«Крепостнический режим» – это всего лишь ярлычок, некрасивые слова, абстракция. Крестьяне живут не абстрактными понятиями, а работой на земле. Реальность заключалось в том, что после «освобождения крестьян», проведенного в России по либеральным канонам, основная масса крестьян стала жить хуже, чем при Николае I. Они сразу потеряли часть своих земель (отрезки) и получили на шею долговременный груз выкупных платежей (вся земля была признана собственностью помещиков, за которую надо платить).

Крестьянское малоземелье и долговой пресс, созданные с благой либеральной целью – превратить крестьян в пролетариат, а помещичьи имения в крупные капиталистические хозяйства – вели к разорению земледельцев, но не спасало от разорения и помещиков. Те предпочитали продавать свои нерентабельные имения или закладывать в частные банки и упархивать с деньгами в Париж и Ниццу. (Только за первые шесть лет после реформы ушло из России около 200 млн руб.)

Не получая дешевых кредитов (система госкредита в реформу рухнет первой), крестьянское хозяйство погашало задолженность вывозом всё дешевеющего хлеба – и крестьянство всё более недоедало. Ростовщический капитал начинает разорять деревню, нести в нее долговое рабство. Со времени «освобождения» идет быстрое расслоение крестьянства, причем самым массовым слоем становятся бедняки.

Выколачиванием недоимок и долгов из крестьянина будет заниматься не вотчинник и не мироед, а государственный чиновник, на него будет обращаться ненависть.

Как писал прозорливый Гоголь в письме пылкому «освободителю» Белинскому: «Что для крестьян выгоднее: правление одного помещика, уже довольно образованного, который воспитался и в университете и который всё же, стало быть, уже многое должен чувствовать, или быть под управлением многих чиновников, менее образованных, корыстолюбивых и заботящихся о том только, чтобы нажиться? Да и много есть таких предметов, о которых следует каждому из нас подумать заблаговременно, прежде нежели с пылкостью невоздержного рыцаря и юноши толковать об освобождении, чтобы это освобожденье не было хуже рабства.»

«Свобода», в ее буржуазном варианте, оказалась хуже барщины и оброка. Когда-то в Англии оббеземеливающееся и пролетаризирующееся крестьянство обеспечило промышленную революцию, у нас оно обеспечило гражданскую войну.

Посессионные крестьяне

В эпоху Николая I процесс эмансипации коснулся и такой специфической категории закрепощенного населения, как посессионные крестьяне.

Практика прикрепления крестьян к фабрикам и заводам была узаконена в 1721 г. Когда почти весь прирост рабочей силы поглощался сельским хозяйством, а вольнонаемный труд был дорог, это сыграло большую роль в подъеме горной и металлургической промышленности, особенно уральской. Однако посессионный крестьянин представлял относительно дорогую рабочую силу – если сравнить с европейским пролетарием, порожденным принудительным раскрестьяниванием сельского населения.

Некоторое сходство с российским посессионным правом представляло использовавшееся до 19 в. в Шотландии прикрепление горных рабочих к предприятиям пожизненными контрактами.[270]

Продолжительность рабочего дня у посессионного крестьянина законодательно ограничивалась (в начале 19 века 12 часами). Фабрикант обязан был предоставлять ему время на возделывание личного земельного надела. Посессионные крестьяне могли подавать челобитья в Берг– и Мануфактур- коллегии.

В царствование Николая I взаимоотношения фабрикантов и посессионных крестьян подверглись дополнительной регламентации – причем к пользе трудящихся.

Посессионный работник должен был получать «достаточную» плату. В случае денежной неудовлетворенности имел право требовать перевода на работу с «достаточной» платой. При невыполнения требований мог жаловаться на фабриканта в Министерство финансов.

Работа в ночное время, воскресные и праздничные дни запрещалась.

При необходимости проживания в городе, не в усадьбе (так назывался сельский дом работника) фабрикант оплачивал для него жилплощадь.

Фабрикант обязан был предоставлять посессионным крестьянам отпуск до 2 месяцев, чтобы те могли заняться своими земельными участками, огородами и садами.

Работник, чей труд употреблялся неправильно, например для домашних услуг у фабриканта, освобождался из посессионного состояния.

На посессионных фабриках мастер, в среднем, зарабатывал в год около 95 руб., подмастерье – 60, остальные рабочие около 55 руб. На шелковых фабриках ткачи получали до 120 руб. На стеклянных заводах мастер зарабатывал до 260 руб. Для справки: четверть ржи, то есть 8 пуд. или 128 кг, в то время стоила, примерно 4 руб. 50 коп.

Конечно, свобода передвижения посессионных крестьян была ограничена. Однако их труд неплохо оплачивался, они были защищены от чрезмерной эксплуатации. И «свободный» британский пролетарий, наверное бы позавидовал бы посессионному крестьянину.

Сам государь считал, что «в меру законодательных следует держаться того правила, чтобы постепенно придти, наконец, к решительному уничтожению в государстве заведений посессионных».

В 1835 г. владельцам посессионных фабрик было предоставлено право договариваться со своими работниками и отпускать их на вольные хлеба с предоставлением паспорта.

Это право было дополнено правилами увольнения посессионных крестьян в вольное состояние.

После полного уничтожения посессионной системы в 1861 на тех предприятиях, где ранее применялся труд посессионных крестьян, реальная заработная плата рабочих будет ниже, а условия труда хуже, чем раньше.

Миф о тирании

Николай Освободитель. Такое название могло быть у этой книги, если б ее автор был смелее.

На протяжении ста лет, от преемников Петра до Александра, монархия лишь маскировала власть олигархии – новой аристократии, могущественнной землевладельческой знати, созданной масштабным присвоением государственных земель. Бывшее служилое сословие, обернувшее благородным шляхетством, являлось опорой новых аристократов. И. Солоневич находит, что русские цари и царицы в это столетие «были пленниками вооруженного шляхетства, и они не могли не делать того, что им это шляхетство приказывало». Ярким признаком подчинения верховной власти российскому магнатству и шляхетству, была колоссальное неравенство в распределение прав и обязанностей между верхами и низами общества. Этому способствовал и законодательный хаос.

Фактически Николай I, после столетнего господства землевладельческой знати, пытается воссоздать в России дееспособное государство.

Его царствование было временем, когда началось постепенное выравнивание прав и обязанностей различных социальных групп перед государством, когда принуждение постепенно изгонялось из русского общества. «Постепенное» – очень важное слово для Николаевского царствования, император всегда был сторонником плавных эволюционных изменений.

Именно Николай, разрубив 14 декабря сети дворяновластия, запустил процесс раскрепощения низших сословий. Только верховная власть могла вывести их из социального «обморока» после 100 лет шляхетского господства.

Фактически при Николае русское общество лишилось простой иерархической структуры: господа – мужики.

Государственное крестьянство, самая большая часть российского народа, обрело гражданские права, самоуправление и экономические свободы, увеличило свое благополучие. Владельческие крестьяне были защищены от произвола помещиков и быстро двигались к обретению тех же гражданских и экономических прав, что и государственные крестьяне. Это стало причиной бума в легкой промышленности и оптовой торговле.

Процесс восстановления гражданских прав коснулся и городского населения.

В 1832 г. образованные горожане всех классов и разрядов, а также купцы всех разрядов были освобождены от подушной подати и телесного наказания.[271] Затем

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату