Илиада. Одиссея

Медный сорвать с головы у Ктеатова храброго сына.

190 Но Аякс на летящего острую пику уставил;

К телу она не проникнула Гектора: медью кругом он

Страшною был огражден; но в средину щита поразивши,

Силой его отразил Теламонид, и вспять отступил он

Прочь от обоих убитых; тела увлекли аргивяне:

195 Сына Ктеатова Стихий герой с Менесфеем почтенным,

Оба афинян вожди, понесли к ополченьям ахейским.

Имбрия ж оба Аякса, кипящие храбростью бурной,

Словно как серну могучие львы, у псов острозубых

Вырвавши, гордо несут через густопоросший кустарник

200 И добычу высоко в челюстях держат кровавых, –

Так, Менторида высоко держа, браноносцы Аяксы

С персей срывали доспех, и повисшую голову с выи

Ссек Оилид и, за гибель Амфимаха местью пылая,

Бросил ее с размаху, как шар, на толпу илионян:

205 В прах голова, перед Гектора ноги, крутящаясь пала.

Гневом сугубым в душе Посидон воспылал за убийство

Внука его Ктеатида, сраженного в битве свирепой.

Гневный подвигнулся он, к кораблям устремляясь и к кущам,

Всех аргивян возбуждая и горе готовя троянам.

210 Идоменей, Девкалион воинственный, встретился богу,

Шедший от друга, который к нему незадолго из боя

Был приведен, под колено суровою раненный медью.

Юношу вынесли други; его он врачам приказавши,

Сам из шатра возвращался: еще он участвовать в битве,

215 Храбрый, пылал; и к нему провещал Посидаон владыка

(Глас громозвучный приняв Андремонова сына, Фоаса,

Мужа, который в Плевроне, во всем Калидоне гористом

Всеми этольцами властвовал, чтимый, как бог, от народа):

'Где же, о критян советник, куда же девались угрозы,

220 Коими Трои сынам угрожали ахейские чада?'

И ему вопреки отвечал Девкалид знаменитый:

'Сын Андремонов! никто из ахеян теперь не виновен,

Сколько я знаю: умеем мы все и готовы сражаться;

Страх никого не оковывал низкий; никто, уступая

225 Праздности, битвы не бросил, ахеям жестокой; но, верно,

Кронову сыну всесильному видеть, Зевесу, угодно

Здесь далеко от Эллады ахеян бесславно погибших!

Сын Андремонов, всегда отличавшийся мужеством духа,

Ты, ободрявший всегда и других, забывающих доблесть,

230 Ныне, Фоас, не оставь и омужестви каждого душу!'

Быстро ему отвечал Посидаон, колеблющий землю:

'Критян воинственный царь! да вовек от троянского брега

В дом не придет, но игралищем псов да прострется под Троей

Воин, который в сей день добровольно оставит сраженье!

235 Шествуй и, взявши оружие, стань ты со мной: совокупно

Действовать должно; быть может, успеем помочь мы и двое.

Сила и слабых мужей не ничтожна, когда совокупна;

Мы же с тобой и противу сильнейших умели сражаться'.