будет чики-чики. Я в темноте вижу, шо твоя кошка.
– Зато я ничего не вижу.
– Так здесь и смотреть-то не на што – чай, не музей. Знай себе за мной топай, хай не отставай.
Канищефф протиснулся между Вениамином и стенкой туннеля и, предупредив: «Голову пригнуть не забудь», – зашлепал вперед.
Последовав его совету, Вениамин пригнулся и пошел следом за чистильщиком. Позади него загребал воду ногами Сид.
Судя по тому, как уверенно продвигался вперед Жан-Мари, он и в самом деле обладал способностью видеть во тьме. Идти за ним не отставая не составляло большого труда: пол под ногами был ровный, резких поворотов туннель не делал. Единственное неудобство заключалось в том, что все время следовало помнить о низком потолке – не дай бог голову ненароком поднять. Но, как оказалось, начальный участок пути был самым легким. По прикидкам Вениамина, они прошли метров двести, когда Жан-Мари скомандовал:
– Стоп.
– Инчэ? – выдохнул в затылок чистильщику Вениамин.
– Пришли, – с невозмутимым спокойствием сообщил Жан-Мари. – Пора маски надевать.
С той стороны, где он находился, послышалась сначала возня, а затем металлический лязг.
– Про перчатки не забудьте, – напомнил Канищефф. – Готовы?
– Хай, – ответили почти в один голос Сид и Вениамин.
Приглушенные респиратором голоса звучали неразборчиво, но Канищефф все понял правильно.
– Давай, Ральфович, ты первым пойдешь, – скомандовал чистильщик, который, судя по голосу, маску еще не надел.
– Куда? – спросил, оттянув край маски, Вениамин.
– Маску не снимай! – повысил голос Жан-Мари. – А то с непривычки, чего доброго, откинешься еще!
– Хай, черт тебя дери, Жан-Мари! Куда мы лезем?
– Вестимо куды, – почему-то со вздохом ответил Канищефф. – В сток для отработанного ракетного топлива.
– Ты в своем уме, хайван плешивый! – заорал Вениамин.
– А шо? – как будто вполне искренне удивился чистильщик. Хотел бы Вениамин сейчас видеть его лицо! – Я-то пролез – и ничего.
– А шо, если нас сливом накроет?
– Не накроет, – уверенно заявил Жан-Мари. – Я график полетов проверил. Кроме того, сток после дневного слива промыли водой с аммиаком.
– При чем тут аммиак? – растерялся Вениамин.
– Почем мне ведать, – ответил Канищефф. – По инструкции положено промывать сток водой с аммиаком, вот мы и промываем. Слушай, Ральфович, – Жан-Мари, похоже, тоже начал нервничать, – ты шо, мозгуешь, я тебя угробить хочу? Хай на фига же мне это нада, ежели я с тебя ешо бакшиш не поимел!
На это трудно было что-либо возразить.
– Так куда мне лезть? – Вениамин поправил маску на лице, подумав о том, что если респиратор неисправен, то все это может плохо закончиться.
А еще Обвалову показалось, что за секунду до того, как Жан-Мари начал давать указания, он различил едва слышный торжествующий смешок чистильщика.
– Присаживайся на корточки, Ральфович. Давай руку сюды. Чуешь край отверстия?
– Угу, – промычал из-под маски Вениамин.
– Вот в него и полезай. Сначала ноги свесь… Не бойся, здесь невысоко. Как спустишься, ползи налево…
– Ползти? – Вениамин замер, свесив ноги в невидимую дыру, но все еще упираясь в края руками.
– Именно ползти, дорогой ты мой сыбер, – дружески похлопал его по спине чистильщик. – Сток узкий, иначе як на карачках в него и не влезешь. Но ты не тревожься, Ральфович, ползти недалеко. Как увидишь свет над головой, так тут же тормози и жди меня. Усек?
– Усек, – неразборчиво пробухтел из-под маски Вениамин и, оттолкнувшись от краев отверстия, прыгнул вниз.
Высота и в самом деле оказалась небольшой. Но, поскольку вокруг была тьма кромешная, Вениамин не успел вовремя сгруппироваться и, ударившись ступнями, завалился набок. По счастью, воды на дне стока не было.
– Як ты там, Ральфович? – тут же раздался сверху голос Канищеффа. – Цел?
– Порядок, – ответил, поднимаясь осторожно на ноги, Вениамин.
– Ну так отползай, отползай! – голос Жана-Мари был настолько выразительным, что Вениамин живо представил, как свесившийся в дыру чистильщик корчит гримасы и энергично размахивает рукой.
Вениамин повернул налево и, пригнув голову, сделал шаг.