Вот.
С облегченьицем меня!
Нет… Еще чуток погоди…
…
Бля. Ну, откуда во мне столько…
…
НЛП поганое!
…
Фух… Кажется…
…
Показалось…
…
Пришлось антидристальное колесо сожрать. Но пока оно…
…
Вроде, действует…
Ладно, продолжим про торчков.
Все спокойно?
Тебе самому в сортир пока не надо? Нет? Ну, и славненько.
А даже если и надо, то это твоя проблема. Свою, такую же, я уже решил.
Итак, торчки.
Торчки существа метафизические, ибо существуют сразу в нескольких реальностях, обладающие сильно параноидальным мышлением, ибо приходится им стрематься от всяких право– и левоохранительных органов и гениталий, и с пониженным порогом критичности восприятия, ибо верят во всякую чушь сразу и без разбора.
И вот одна из таких чушей имеет название – «нахлобучка».
Торчок, про нахлобучку не слышавший, не знающий что это такое – нахлобучек не имеет. Но стоит торчку только раз про нахлобучку услышать – всё! Пиздец! Кранты! Его начинает нахлобучивать не только за ту хуйню, но и за другую хуйню, за хуйню, к делу не относящуюся, и вообще, за весь срок торчания, что он без этих самых нахлобучек прожил.
Такая вот хрень.
Итак, милый мой почти что нахлобученный читатель-торчок, и не менее милый алкоголик или никотиноман… Что же такое нахлобучка?
Поясним на примерах.
Вот идет ремиссионер. Сколько он не торчал – почти не суть важно. Он мог не трескаться сутки, а мог и год или два. Идет. Чапает по стриту. И вдруг – драгстер. Каличная. И он вспоминает, что надо ему купить перекиси водорода, или презервативов… И заходит он внутрь. Стоит в очереди. А в витрине под его локтем лежат…
Что «лежат»?
Правильно, баяны! Да все со струнами! Да все разных объемов! От инсулинок-красношапок, до двадцаток невъебенных.
И начинает ремиссионер их рассматривать.
Вот, думает, эта пятишка – она говняная. Совейская. Струна у нее тупая, не то что у старых добрых рекордишников, колючками которых можно было раз тыщу бахаться до их затупления.
А вот эта двуха – она блезирная. Поршень резиновый. Производство иностранное. И влезает в нее не два, а все два с полтиной и еще место для контроля остается.
А вот инсулинка со съемной иголочкой. Такой иголочкой хорошо в веняки у запястья шмыгаться. Да и вообще в любые тонкие веняки. Только минус один – короткая, стерва. Такой надо сразу попадать. Такой не поковыряешься. Да и гнать через нее надо медленно, а то веняк можно пожечь…
Посмотрит так ремиссионер, подумает, повспоминает… И тут как накроет его нахлобучка!
И бежит он сперва за угол аптеки блевать. А потом обратно в аптеку за баянами. А потом на точку…
И приходит его ремиссии самая натуральная пизда.
Впрочем… Есть и варианты.
Скажем, проблюется ремиссионер, или продрищется.
Или побежит за баянами после этого… Или не побежит.
Или вмажется потом… Или не вмажется.
Всякое бывает.
