я отхлебнула из чашки… Конечно, у Дэйра мне тоже редко приходилось готовить завтрак, это делали или Ксиль, или сам эльф, но когда за тобой ухаживает мама, это ощущается совсем по-другому… Будто в детство возвращаешься. – Как устроился на новом месте? – обратилась я к бывшему целителю.
Дэйр механически перекинул косу через плечо и огладил ее пальцами.
– Нормально, – он подозрительно много внимания уделял содержимому своей чашки. – Кланники Ирвина – хорошие люди. Очень интересные. Вежливые. Довольно много рассказали мне о городе…
Ксиль расхохотался и небрежно дернул эльфа за ухо. Дариэль невольно улыбнулся и, кажется, чуть- чуть расслабился.
– Я пришел как раз вовремя. Количество лапши на этих ушах, – на этот раз Дэйр сумел уклониться от выпада князя, и когтистые пальцы схватились только за светлую прядь, – превысило все возможные нормы… Еще немного, и наш эльфенок бы всерьез поверил всему, что ему впаривали. В том числе и рассказам о том, как поступают грозные ар-шакаи с наивными провинциалами, забредающими на территорию клана…
– Я-то не провинциал! – вполне резонно возмутился Дариэль. – Скорее, гражданин дружественного государства… теперь дружественного.
– Конечно-конечно… – хитро поднял руки вверх Максимилиан.
Мы с мамой понимающе переглянулись.
– И давно они так себя ведут? – обреченно спросила я, разглядывая обои в цветочек, вялую герань на подоконнике и медленно закипающий чайник.
– С тех пор, как пришли, – в мамином голосе прозвучали обожающе-сердитые нотки. – Как малолетние, честное слово…
Элен теперь уже не могла так ясно определиться, довольна она такой ситуацией или нет. И я ее прекрасно понимала. С одной стороны, у Дэйра было все хорошо – князь о нем действительно заботился, защищал. С другой – это равновесие казалось слишком хрупким.
И слишком явственно веяло от Дариэля неуверенностью, уязвимостью – как сквозняком по пояснице. Насколько же эльфу было неуютно в городе, если он тянулся к Максимилиану, словно к своему старинному другу?
