Еще два месяца назад все его мысли были связаны с вторжением в Германию. Но дерущиеся политики сорвали эти планы. Как и во времена Французской революции, которая во многом была для большевиков моделью поведения, политики мешали военным одерживать победы. «Зеркало» мнений многих близких людей, в которое в разное время с доверием «вглядывался» М. Тухачевский, стремясь «узнать» и «прочитать» себя, отражало «Наполео-на»31. Тухачевский переговорил о ситуации с Антоновым-Овсеенко и видными троцкистами Радеком и Пятаковым.
Радек Карл Бернгардович (1885-1939).
С. Т. Минаков считает, что все зависело от приказа Троцкого (на который он не решился). «М. Тухачевский мог выполнить лишь функцию «шпаги»32. Но у Троцкого и без Тухачевского была шпага: войсками Московского округа командовал его горячий сторонник Н. Муралов, в то время как силы Тухачевского находились далеко от Москвы - в Смоленске. Но переворот был невозможен без согласия Тухачевского на нейтралитет - раскол партии мог
привести к гражданской войне. АТухачевский, как и Антонов-Овсеенко, вел свою игру, претендуя на роль арбитра. Окончательная победа Троцкого была так же нежелательна для него, как и окончательная победа Сталина.
Муралов Николай Иванович (1877-1937).
В будущем Сталин попомнит Тухачевскому его переговоры с троцкистами. Однако он не забыл и того, что Тухачевский фактически отказал в поддержке и Троцкому. Этим противоречием определяются непростые отношения Сталина и Тухачевского на протяжении многих лет.
Приезд Тухачевского окончательно лишил Троцкого шанса опереться на армию. Но, к разочарованию военных «арбитров», большинство членов Политбюро не оценили их позицию. Антонов-Овсеенко был снят с поста на партийной конференции. 23 января разочарованный Тухачевский уехал к себе в Смоленск, даже не оставшись на похороны скончавшегося в это время Ленина. В марте сторонник Троцкого Э.М. Склянский был заменен на посту заместителя председателя Реввоенсовета внефракционным большевиком М.В. Фрунзе. Вармии разворачивалась реформа, связанная с перетряской кадров и сокращением численности войск. Одним из эпизодов этой реформы являлась отставка Тухачевского с поста командующего фронтом (по одной из версий для этого его пришлось даже на время взять под стражу)33, затем этот пост был упразднен. Руководители СССР не собирались в ближайшее время воевать, а начали строить социализм в одной стране.
Фрунзе Михаил Васильевич (1885-1925).
Итоги дискуссии с Троцким были подведены на XIII партконференции 16-18 января 1924 года. Сдокладом выступил Сталин. «Большевизм не может принять противопоставления партии партийному аппарату»34,- так Сталин воздвигает пограничный столб, отделяющий сталинизм от троцкизма. Аппарат - это не бюрократия, а лучшие люди партии, ее выборные органы. Чиновничество теперь будет прятаться за выборными органами, подбирая их состав. Аволя выборных органов будет определяться большинством Политбюро. Оно выпускает документы от имени ЦК партии. Иесли Троцкий не согласен с партийными руководителями, значит, он действует против ЦК, против партии. Иная точка зрения, по мнению Сталина,- это «бесшабашный анархо-меньше-вистский взгляд». Нет, Троцкого еще нельзя «ставить на одну доску с меньшевиками». Пока. Но Сталин напоминает, что Троцкий вчера еще боролся «с большевизмом рука об руку с оппортунистами и меньшевиками»35. Так что не ему учить большевистскую гвардию.
Сталин вопрошал зал: «Существует ли ЦК, единогласные решения которого уважаются членами этого ЦК, или существует лишь сверхчеловек, стоящий над ЦК, сверхчеловек, которому законы не писаны…?»36. Троцкий - не борец за демократию, а кандидат в сверхчеловеки, раскольник и нарушитель партийной дисциплины - вот вывод, к которому ведет аудиторию Сталин.
Не бюрократизация, а фракционность, раскольничество - главная опасность. Троцкий выводит фракционные споры из произвола партийного аппарата, который не позволяет разногласиям свободно разрешаться. Сталин возражает: «Это немарксистский подход, товарищи. Группировки у нас возникают и будут возникать потому, что мы имеем в стране наличие самых разнообраз-
ных форм хозяйстваБ» В стране есть и капитализм, и государственное хозяйство, в партии состоят представители разных социальных слоев. «Вот причины, если подойти к вопросу марксистски, причины, вытягивающие из партии известные элементы для создания группировок, которые мы должны иногда хирургическим путем обрезать, а иногда в порядке дискуссии рассасывать идейным путем»37. Сталинский взгляд на эту проблему был глубже и страшнее троцкистского. Партия, обладающая монополией на власть, подвергается давлению со стороны разных социальных групп. Иона не должна поддаваться этому давлению. Она должна быть «монолитной организацией, высеченной из единого куска»38, чтобы ликвидировать противоречия в обществе. Проводниками чуждых влияний являются группировки. Разногласия, возникающие на почве любых идейных споров, - это основа для растаскивания партии в разные стороны. Конечно, лучше товарищей убедить. Но если они упорствуют - хирургический путь, отсечение сначала от руководства, а потом и от партии.
Большевикам этот сталинский подход был в диковинку. При Ленине они привыкли спорить. Ленин был остроумным полемистом и теоретически возвышался над своей «старой гвардией», он создал в партии традицию дискуссий, которые тем не менее заканчивались его, Ленина, решением. Это позволяло ему лучше контролировать ситуацию, выяснять мотивы недовольства, давало возможность соратникам генерировать идеи. То, что не принимал Ленин, не принимали и партийные съезды. Партийное единство сохранялось. Но инакомыслящих не наказывали, они не боялись спорить. Ленин был готов «топнуть ногой», в решающие моменты запретить группировки, но при дефиците преданных большевизму кадров он не разбрасывался ими.
Теперь, без Ленина, такого «верховного судии» у партии не было. Зато в партию начался приток карьеристов, которые могли выполнять бюрократические функции и заменять идейных большевиков. Подчинение становилось большей добродетелью, чем отстаивание идей. Новые идеи могли стать источником долгосрочных разногласий - вожди не могли убедить друг друга и не считали, что кто-то имеет право на истину в последней инстанции. «Воля партии», выраженная съездами и конференциями, была
