Кому любви огонь знаком,Те понимают,Как лепесток за лепесткомТомительно влюбленным ртомСрывают.И сочной, белой розы ядВпиваем сладко,И щеки пламенем горят…Туманит нежно близкий взглядДогадка.Еще, еще последний разНе розу, губы!..Игра причудливых проказИ трепет томно-темных глазМне любы.
В грустном и бледном гримеИграет слепой Пьеро.Не правда ли, лишь в пантомимеТы слеп, белокурый Пьеро? Тебе не другие сказали, Что теперь я пленен тобой, Что, сидя в потухшем зале, Слежу за одним тобой.Ты видишь слепыми глазамиМои не слепые глаза,И взгляды, взгляды меж нами —Как стрелы из глаз в глаза. Ты знаешь: ничто не вечно, Зачем же плачет твой рот? А я бы хотел бесконечно Целовать этот алый рот.О будущем я не гадаю —Все проходит, грустный Пьеро.А теперь люблю и мечтаюО тебе, белокурый Пьеро.
Свежим утром рано-раноБросил взор я на рябину: —О, запекшаяся рана!Мальчик, выбрав хворостину,Пурпур ягод наземь бросит, —А куда я сердце кину?Осень ясность дней приносит,Просквозили леса чащи.Сердце радости не просит.Все упорнее, все чащеПрилетает призрак смерти,Что любви и жизни слаще.О, не верьте, о, не верьте,Этим призрачным наветомГрусть осеннюю умерьте.Возвратится солнце с летом,Зацветет опять рябина,Жар придет с веселым светом.Для кого моя терцина,Тот не знает, тот не спросит,А найдется хворостина —Пурпур ягод наземь сбросит.