распространенной в Тибете, а также среди буддистов на территории России. В. впервые в отечественной науке поставил вопрос о выработке адекватного языка описания буддийского духовного опыта, о критериях выбора аналогов для перевода категорий буддийского учения на европейские языки, в частности о возможности применения таких понятий, как 'спасение', 'подвижничество', 'святость', 'божественное', 'духовное', 'плотское', 'грех', к буддийским реалиям. В. стоит у истоков отечественной востоковедческой школы, ряд его идей развивали в своих работах Розенберг, Щербатской и др.
С о ч.: Буддизм, его догматы, история, литература. Ч. 1. Общее обозрение. Спб., 1857; Ч. 3. История буддизма в Индии: Соч. Дарант'ы. Спб., 1869; Религии Востока: Конфуцианство, буддизм и даосизм. Спб., 1873.
Лит.: Ольденбург С. Ф. Памяти В. П. Васильева и о его трудах по буддизму, 1818–1918 // Изв. Рос. АН. 1918; Завадская Е. В. В. П. Васильев — родоначальник буддологии в России // История и культура Китая. М., 1974.
Н. Н. Трубникова
ВАСИЛЬЕВ Николай Александрович (29.06(11.07). 1880, Казань-31.12.1940, Казань) — логик, представитель университетской философии, психолог, литературовед и поэт-символист. Сын А. В. Васильева, известного математика и общественного деятеля, внук В. П. Васильева, видного востоковеда, академика Петербургской АН. Окончил медицинский (1904) и историко-филологический (1906) ф-ты Казанского ун-та. Приват-доцент (1910), проф. (1918) того же ун-та. Создал 'воображаемую' логику (1910), предвосхитив в ней нек-рые идеи и принципы неклассических логик. Впервые идея и способ построения новой логики были изложены В. 18 мая 1910 г. в лекции 'О частных суждениях, о треугольнике противоположностей, о законе исключенного четвертого', изданной в том же году. В своих исследованиях он пришел к заключению о неуниверсальности осн. законов аристотелевской логики. Применяя, по словам В., метод Лобачевского, он построил семейство логик без законов исключенного третьего и (не) противоречия, имеющих место в пределах нек-рых 'воображаемых' миров. В. высказал мысль, что в аристотелевской логике слиты воедино различные уровни знания (эмпирический — 'материальный' и теоретический — 'формальный'), а законы исключенного третьего и (не)противоречия являются эмпирическими обобщениями, связанными с устройством 'нашего' мира и природой чувственного восприятия человека. Реализуя своеобразный психологический подход к логике, В. ввел понятие 'металогика', к к-рой он относил минимум законов, необходимых для рассуждения в любом 'воображаемом' мире (законы тождества и несамопротиворечия — закон абсолютного различия истины и лжи). В воображаемой логике В. ввел новые классы суждений (и соответственно значения истинности, в т. ч. отражающие противоречивые ситуации), новые виды отрицания, специфические законы, необходимые для логики 'измерений'. Он был первым, кто высказал и реализовал путем построения полуформальных систем идею множественности логических систем. Его принято считать родоначальником паранепротиво-речивой (Н. да Коста, А. Арруда), многозначной (А. И. Мальцев, Дж. Клайн, Н. Решер), многомерной (В. А.
Смирнов) логик, а также идейным союзником интуиционистской логики (Н. Н. Лузин). В. - автор оригинальных трудов по психологии, этике, философии истории, литературоведению. Он входил в группу поэтов-символистов, занимался переводами поэзии Э. Верхарна, О. Суинберна. В области литературоведения анализировал творчество этих поэтов, а также Гоголя.
С о ч.: Воображаемая логика: Избр. труды. М., 1989 (имеется подробный перечень работ ученого).
Лит.: Смирнов В. А. Логические взгляды Н. А. Васильева // Очерки по истории логики в России. М., 1962; Бажанов В. А. Николай Александрович Васильев (1880–1940). М., 1988; Bazhanov V. A. The fate of forgotten idea: N. A. Vasiliev and his imaginary logic // Studies in Soviet Thought. 1990. V. 39. N 4,Idem. Charles Peiree's influence logical ideas of N. A. Vasiliev // Modern Logic. 1992. V. 3. N 1; Arruda A. I. The survey of paraconsistent logic // Mathematical logic in Latin America. Amst.; N. Y.; Oxf., 1980; Smirnov V. A. The logical ideas of N. A. Vasiliev and modern logic // Logic, Methodology and Philosophy of Science (Studies in Logic and Foundations of Mathematics. Vol. 126). Amst., 1989. P. 625–640; Da Costa N. С A., BeziauJ.-Y., Bueno O. Paraconsistent logic in a historical perspective // Logique et Analyse. 1995. V. 150, 151, 152.
В. А. Бажанов
'ВВЕДЕНИЕ В ФИЛОСОФИЮ ПРАВА.Об общественном идеале' — одно из главных обобщающих произв. Новгородцева. Работа публиковалась частями в журн. 'Вопросы философии и психологии' с 1911 по 1917 г., 1-е отдельное изд. вышло в 1917 г. (Москва),2-е-в 1919 г. (Киев) и наиболее полное, содержащее дополнительный материал об отношении социализма к государству, — в 1921 г. (Берлин). Книга состоит из введения, двух глав (1 — 'Общественный идеал в свете бесконечности'; 2 — 'Крушение утопий земного рая') и заключения. Новгородцев разрабатывал проблематику общественного идеала в русле того направления, к-рое было представлено уже в сб. 'Проблемы идеализма' и 'Вехи' и к-рому был органически присущ историософский характер, а категория социального идеала являлась в определенном смысле системообразующей Концепции Бердяева, Булгакова, Е. Н. Трубецкого, Франка, Кистяковского, Петражицкого и др. включали в себя систему принципов идеального общественного устройства и составили идеологическую и философско-теоретическую среду, в к-рой создавался труд Новгородцева, представляющий собой оригинальный синтез идей кантовского морального трансцендентализма, ценностей правового государства с православными началами рус. философского миросозерцания. Во введении автор дает критический анализ 'утопического рационализма' (социалистические, анархистские, народнические теории, а также формально понятая концепция правового государства). По его мнению, рационалистические утопии существуют в рамках идеи 'земного рая', основанной на устранении общественных противоречий и установлении совершенной гармонии личности и об-ва. Утопическому сознанию, считает Новгородцев, присущ религиозный эсхатологизм, смешение абсолютного и относительного, что приводит, с одной стороны, к абсолютизации общественного начала и социальных форм, с другой — к умалению значения действительной жизни. Социальная утопия ставит разум на место Бога, в связи с чем возникает вера во всемогущую силу социальных ин-тов, прежде всего государства, якобы способных чисто внешними средствами искоренить зло. Но рационально-безрелигиозная деятельность не может преодолеть зло как явление трансцендентное и поэтому неизбежно терпит крах. 1-я глава книги содержит собственно теоретическое обоснование и детальную разработку понятия абсолютного социального идеала. Развивая отдельные положения моральной философии Канта, Новгородцев предлагает отказаться от эсхатологических теорий 'земного рая', заменив их концепцией нескончаемости развития нравственной идеи. Он выводит понятие абсолютного идеала из таких категорий, как нравственный закон личности и естественное право. Все три понятия как идеальные и априорные являются одно-порядковыми. Различия касаются их внешней выраженности и метафизического статуса. Если нравственный закон в большей степени направлен на самоорганизацию личности и выражает ее трансценденцию как индивидуального существа, то абсолютный идеал указывает на трансцендентное состояние об-ва как спроецированное вовне объективно-личностное сознание и призван наметить принцип социального устройства. По Новго-родцеву, триада 'нравственный закон — естественное право — абсолютный идеал' есть развивающаяся нравственная идея, эволюция представлений личности от осознания ею своей нравственной природы к формулированию требований нравственной организации об-ва, на основе чего вырабатывается степень возможного сочетания личности и об-ва. Сосуществование на принципах свободы, равенства и солидарности об-ва и личности, при ее направленности к абсолютной свободе и общественному признанию, устанавливает неизбежную дистанцию между нею и об-вом, обусловливает их несводимость друг к другу и вместе с тем взаимозависимость. Абсолютный идеал предполагает существование всеобщего свободного универсума, в пределах и по законам к-рого осуществляется моральное сотворчество индивидов и поиск ими необходимого социального компромисса. Новгородцев включает в свою теорию общественного идеала значительный историософский компонент, навеянный идеями славянофильства, В. С. Соловьева, Достоевского, С. Н. Трубецкого ('соборное сознание', 'единая морально-религиозная ответственность') и знаменующий переход мыслителя от светского философско- правового идеализма к православию и либеральному консерватизму. По Новгородцеву, история проявляется в рациональном (общественные формы бытия личности) и иррациональном (связь личности с Абсолютом) аспектах. Нравственно-религиозное сознание личности является подлинной основой истории. Абсолютный
