своими голосовыми связками, потом еле слышно проговорила:
– Вы… Майкл Маклейн.
Майкл взял ее руки в свои, как будто хотел обогреть их, засмеялся и весело произнес:
– А вы Шарлин Смит.
Шарлин тоже засмеялась и, выдернув одну руку, прикрыла ею рот.
– Ну конечно, это вы. Это мы. То есть… – Она поднялась со стула, все еще не отрывая взгляда (завороженного, разумеется) от его голубых глаз. – Они и вправду голубые… – тихо произнесла она.
– Все, что приписывается мне хорошего, – истинная правда, – серьезно сказал Майкл, обнял ее за плечи и повел к машине.
Берт открыл заднюю дверцу, и Майкл помог Шарлин сесть в автомобиль. Сам он зашел с противоположной стороны и сел рядом с шофером. Тот тронул машину с места, и они поехали по бульвару.
– Куда едем? – спросила она.
Конечно, ее это не волновало: она готова была ехать в машине с Майклом Маклейном хоть на край света.
– Куда вам будет угодно, – ответил он. – Все еще хотите кофе?
– Да, конечно. А вы знаете подходящее место?
– Только одно. В Западном Голливуде. На Ла Бриа.
– Никогда не была там.
Майкл внимательно посмотрел на нее.
– Вы ведь недавно в городе, да? – спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Лавки на Меллроуз-авеню совсем не похожи на лавки в других концах Лос-Анджелеса. Большинство из них, конечно, будут закрыты, но мы можем просто гулять и заглядывать во все подряд окна. Все так и делают.
– Как это? – спросила она.
О Боже, неужели она вот так запросто будет гулять на виду у всех с самим Майклом Маклейном?! Она почувствовала необычайное волнение.
– Это самые лучше магазины. Вы увидите, что значит – великолепный и самый современный дизайн. А какие там очаровательные лавочки, Бог ты мой… Впрочем, вы им под стать.
Она даже зажмурилась при таком комплименте. Затем он стал ее расспрашивать. О телешоу, о тех, с кем она вместе работает, о жизни вообще. Это было замечательно, если не считать того, что ей было как-то очень неловко рассказывать о Дине, об отце или Лэмсоне. Но он так непринужденно поддерживал разговор, казался таким заинтересованным…
После того как они завернули на Ла Бриа, машина стала тормозить. Майкл сказал:
– Вот мы и приехали. Давайте парковаться и выходить на воздух. Шарлин никогда не приходилось видеть что-либо подобное. Даже на Родео Драйв. Витрина одного магазина была завалена кожаной одеждой. Здесь были даже кожаные бикини. У Максвелла была одежда от японских дизайнеров. Шарлин никогда раньше не видела такой одежды, даже в Лос-Анджелесе.
– Я привезу вас сюда тогда, когда они будут открыты, – сказал Майкл, когда они проходили мимо окон магазина, название которого было «Твист».
Шарлин глядела на витрины и про себя соглашалась с предложением своего кавалера. Одежда была узкая, плотно облегающая и одновременно вся в оборках.
– Никто в двадцать первом веке не будет носить подобные вещи. Они будут наводить ужас на наших потомков. Но у вас совершенная фигура и как раз для такой одежды, – прибавил он.
Шарлин почувствовала, как заливается краской, и заговорила прежде, чем Майкл заметит ее проступивший румянец:
– Посмотрите на название этого магазина, – быстро сказала она. – «Чокнутость»! Мне это нравится.
Майкл замедлил шаг, посмотрел, куда она ему показывала, и тоже рассмеялся.
– Пойдемте в Джексон Плэйс, пропустим по чашечке капуччино, – предложил он и обнял ее за плечо раскрытой ладонью. В этом его прикосновении было что-то необычное, что-то тяжелое…
На какую-то секунду девушку охватила тревога. Та тревога, которая в течение столетий охватывала девушек в подобных ситуациях. Но потом она напомнила себе, что все-таки это сам Майкл Маклейн, а вовсе не какой-нибудь подвыпивший водитель грузовика с одной из малоезженных дорог Техаса.
– Джексон? Уж не Майкл ли Джексон? Мы идем к нему в гости на чашку кофе?
Майкл засмеялся. Это был добрый, как ей показалось, смех.
– Нет, к сожалению, это обычное кафе. Но очень симпатичное. Кроме того, меня там знают.
Шарлин громко прыснула.
– А где вас не знают?! – весело воскликнула она.
Когда они вошли через парадное крыльцо кафе в зал и направились к угловому столику в затененной его части, Майкл заметил спешащую им навстречу хозяйку заведения и громко приветствовал ее по имени. Сев за стол, Майкл тут же заказал им обоим капуччино и стал внимательно и как-то странно смотреть на Шарлин. Она тоже глянула на него, но смутилась и вынуждена была быстро отвести взгляд. Вместо этого она оглядела искрящийся огнями и бликами зал.
– Все присутствующие не спускают с вас глаз, – сказала она.
