Собрание

6. Ночная толчея

I

И днем бывает иногда —
И рыбкой пойманной блеснет
Вдруг ангел —
Но уж смыкается вода,
Вода слепого дня.
Зато уж ночью —
Ангелов круженье,
Демонов кишенье,
А уж заблудшие души —
Что вестовые в сраженье.
Я руку подниму —
И стаи пестрых душ
Ее пронижут горячо, —
Они влетят, как птицы в тучу,
И вылетят через плечо.
Во тьме меж мною и стеной
Порхает серебристый рой.
Вся их толпа синя, бела,
Спешат, снуют куда-нибудь,
И тьма всегда для них была
Что смертным — зимний путь.
Вот души — радужней микробов —
Исцвечивают мглу дотла.
Куда спешат, и где их дом?
И тьма всегда для них была
Увеличительным стеклом.
Людей и ангелов такая
Толчея —
Тебя не сыщет никакая
Гончая.
Давка — как много их,
Всякому дай пролететь.
Будто конвертов живых
Белая круговерть.
Что вы, люди и духи,
Что вы несете во брюхе?
«Икринку. Иону. Весть».

II

Все сыплется песок ночной,
Ночь превратилась в снег.
Боюсь — за этой мелкотой
Вослед придет другой.
Умрет, бывает, человек
Один, порой глухой,
Подумают — инфаркт, инсульт…
А нет! Убийство тут.
Убийцу в суд не позовут
И оправдали б там,
Он убивает только тем,
Что существует сам.
Вот контур легкий зашуршал,
Сгустился темный свет,
И сердце ужас смертный сжал…
Свидетелей-то нет.

7

В ангельских вижу повадках я нечто дельфинье.
Вот, изогнувшись, ныряют всем скопом.
Крылий их тонкотканных сияющих клинья
В воздухе чертят круги и змеиные тропы.
Вот, кувыркаясь, летают вверх-вниз
И воробьями вьются.
Уж меня облепили они, что карниз,
И смеются.
Может быть, часто зрачок прижимаю к луне,
Кожа ее осталась на дне —
Вот и мерещится мне.
В ангельских вижу повадках я нечто павлинье,
То разгорятся, то гаснут.
Вижу тела их из огненных линий —
Это опасно.
Так на вид — просто облачко, светлый дымок,
Глаз в середине, как щупальца спрута — ресницы,
То пикируют прямо в глазницы,
То, как пробки, летят в потолок.
То на ресницах сидят и болтают
Горсткой огня и зерна,
Внутрь влетают и вылетают,
Будто я им равна.
Ах! Равны мы и вправду, огнистые тени,