Мережковский — I
Андреев — I
Куприн — I
Ремизов (насекомое) — I
Сологуб — I
Народная песнь — II
Следовательно, писатели единогласны, что русская жизнь есть ужас. Но почему не согласна с ними народная песнь?*
Или те, кто пишет книги, и те, кто поет русские песни, два разных народа?
Писатели уличают: дворянство I; военных II; чиновников III; купцов IV; крестьян V; молодых сапожников VI; писателей VII.
Ал. Толстой — I
Куприн — II
Щедрин — III
Островский — IV
Бунин — V
Алексей Ремизов — VI
Народная песнь — VII
Следовательно, народная песнь в каком-то преступлении уличает русских писателей.
В чем же она их уличает? Во лжи? Что они мрачные лжецы?
Они начинают проповедывать. Что они проповедывают?
Жизнь / Смерть
Сологуб (гробокопатель) — Смерть
Арцыбащев — Смерть
Андреев — Смерть
Сергеев-Ценский — Смерть
Народное слово — Жизнь
Чем занимаются русские писатели?
Проклинает:
Брюсов — Будущее
Андреев — Настоящее
Арцыбашев — Настоящее
Мережковский — Прошлое
Значит, на вопрос, чем занимаются русские писатели, нужно ответить: они проклинают! Прошлое, настоящее и будущее!
Мерило вещей
Писатели — Последняя книжка, Не Россия
Народная песнь — Россия
Не отсюда ли источник проклятий?
Мережковский пророчил неудачу России, взяв на себя обязанности ворона; каково он чувствует себя?
На вопрос, что делать, отвеча<ю>т и песнь сел, и русские писатели.
Но какие советы дают те и другие?
Арцыбашев — Смерть
Сологуб — Смерть
Андреев — Смерть
Народная песнь — Жизнь
Наука располагает обширными средствами для самоубийств; слушай наших советов: жизнь не стоит, чтоб жить. Почему «писатели» не показывают примера?
Это было бы любопытное зрелище.
I. Славят военный подвиг и войну.
II Порицают военный подвиг, а войну понимают как бесцельную бойню.
Толстой <А. Н.> — II
Мережковский — II
Куприн — II
Андреев — II
Вересаев — II
Народная песнь — I
Почему русская книга и русская песнь оказались в разных станах?
Не есть ли спор русских писателей и песни спор Мораны и Весны?
Бескорыстный певец славит Весну, а русский писатель Морану, богиню смерти?
Я нe хочу чтобы русское искусство шло впереди толп самоубийц!
Учитель. Но что за книга у тебя на коленях?
Учeник Крижанич*. Я люблю говорить с мертвыми.
1912
О расширении пределов русской словесности*
Русской словесности вообще присуще название «богатая, русская». Однако более пристальное изучение открывает богатство дарований и некоторую узость ее очертаний и пределов. Поэтому могут быть перечислены области, которых она мало или совсем не касалась. Так, она мало затронула Польшу. Кажется, ни разу не шагнула за границы Австрии. Удивительный быт Дубровника (Рагузы)*, с его пылкими страстями, с его расцветом, Медо-Пуцичами*, остался незнаком ей. И, таким образом, славянская Генуя или Венеция остал<а>сь в стороне от ее русла. Рюген*, с его грозными божествами, и загадочные поморяне*, и полабские славяне, называвшие луну Леуной*, лишь отчасти затронуты в песнях Алексея Толстого*. Само*, первый вождь славян, современник Магомета и, может быть, северный блеск одной и той же зарницы, совсем не известен ей. Более, благодаря песни Лермонтова*, посчастливилось Вадиму. Управда* как славянин или русский (почему нет?) на престоле второго Рима также за пределами таинственного круга.
