— Силюлю, вождь племени силюлю.

— Водки! — закричал Беспойск и соскочил с бочонка.

Лапин вышиб дно, я начал наполнять кружки. Мальгаши оказались прекрасными ребятами. Они выпили весь бочонок до дна, а после этого станцевали нам немного. Мир был восстановлен.

Уже к вечеру больше сотни чёрных пришли к нам строить дома. Они воткнули свои копья в землю и взялись за топоры.

Наши плотники на Мадагаскаре сидели без дела. Они привыкли строить из готовых брёвен и досок, а ничего этого у нас не было. Да и заготовить трудно было. Мы не знали сортов деревьев, а те, что были в ближнем лесу, для стройки годились мало. Об их древесину ломались зубцы наших пил.

Строительные приёмы мальгашей были иные. Они делали нам дома из веток и листьев. Это были какие-то гнёзда на ножках. Но на первое время лучшего и не требовалось.

Инженер Корби вычертил план нового города. Пока это были две улицы, пересекающиеся крест- накрест. Посередине находилась площадь. Весь город мы решили обнести крепкой стеной, к которой прилегали бы загоны для скота.

Я уже видел на Формозе, как быстро строятся тропические домики. Поэтому нисколько не удивился, что через четыре дня наша деревня была готова. Правда, ещё не было сплошного забора вокруг, но улицы уже заполнились домиками. В домах мы повесили гамаки и поставили сундуки. Деревня была названа Люисбургом, в честь французского короля. На главной площади развевался французский флаг.

Самому Беспойску мальгаши выстроили тоже плетёный дом, но значительно выше и больше наших. В этом доме было несколько комнат и терраса по фасаду. Окна закрыли кисеёй, и жена Беспойска с нянькой и сыном переехала с «Постильона».

Как только корабль освободился, Беспойск дал приказ капитану Сонье идти на Фуль Пуэн, северный мыс Мадагаскара. Там капитан должен был организовать постройку форта и магазина. Капитану даны были нужные товары, и «Постильон» ушёл. Мы оказались отрезанными от мира.

Но плакаться нам было некогда. Работа кипела. Наши плотники с помощью мальгашей уже выбрали нужные сорта деревьев, валили лес и распиливали его на доски. Было предположено выстроить деревянный склад и контору. Из камней сложили горн. Так возникла кузница, где чинили инструменты и точили топоры. По настоянию майора Люисбург опоясывался земляным валом, и у нас не хватало лопат. Скоро и лопаты стали выделываться в кузнице.

Даже больные на наших глазах начали поправляться. Горькая хинная корка многих поставила на ноги, уксус и водка ей помогли.

И по части питания дела были не так плохи. В нашем загоне стояло двенадцать быков, выменянных на товары. И мы ожидали ещё стадо голов в тридцать.

Все начало налаживаться быстро, прямо как по команде. Можно было уже думать, что твёрдое основание колонии заложено. Беспойск собирался ехать внутрь острова, знакомиться с племенами, как только земляной вал вокруг города будет закончен. Он считал, что добрые отношения с туземцами завязаны и теперь надо развивать их. Но он ошибся. Все наши главные беды были впереди.

4. Враги и друзья

Все началось с пустяков. Ночью из вагона пропал чёрный бык. Чулошников, который заведовал скотным двором и у которого этот бык был записан на особой доске углём, явился с доской к Беспойску и доложил ему о пропаже быка. Чулошников с двумя волонтёрами обегал опушку леса и заросли у реки, но не нашёл ничего. Он вернулся и сообщил, что не иначе, как чёрные увели быка. Они не принимали никакого участия в поисках и все время пересмеивались.

Тогда Беспойск издал распоряжение, что после захода солнца никто не имеет права приближаться к скотному двору. Часовые получили приказание стрелять после двух предупреждений. Все это было объявлено мальгашам через переводчика.

И несмотря на это, в ту ночь часовые окликнули двух чёрных, но те не ушли. Часовые стреляли и ранили одного. Его притащили в лагерь и оставили там до утра, чтобы выяснить, зачем он гулял ночью так близко от скотного двора. Но утром мы не нашли его. Каким-то образом он убежал.

На другой день в лагерь явились двадцать мальгашей со щитами и копьями. Они подошли к дому Беспойска и вызвали его на улицу. После этого Силюлю, который был во главе группы, произнёс длинную речь.

Беспойск спросил у переводчика:

— Что он говорит?

Переводчик ответил:

— Он просит перевести его речь уже после того, как они уйдут из лагеря.

— Ну хорошо, пусть уходят.

Мальгаши ушли, переводчик сказал:

— Он просил передать, что за каждого убитого чёрного будет убито пять белых.

— Только и всего?

— Да. Раненый был братом Силюлю.

Беспойск дал распоряжение немедленно прекратить все работы в лесу. Люди были переведены на земляные работы в лагерь. Несколько дней прошло спокойно. Но чёрные один за другим под разными предлогами покидали работы. Они вынимали из земли свои копья, возвращали наши лопаты и уходили в лес. В конце недели у нас не осталось чёрных рабочих.

Зато в один прекрасный день в лагерь явились женщины-мальгашки. У них были с собой целые корзины плодов мангового дерева. И они предлагали нам купить эти плоды и уступали их по одной иголке за корзину.

Это показалось подозрительным. Женщины в лагерь к нам никогда не приходили раньше. Мы предложили мальгашкам самим попробовать плоды, но они побросали корзины и разбежались. Наш доктор определил, что плоды были отравлены.

Таким образом началась скрытая борьба на хитрость и выдержку. В борьбе этой чёрные пользовались преимуществом знакомства с местными условиями, мы — нашей сообразительностью. Следующий день подтвердил, что надо опасаться нападений отовсюду.

Недалеко от лагеря протекала речка, в которой мы брали воду. Река текла по болоту, и через это болото была устроена гать из сучьев. Как раз в том месте, где гать подходила к воде, ночью кто-то загромоздил реку ветками какого-то неизвестного дерева. На ветках были небольшие твёрдые листья и ноздреватые жёлтые плоды величиной с крупную грушу. Наш доктор долго рассматривал эти плоды и наконец сказал:

— Это танген.

Слово «танген» нам ничего не говорило. Поблизости от нашего лагеря таких деревьев не было. Но доктор тут же сообщил, что танген — это страшный мадагаскарский яд. Ядом этим мальгаши пользуются исстари, чтобы сводить счёты с врагами. Мы выловили все ветки, но пить воду не решились. Тогда Беспойск дал два распоряжения. Первое — вырыть колодезь в лагере, и второе — идти вверх по реке, рубить и жечь все тангены, которые попадутся на пути.

Пятьдесят волонтёров выступили в военную экспедицию против тангенов. Много деревьев было повалено и сожжено в несколько ближайших дней. И колодезь с хорошей водой появился в центре нашего лагеря.

И вот тогда, совершенно для нас неожиданно, прибыли послы от Силюлю с предложением перемирия. Они заявили, что белых победить нельзя и надо бросить борьбу. Они просили Беспойска выйти на другой день на равнину перед лесом, чтобы заключить договор дружбы.

У послов Силюлю вместо копий были в руках пистолеты, которых раньше мы никогда не видали у чёрных. Произнося нам похвалы, силюлю смотрели насмешливо. И переводчик-негр после их ухода сказал:

— Мира не будет. Они хотят убить губернатора.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату