оставалась в море, чтобы воспрепятствовать высадке шведов на южных островах. Не имея никаких сведений о близости неприятеля, датчане 11 октября неожиданно увидели у юго-западной оконечности Лааланда шведский флот. Граф Врангель вопреки всякому ожиданию вышел в конце октября снова в море, соединился с Тиссеном и пошел в начале октября с 42 судами на запад, чтобы войти в соприкосновение с Торстенсоном и беспокоить датские острова.
Оба флота из-за очень сильного ветра могли вступить в бой лишь через два дня; шведы все время находились под ветром. 13 октября после крайне ожесточенного шестичасового боя датчане были совершенно разбиты. Несколько судов выбросились на берег, но были стащены шведами и голландцами, несмотря на сильный огонь сошедших на берег судовых команд; другие датские суда были взяты на абордаж или же уничтожены брандерами.
Адмирал Мунд пал в бою; лишь 3 небольшим судам удалось спастись через Большой Бельт, несмотря на преследование французского капитана Дюкена, бывшего на шведской службе – впоследствии знаменитого адмирала. Три адмирала и свыше 1000 человек было взято в плен; шведские потери ограничивались 60 человеками.
Одно из приказаний Врангеля следует отметить как особо характерное для ведения войн того времени: «С пленными по приказанию правительства следует обращаться как с таковыми, хотя лучше бы было бы из выбросить за борт, чем давать им помещение». Христиан IV давал подобные же приказания: «Лучше бы убивать всех и знатных и бедных; тогда бы у крестьян пропала охота к военному ремеслу».
Врангель пошел в Висмар, голландцы вернулись восвояси, – эта победа не имела больше никаких последствий. Союзникам не доставало общего, идущего твердо к намеченным целям руководства; шведы весной также ничего не предприняли со своим флотом из 60 кораблей.
Однако Дания все еще оставалась достаточно сильной чтобы не допустить высадки в своей стране. Ее флот сыграл большую роль в деле сохранения государства, хотя господство на море осталось за шведами, и они могли беспрепятственно поддерживать сообщения с оперирующими на континенте войсками.
Вмешательство Франции привело 13 августа 1645 г. к миру в Бремсебро, по которому Дания уступила Швеции острова Готланд и Эзель и два округа на норвежской границе; шведские суда при плавании Зундом были освобождены от таможенных пошлин; кроме того, пришли, наконец, к соглашению в некоторых вопросах морского церемониала: о числе выстрелов при салютах, о спуске флага и парусов при прохождении мимо судов, крепостей и т.п.
По Вестфальскому миру 1648 г. за Швецией остались устья рек Балтийского моря; она получила господство над главными реками германии (Эльба, Везер, Одер); в Балтийском море к ней перешла часть Померании со Штеттином, а также Рюген и Висмар.
Положение Дании в конце 30-летней войны было не завидно; она слишком многого захотела и располагала слишком малыми средствами, чтобы добиться желаемого. На западе Балтийского моря Дания все же оставалась единственной соперницей Швеции. Христиан IV мог добиться большего, если бы он своевременно озаботился усилием своего флота и сообразно с этим действовал. Его стратегические дарования имели для Дании большое значение; мы впервые сталкиваемся в Балтийском море с глубоким пониманием морской стратегии.
Влияние морской силы было в последнюю треть 30-летней войны преобладающим; сухопутная война, по сравнению с морской, получила сухопутное значение. Швеция могла только потому держаться в западной Европе, что ее сообщения с родиной были надежно обеспечены полным обладанием морем.
Если бы Дания победила на море при помощи Испании или же одна, то несмотря на давление Франции результаты были бы иные. В течение целых 4 месяцев в середине 1644 г. было возможно поражение Швеции на море, что без сомнения привело бы и к ее поражению на континенте. Лишь победа у Лааланда дала Швеции уверенность в дальнейших успехах.
Войны на Балтийском море против Карла x 1657- 1660 гг.
Лишь двенадцать лет продолжался мир на Балтийском море. В 1654 г. взошел на шведский престол молодой и энергичный король Карл X, имевший опыт полководца во время Тридцателетней войны, так как к концу ее он был генералиссимусом всех шведских войск. Он приобрел, кроме того, обширный государственный опыт, благодаря многочисленным дипломатическим переговорам, которыми руководил. При нем Швеции пришлось снова взяться за оружие. Внутри государство значительно окрепло, влияние королевской власти усилилось – Швеция была готова по зову своего монарха, племянника дочери Густава- Адольфа, снова показать свету свою мощь. Чтобы развить последнюю как можно шире, государство со своим лишь миллионным населением должно было позаботиться о приобретении больших богатство.
Молодой король первым делом возобновил войну с Польшей, чтобы разрушить планы ее короля захватить корону Швеции и, кроме того, чтобы поднять на родине престиж королевской власти.
Прибавилось еще одно обстоятельство; Польша, которую в те времена можно было назвать «дворянской республикой», заключила договор, согласно которому Генеральные Штаты должны были ей предоставить 20 военных судов для войны с Россией. Это было равносильно угрозе пошатнуть первенство Швеции на Балтике, тем более что Польша пыталась привлечь на свою сторону также и Данию. Голландия охотно исполнила желание Польши, так как боялась, что дальнейшее возрастание могущества Швеции в Балтийском море может помешать ее торговым интересам. А торговля Нидерландов с прибалтийским побережьем была чуть ли не наиболее для них доходной: тут действительно многое стояло на карте.
Карл X очень ловко умел скрывать свои настоящие намерения; с Россией он заключил союз, с Бранденбургом вел деятельные переговоры совместно выставить в Балтийском море сильный флот, чтобы предотвратить опасность, грозившую со стороны Польши и Голландии: для этой цели он держал постоянного резидента в Берлине. Также и с Данией он захотел заключить тесный союз для защиты Балтийского моря, но успеха не имел.
Бранденбургу было очень важно избавить герцогство Прусское от зависимости от Польши; курфюрст Фридрих-Вильгельм вел по этому поводу деятельные переговоры.
Карл X всячески старался удержать Голландию от выступлений в Балтийском море; она же настойчиво стояла на сохранении полной свободы этого моря. Государственный канцлер Оксенштерна заявил на рейхстаге 1655 г., что «наибольшее влияние в Балтийском море может принадлежать лишь шведскому королю». Все подобные взгляды Карла и его приближенных налагали особый отпечаток на его войны, отличая их от войн его великого предшественника Густава-Адольфа: стало необходимым добиваться морского могущества – этим и объясняется выдающееся в последующем значение флота.
Карл X начал дипломатические сношения и с Кромвелем, чтобы соединиться с Англией против Польши; Швеция должна была предоставить английской морской торговле некоторые льготы в Балтике, а Англия – содержать в ней флот из 20 военных кораблей. Уже в 1654 г. Кромвель вступил в переговоры с королевой Христиной, имевшие целью открыть Зунд для торговли и несколько ограничить Данию и Голландию. Как видно, Карл действовал очень искусно по всем направлениям, чтобы создать себе твердую базу; также ловко он вел военные приготовления внутри королевства.
Он непрерывно совершенствовал свои сухопутные и морские силы и ввел ряд важных организационных изменений. Намерения короля заключались в одновременном вторжении из шведской Померании в западную Померанию и из Лифляндии в Польшу; в то же время флот должен был взять город Данциг.
С флотом из 40 кораблей (1400 орудий) Карл X вышел в море и высадился в середине июля у Волгаста, где получил известие, что голландский флот под начальством Тромпа вышел в Балтийское море. Варшава и Краков были взяты; сдержанный в начале Бранденбург решился на открытую помощь, за что Пруссии была дарована независимость от Польши. Шведы и бранденбуржцы одержали совместно победу в трехдневном сражении под Варшавой. Польша к концу 1656 г. была почти совершенно побеждена; война в отдаленных областях продолжалась с малой интенсивностью.
Между тем голландцы оперировали в Балтийском море; впервые в последнем оказался флот не прибалтийской морской державы. В конце июля перед устьем Вислы у Данцига появилось под командой лейтенант-адмирала Вассенара ван Обдама 42 корабля с 1700 орудиями и экипажем в 6.400 человек, чтобы уберечь этот город от шведов и помочь голландской торговле в Балтийском море. Обдам за два года до описываемых событий был назначен заместителем Тромпа Старшего; раньше он не служил во флоте, но считался выдающимся голландским кавалерийским полковником. Старшим флагманом был назначен вице- адмирал де Рюйтер.
