Когда становилось совсем невмоготу, он тер уши до боли, так, что они начинали гореть.
Илья, что удивительно, проснулся сам, поднял встрепанную голову и заявил:
– О, шеф, ты жив? А я так надеялся, что тебя схарчили и ты больше не будешь канючить у меня над ухом.
– Не дождешься, – ответил Андрей. – Вставай, что ли?
Стараясь особенно не шуметь, убрали стол от входной двери, но когда Соловьев попытался открыть ее, выяснилось – что-то мешает.
– Чего там? – спросил Илья.
– Пока не вижу, – Андрей налег посильнее, и дверь подалась.
Выглянул наружу, держа автомат наготове, и удивленно хмыкнул – на крыльце, раскинув лапы, лежала здоровенная «собака», и шея ее была аккуратно перекушена, виднелись кровоточащие раны.
– Вот это ни хрена себе номер, – пробормотал бритоголовый. – Типа, подарочек?
– Хм, надо же… – Андрей подумал, что это напоминает поведение кошки, притащившей хозяину задушенную мышь, и что, возможно, хищник, идущий за ними по пятам, считает их своими владельцами, а все нападения – только игра, попытка подластиться?
Или он просто издевается над людьми, показывает, что они в полной его власти?
Он огляделся – никаких признаков, что кто-то побывал около дома, нет ни следов, ни примятой травы, но ведь труп «собаки» не сам прилетел сюда по воздуху, причем совершенно бесшумно?
– Надо будить Лизу, – сказал Андрей. – И двигать дальше.
Дохлую тварь оттащили в сторону и зашвырнули за забор – незачем зря волновать девушку. А после завтрака пустились в путь, еще раз прошли мимо птичьего парка и выбрались на шоссе.
Через сто метров, пройдя перекресток, уперлись в три стоящих рядком «террикона», чьи бока покрывали многочисленные отверстия, идеально круглые, словно проделанные сверлом. Сунувшись вправо от дороги, уткнулись в «джунгли», пойдя налево, остановились перед зарослями черных кустов.
– Айда через эти кочки, – предложил Илья. – Переберемся как-нибудь.
Но едва Андрей вступил на склон одного из «терриконов», нога его провалилась по щиколотку. Попытавшись ее выдернуть, он обнаружил, что подошва прилипла, причем довольно крепко.
– Что там такое? – встревожилась Лиза.
– Кто же его знает? – Андрей потянул еще раз и почувствовал, как нога выскальзывает из не очень туго зашнурованной кроссовки. – Давай топор, ножи… попробуем тут покопаться…
Когда сняли верхний слой земли, черной и блестящей, как антрацит, под ним обнаружилось нечто желтоватое, донельзя клейкое. Илья едва отодрал от этой дряни свой топор, и то на лезвии остались «сопли».
– Запасной обуви у тебя нет? – спросила Лиза и тут же сама добавила: – Да откуда?
– Придется вытягивать эту, – мрачно пробормотал Андрей.
На то, чтобы решить эту задачу, потратили едва ли не час, взопрели, как лошади после долгой скачки. «Терриконы» услышали не одну заковыристую фразочку от Ильи, а на склоне одного из них осталась неаккуратная вмятина.
Андрей натянул вызволенную из плена кроссовку и какое-то время потратил, чтобы отскрести желтую «липучку» от подошвы.
– Готово, – сказал он, покончив с этой операцией. – Куда дальше?
Попытались обойти черные кусты, но уперлись в синее озеро, а за ним – в огромное «болото», что тянулось вдоль дороги, сколько хватало взгляда. Вернулись и попробовали прорубиться сквозь графитовые заросли, но прошли через них почти сотню метров, а те и не подумали заканчиваться.
Солнце палило нестерпимо, тени никакой не было, и пустые бутылки из-под минералки одна за другой летели в заросли.
– Ну нах такие труды, век бы их не видать, – проговорил Илья, тяжело отдуваясь. – Пашем, как негры на плантации сахарного тростника, в натуре. Может, чо есть получше?
– Может, и есть, – Андрей оглянулся.
Слегка изгибавшийся «коридор» выводил к перекрестку, покачивались его черные шелестящие стены.
– Жаль, летать не умеем, – Лиза вздохнула. – Может быть, «джунгли» обойдем?
– Давай сначала я подниму тебя на плечи, – предложил Андрей. – Посмотришь, вдруг там немного осталось?
Девушка показалась ему даже легче рюкзака, за месяц с лишним намозолившего спину. Но вот радостных вестей она сообщить не смогла – черные кусты тянулись дальше, и конца-краю им видно не было.
– Попробуем обойти, – решил Андрей.
Для начала перевели дух в тени и потом двинулись вдоль обочины дороги, что уводила на северо- запад, в сторону от Обнинска. Слева потянулись «джунгли», неподвижные под жаркими лучами солнца, ощетинившиеся тысячами шипов, выставившие «лапы» ветвей.
Тут попадались деревья, каких ранее не видели – высокие, почти как «секвойи», но с очень темной корой и глянцевыми листьями, что формой напоминали ладони и неприятно пахли. По ним ползали огромные, с кисть руки, жуки вроде майских, с жужжанием поднимались в воздух.
Одного, подлетевшего близко, Илья сшиб рукой и тут же с шипением за нее схватился.
– Вот гад, цапнул! – воскликнул бритоголовый.
Но на ладони не обнаружилось следов укуса, а жук, повозившись в траве, взлетел и умчался прочь.
– Не нападай первым – и обойдешься без неприятностей, – назидательно сказала Лиза, и Илья скорчил умильную физиономию, демонстрируя, что въехал, осознал, падлой будет, но больше так не будет…
В зеленой стене начали попадаться прорехи, и вскоре «джунгли» разбились на островки, точно так же, как это было в Москве, в районе Черемушек.
– Пойдем напрямик? – предложил Андрей.
– Давай, реально втюхнемся! – воодушевился Илья, а вот Лиза энтузиазма не выказала.
Свернули, и «джунгли» оказались с обеих сторон, под ногами зашуршала необычно высокая и густая трава, тяжелые запахи забили обоняние. Над головой пронеслось нечто яркое, шумно трепетавшее крыльями, но скрылось прежде, чем Андрей успел хотя бы поднять взгляд.
«Коридор», по которому шагали, раздвоился, и пришлось выбирать, куда двинуться, затем еще раз и еще. Проход сузился, кроны чудовищных деревьев нависли, закрыли небо так плотно, что не осталось ни одного голубого лоскута, сгустился зеленоватый полумрак.
Наткнулись на паутину вроде тех, которую плетут «люди-пауки», только синюю, и пришлось отступать, искать другой путь.
– Я совсем заблудился, – признался Илья, когда они выбрались на крохотную полянку.
В ее центре торчал банальный пень, усаженный, несмотря на начало лета, маслятами. С другой стороны поднимались вроде бы обычные сосны, но густо переплетенные лианами. Дальше можно было двигаться вправо, по узкому, но зато прямому проходу, или влево, где «коридор» выглядел намного шире, но почти сразу поворачивал, не давая увидеть, что находится впереди.
– Я, честно говоря, тоже, – сказал Андрей. – Давай перекусим и подумаем.
Рюкзаки сгрузили рядом с пнем, и в ход пошли ножи, которыми вскрывали консервные банки. Пришлось отвлечься от еды, когда со стороны широкого прохода донеслись тяжелые звуки, словно по нему шагал некто огромный.
Но стихли сами собой, так что никого они не увидели.
– Я предлагаю возвращаться, – заявила Лиза, покончив со своей порцией. – Мы можем бродить тут до вечера… Это настоящий лабиринт! Ради бога, я не представляю даже, в какую сторону нам нужно двигаться!
– Я представляю, – сказал Андрей, хотя вовсе не был в этом уверен, и посмотрел на Илью. – Ты что думаешь?
– Мне тут ваще не по себе, – проговорил тот, скривившись. – Как в чужом районе вечером… Все