возвратиться к моральным, православным и национальным ценностям, по сути представлявшим собой архаические стереотипы средневекового феодального сознания. Е. п. в России нач. XX в. стало одним из средств борьбы с атеизмом, позитивизмом и марксизмом. Сторонники естественно-правовой теории предприняли попытку остановить революционное брожение, встать на путь согласия с историческими формами российской государственности, согласовать либеральные и национальные ценности. Стремясь раскрыть идеальную, трансцендентную основу права, они фактически пытались обосновать метафизическую и религиозную природу общественно-политического устройства. Если на Западе как в Новое время, так и позднее естественно-правовая теория имела своей целью сформулировать конкретные юридические принципы, нормы и механизмы рыночной экономики, демократической власти и реальной защиты прав человека, то в России естественно-правовым воззрениям мн. авторов была присуща апологетика морали и религии В лоне школы возрожденного Е. п. юриспруденция (теоретическая и прикладная) нередко морализировалась, мистифицировалась, теряла свои специфические формальные черты. Правовое государство здесь истолковывалось не столько формально-юридически, сколько религиозно-метафизически. Конкретные юридические механизмы защиты прав личности заменялись расплывчатыми моральными и религиозными формулировками. Естественно-правовая философия в России, выражая высокую степень интеллектуального и нравственного напряжения в поиска? способов защиты личности, оптимальных форм ее сосуществования с об-вом и государством, в конечном счете была обеспокоена спасением души человека, а не юридической защитой его прав. В практическом плане такая позиция могла вести и фактически вела к девальвации права. Вместе с тем распространение и пропаганда иде? Е. п. в полуфеодальной стране было явлением несомненно прогрессивным. В России в кон. XIX — нач. XX в. естественно-правовая философия выполняла примерно ту ж(задачу, что и в Новое время в Европе в эпоху буржуазны) революций: она обосновывала необходимость либеральных преобразований в экономике и политике. Программа партии кадетов или октябристов — прямое следствие влияния естественно- правовой теории. Естественно-правовые идеи, развиваемые и пропагандируемые либеральной интеллигенцией, способствовали формирован™ уважения к праву, вели к утверждению идеи ограничении государственной власти и защиты прав человека. В советский период теория Е. п. рассматривалась как одно и враждебных марксизму направлений в буржуазном правоведении. С нач. 1990-х гг. естественно- правовые идеи вновь активно развиваются постсоветской философски и юридической наукой, а также взяты на вооружение совр. российским государством (использование естественно правовой идеологии в конституционных актах и др. законодательстве).
Лит.: Новгородцев П. И. Государство и право // Вопрос: философии и психологии. 1904. Кн. 74–75; Соловьев В. С. Оправдание добра//Соч.: В 2 т. М.: Мысль, 1990. Т. 1; Ильин И[1 О сущности правосознания // Собр. соч.: В 10 т. М., 1994.1' Гессен С. И. Правовое государство и социализм // Избр. со М., 1998; Кистяковский Б. А. Философия и социология прав Спб., 1998; Чичерин Б. Н. Философия права. Спб., 1998; Коятляревский С. А. Власть и право. Проблема правового государства. Спб., 2001; Трубецкой Е. Н. Труды по философии прав Спб., 2001.; Кузнецов Э. В. Философия права в России. М 1989; Исаев И. А. Политико- правовая утопия в России (коне XIX — начало XX в.). М., 1991; Осипов И. Д. Философия ру ского либерализма (XIX- начало XX в.). Спб., 1996; Жуков Д1 Русская философия права: естественно-правовая школа пе вой половины XX века. М., 2001; Walicki A. Legal Philosophi of Russian Liberalism. Notre Dame. Indiana, 1992.
В. H. Жук
Ж
ЖАКОВ Каллистрат Фалалеевич (18(30).09.1866, д. Дав-пон Усть-Сысольского у. Вологодской губ. — 20.01.1926, Рига) — коми-зырянский этнограф, философ, писатель. После окончания Вологодского реального училища в 1889 г. поступает в Петербургский лесной ин-т. Вскоре, однако, бросает его и пытается постричься в монахи Заоникие-вой пустыни. За вольнодумство был изгнан из пустыни и оказался в течение нескольких лет под надзором полиции. В 1896 г. Ж. поступает на физико-математический, а через год переводится на историко-филологический ф-т Киевского ун-та, затем он переводится в Петербургский ун-т, к-рый заканчивает в 1901 г.; после защиты магистерской диссертации остается преподавателем на историко-филологическом ф-те, преподает также философию в Психоневрологическом ин-те (1908–1917), во мн. петербургских гимназиях. Он помог поступить на эти курсы, а затем и в Психоневрологический ин-т своему земляку, будущему социологу Сорокину, к-рый в своих воспоминаниях характеризовал Ж. как чрезвычайно богатую личность, оригинальную и интеллектуально независимую от всех модных тогда направлений мысли и творчества (Сорокин П. Долгий путь. Сыктывкар, 1991. С. 47). Ж. был разносторонним мыслителем, проделавшим эволюцию от материализма и атеизма к религиозному мистицизму. Он является создателем философского учения лимитизма 'философии предела', основы к-рой заложены уже в его первой философской работе 'Теория переменного и предела в гносеологии и в истории познания' (Спб., 1904). По его мнению, человеческое познание имеет предел во всех областях знания — в естественных науках, философии, истории, причина чему — невозможность проникнуть в высшие (божественные) законы мироздания. Наибольших успехов в познании человек может достичь, осуществив синтез науки, искусства, религии и философии при условии, что последняя будет основана на точно выверенных математических положениях. Много места Ж. уделил 'художественно-философской критике'. В этом жанре им написаны работы 'Леонид Андреев и его произведения (Опыт философской критики)' (1909), 'Иван Карамазов. Попытка философского толкования романа Достоевского 'Братья Карамазовы' (1909) и др.
Соч.: Понятие предела в математике (с точки зрения логики). Спб., 1905; Принцип эволюции в гносеологии, метафизике и морали. Спб., 1906; О преподавании этики в средних учебных заведениях. Спб., 1908; Логика. С эволюционной точки зрения. Спб., 1912; Основы эволюционной теории познания (Лимитизм).
Спб., 1912; Сквозь строй жизни. Спб… 1912–1914. Ч. 1–4; Гипотеза, ее природа и роль в науке и в философии. Пп, 1915; Лимитизм. Лекция 1 [Валк], 1917; Учение о душе. Юрьев, 1917; Лимитизм: Единство наук, философии и религии. Рига, 1929.
Л и т.: Канев С. Каллистрат Жаков: Жизнь и судьба. Сыктывкар, 1990.
Б. В. Емельянов
ЖАЛОСТЬ — одно из осн. этико-философских понятий рус. мысли (см. Кенотизм). Идея Ж., сострадания пронизывает литературу Древней Руси, отражается в многочисленных посланиях средневековых мыслителей, соч. Иосифа Волоцкого и Нила Сорского, Вассиана Патрикеева, Максима Грека и др. Гуманисты XVIII в. Сковорода, Новиков, Радищев с нескрываемой скорбью писали о страданиях человека и выступали обличителями 'неправд' рус. жизни. С этого времени в центре рус. философии оказывается проблема социальная — проблема подлинной человечности в отношениях людей. Чаадаев в 'Философических письмах' говорил о 'замечательном свойстве' человеческой природы — способности сливаться с др. людьми, или 'симпатии, любви, сострадании', без к-рых человек был бы лишен разумности и не отличался бы от животных. Гоголь опору состраданию, любви к столь несовершенным и столь малопривлекательным людям искал в обращении к Христу, в построении православной культуры. А. С. Хомяков считал, что здоровье души человека требует ее пребывания в сострадании и 'общении любви' с душами др. людей. Киреевский, вдохновлявшийся творениями отцов церкви, писал о восстановлении первозданной личности человека, к-рое невозможно без собирания всех сил души, в т. ч. разума, воли, чувства, совести, 'справедливого и милосердного', в одно живое внутреннее целое. Пафос любви и сострадания к отдельному человеку ставит Белинского в непримиримую оппозицию к некогда любимому им Гегелю: 'Что мне в том, что живет общее, когда страдает личность'. Судьба 'субъекта', индивидуума, считает он, важнее судеб мира и гегелевской 'всеобщности'; а иначе — 'я не хочу счастья и даром'. У Герцена идея сострадания связана не только с отношением к России и ее народу, но и с любовным очищением души каждого человека, с 'прижиманием к груди всей вселенной'. Несомненно, что одной из движущих причин борьбы мн. рус. мыслителей и революционеров за реализацию на земле идеального (в основном
