Илиада (пер. Н.М.Минского)

17-355

Всех обходил Теламонид и громко давал приказанья.
Он убеждал от убитого не отступать полководца,
Также вперед не кидаться в сраженье, отдельно от прочих,
Но неотступно вкруг тела ходить и сражаться толпою.
Так повелел им Аякс исполинский. Пурпуровой кровью

17-360

Вкруг обагрилась земля, и тесною кучей лежали
Трупы троянцев, союзников гордых, а также ахеян.
Не без кровавых потерь и ахейцы в то время сражались,
Все ж они в меньшем числе погибали, о том помышляя,
Как бы в толпе отклонить друг от друга грозящую гибель.

17-365

Так воевали герои, бушуя, как яркое пламя.
Ты бы подумал тогда, что и солнце погасло и месяц:
Черная туча такая разлилась над местом сраженья,
Где, окружая Патрокла, стояли храбрейшие мужи.
Все остальные троянцы и дети ахеян свободно

17-370

Бились под небом открытым. Сияло палящее солнце,
И не виднелося тучки нигде над землей и горами.
Бились они с передышкой, держась друг от друга далеко,
И уклоняясь взаимно от стрел, причиняющих стоны.
Те же, что были в средине, страдали от мрака и битвы.

17-375

Даже храбрейших героев тяжелая медь удручала.
Двое вождей знаменитых, боец Фразимед с Антилохом,
Стоя отдельно от прочих, еще не услышали вести,
Что беспорочный Патрокл свалился. Они полагали,
Что невредимый он бьется с передней толпою троянцев.

17-380

Оба сражались вдали и от верных друзей отклоняли
Бегство и смерть, повинуясь тому, что наказывал Нестор
Прежде, когда он войска побуждал перед флотом сражаться.
Так продолжалась весь день роковая, великая битва.
От напряженья и пота колени и голени млели,

17-385

Ноги сгибались внизу, а глаза и могучие руки
Были забрызганы кровью у воинов всех, что сражались
Над благородным слугой быстроногого внука Эака.
Точно как шкуру с большого быка, насыщенную жиром,
Муж доверяет рабам и велит растянуть ее ровно;

17-390

Те же становятся в круг и в различные стороны тянут;
Влага выходит из кожи, а жир проникает в средину,
И от усилия всех раздается она равномерно:
Так и троянцы и греки тянули на малом пространстве
Тело туда и сюда. Троянцы в душе уповали