Кэлен едва касалась ногами пола, повиснув на шее у Ричарда.
Наконец, куснув Ричарда за нижнюю губу, Кэлен отстранилась, чтобы перевести дух.
– Не могу поверить, что Нэнси или кто-нибудь из ее подчиненных нас не подстерегают, – хмыкнул Ричард.
Охранников он оставил за углом в соседнем коридоре. Наконец-то они с Кэлен оказались наедине. Такая роскошь выпадала на их долю крайне редко. С детства Кэлен окружали служанки, но сейчас их навязчивое присутствие ее раздражало. Какое счастье – просто побыть одной.
Кэлен коснулась губ Ричарда быстрым поцелуем.
– Думаю, Нэнси нас не побеспокоит.
– Правда? – хитро улыбнулся Ричард. – Как же так, Мать-Исповедница? Кто же станет охранять твою добродетель?
– О духи! Никто, надеюсь! – Она снова коснулась губами его губ.
И тут он вдруг сменил тему:
– Что ты думаешь о Дрефане?
К этому вопросу Кэлен не была готова.
– А что ты о нем думаешь?
– Хорошо, когда есть брат, которому можно доверять. Он целитель. На наших лекарей произвело большое впечатление его мастерство. Они говорят, что после его лечения у раненых гораздо больше шансов выжить. А Надину весьма заинтересовали некоторые снадобья, которые Дрефан носит в мешочках на поясе. Хорошо, когда твой брат помогает людям. Что может быть благороднее его ремесла?
– Как по-твоему, он владеет магией?
– Я не заметил никаких признаков. Не сомневаюсь, что, если бы он владел магией, я бы это сразу понял. Не могу объяснить, каким образом я чувствую магию, но вижу что-то вроде искр вокруг человека или отражение магии в его взгляде. У Дрефана я ничего не обнаружил. Думаю, он просто очень искусный целитель. Я благодарен ему за спасение Кары. Правда, это он утверждает, что спас ее. А вдруг бы она и сама оклемалась, после того как Марлин умер и ее связь с ним оборвалась?
Кэлен такая мысль не приходила в голову.
– Значит, ты ему не доверяешь?
– Не знаю. Я просто не верю в совпадения. – Ричард раздраженно вздохнул. – Кэлен, мне нужно, чтобы ты была честной со мной и не позволяла мне впадать в ослепление. Он мой брат, и мне хочется ему верить, но известно, как плохо я разбираюсь в братьях. Так что если у тебя возникнет хоть тень сомнения, ты должна немедленно мне об этом сказать.
– Ладно. Договорились.
Ричард склонил голову набок.
– Ну, например, можешь для начала объяснить, почему ты ему солгала.
– О чем ты? – нахмурилась Кэлен.
– О том, что головная боль прошла. Я же видел, что это неправда. Так почему ты сказала ему, что все прошло?
Кэлен взяла его лицо в ладони.
– Мне бы очень хотелось, чтобы у тебя появился брат, которым ты мог бы гордиться, Ричард, но хочу, чтобы это было по-настоящему. Наверное, то, что ты сказал насчет совпадений, меня насторожило, вот и все.
– И больше ничего? Только мои слова о совпадениях?
– Да. И надеюсь, ему удастся добавить в твою жизнь немного братской любви. Я молюсь, чтобы его появление в тот день оказалось всего лишь совпадением, а не чем-то еще.
– Мне бы тоже этого хотелось.
Кэлен ласково сжала ему руку.
– Я знаю, что из-за него все мои служанки просто с ума посходили. Боюсь, скоро он начнет разбивать сердца. Обещаю, что, если замечу в его поведении что-нибудь странное, сразу же скажу тебе.
– Спасибо.
Ричард даже не улыбнулся ее словам о том, какое впечатление Дрефан произвел на женщин. Кэлен подумала, что он вспомнил историю с Майклом и Надиной, и пожалела, что невольно навела его на эти воспоминания.
Запустив пальцы в ее волосы, Ричард снова поцеловал Кэлен. Она легонько оттолкнула его.
– Зачем ты сегодня взял с собой Надину?
– Кого?
Он опять потянулся к ней, но Кэлен отстранилась.
– Надину. Помнишь такую? Женщина в узком платье?
– Ах, эту Надину…
– Так, значит, ты обратил внимание на ее платье! – Кэлен ткнула его пальцем в ребро.
Ричард недоуменно нахмурил брови:
– А что, оно сегодня какое-то особенное?
– О да, оно сегодня несколько иное! Так почему ты взял ее с собой?
– Потому что она целительница. И она неплохой человек. Вот я и подумал: раз уж она торчит здесь, почему бы не приспособить ее к делу? Подумал, что она сама почувствует себя лучше, если займется чем- нибудь полезным. Я попросил ее проследить, чтобы дубовый отвар был приготовлен по правилам. По- моему, она была рада помочь.
Кэлен помнила, как улыбнулась Надина, когда Ричард предложил ей пойти с ним. Да, безусловно, она была рада, но не только помочь. Эта улыбка была специально для Ричарда, и платье она заузила тоже ради него.
– Значит, ты тоже считаешь Дрефана красивым? – спросил Ричард.
Она считала, что у него слишком узкие штаны. Кэлен привлекла Ричарда к себе и поцеловала, в надежде, что он не заметит, как вспыхнули ее щеки.
– Кого? – мечтательно проговорила она.
– Дрефана. Помнишь такого? Мужчина в узких штанах.
– Извини, что-то не припоминаю, – выдохнула Кэлен и поцеловала его в шею. И в эту минуту она действительно едва его помнила. Ей нужен был только Ричард и больше никто.
В ее голове не осталось места для мыслей о Дрефане. Единственное, что в данный момент заполняло ее разум, это воспоминания о том месте между мирами, где они с Ричардом были вместе, по-настоящему вместе. И она снова хотела его. Хотела прямо сейчас.
По тому, как жадно скользили его руки по ее спине и как жарки были его губы, Кэлен поняла, что он тоже хочет ее.
Но знала, что Ричард очень не хочет, чтобы о нем думали, как о его отце. И не хочет, чтобы в ней видели всего лишь женщину магистра Рала – простую игрушку владыки Д’Хары. Исключительно поэтому он до сих пор не запретил служанкам мешать его с Кэлен уединению. Он ворчал, но послушно выходил, когда они выставляли его из покоев Матери-Исповедницы.
И морд-сит, судя по всему, тоже оберегали ее, чтобы никто не подумал, будто она всего лишь любовница владыки Д’Хары, а не его невеста. Каждый раз, когда Кэлен с Ричардом уединялись в комнате Ричарда – хотя бы для того, чтобы просто поговорить, – туда под разными предлогами постоянно врывались либо Кара, либо Бердина. И в ответ на сердитые взгляды Ричарда напоминали ему, что он сам приказал им охранять Мать-Исповедницу. И Ричард ни разу не отменил приказа.
Но сегодня Ричард велел Каре с Райной охранять коридор, и те беспрекословно повиновались.
Думая, что свадьба вот-вот состоится, Кэлен с Ричардом решили потерпеть; и хотя однажды они уже занимались любовью, тот эпизод в месте между мирами, где не было ни тепла, ни холода, ни света, ни тьмы, не было ни пола, ни потолка, казался каким-то ненастоящим.
И все же Кэлен помнила свои ощущения. Она и Ричард сами были источником жара и света в том странном месте, куда их доставили добрые духи.
И Кэлен так отчетливо помнила все, будто только сейчас ее пальцы касались груди и живота Ричарда. Она задыхалась; ей хотелось, чтобы он целовал ее всюду, и сама хотела его так целовать.
